В лабиринтах истории, где эхом отдаются громы великих потрясений и ослепительным светом вспыхивают моменты триумфа, таится мрачная загадка – личность, чье имя навеки стало синонимом вселенского зла: Адольф Гитлер. Как получилось, что мальчик, выросший в тиши австрийской провинции, превратился в диктатора, развязавшего кровавую бойню, не имеющую аналогов в мировой истории? Ответ на этот вопрос – в тернистом пути его детства. Каким он был, маленький Адольф? Ангелом или демоном, послушным или бунтующим, одаренным гением или ничем не примечательным ребенком? Искать ответы – значит продираться сквозь густой туман пропаганды, лабиринт противоречивых свидетельств и чащу предвзятых суждений.
Все началось 20 апреля 1889 года в скромном городке Браунау-ам-Инн. Адольф был четвертым ребенком в семье Алоиза Гитлера, строгого таможенного чиновника, и Клары Пёльцль, его трепетной, богобоязненной жены, приходившейся ему дальней родственницей. Ранние годы мальчика прошли в скитаниях по Австро-Венгерской империи, влекомых служебным долгом отца. Семья кочевала из города в город, пока не осела в Леобендинге, неподалеку от Линца. Бесконечные переезды, строгий нрав отца – все это оставило неизгладимый отпечаток на юной душе.
Воспоминания о детстве Гитлера – словно осколки разбитого зеркала, отражающие противоречивые образы. Одни рисуют ангельского ребенка, прилежного, послушного, любимца матери и всеобщего баловня. Другие, напротив, – упрямого, непокорного сорванца, склонного к яростным вспышкам гнева. Истина, как всегда, ускользает, прячась в полутонах. Несомненно одно: Адольф был окружен материнской любовью. Клара Пёльцль, женщина мягкая и глубоко религиозная, боготворила своего сына, ограждая его от отцовской суровости.
Алоиз Гитлер, напротив, был воплощением строгости и властности. Он воспитывал сыновей в ежовых рукавицах, не чураясь телесных наказаний. Отношения между отцом и Адольфом с самого начала были напряженными. Мальчик восставал против отцовской воли, проявляя несгибаемое упрямство. Этот конфликт, эта тихая война в стенах дома, безусловно, оказала определяющее влияние на формирование личности будущего тирана. Впоследствии Гитлер не раз вспоминал о своем тяжелом детстве, о тирании отца, что, возможно, стало питательной средой для его ненависти к авторитетам и жажды безграничной власти.
В школе Адольф учился как по восходящей, а затем по нисходящей. В начальных классах он блистал, подавая большие надежды. Но в средней школе его успеваемость резко пошла на спад. Он потерял интерес к учебе, все чаще прогуливал занятия, погружаясь в мир собственных увлечений. Уже тогда проявился его талант к искусству, особенно к живописи. Он мечтал о карьере художника, о славе творца. Но отец, видевший в сыне лишь продолжателя чиновничьей династии, настоял на поступлении в реальное училище, что вызвало яростный протест Адольфа.
Смерть отца в 1903 году стала для Адольфа освобождением от тирании. Он бросил реальное училище, целиком посвятив себя искусству. Но мечтам не суждено было сбыться. Дважды, в 1907 и 1908 годах, он пытался поступить в Венскую академию изобразительных искусств, но потерпел сокрушительное поражение. Этот провал стал для него ударом, нанесшим смертельную рану его самолюбию и мировоззрению. Неудача в искусстве, возможно, сыграла роковую роль в его дальнейшей судьбе, направив его неуемную энергию в другое русло – в политику.
В последующие годы Гитлер влачил жалкое существование в Вене, перебиваясь случайными заработками и ночуя в приютах для бездомных. Этот период, полный лишений и разочарований, стал временем формирования его политических взглядов. Он жадно поглощал националистическую и антисемитскую литературу, которая находила болезненный отклик в его душе. В Вене Гитлер впервые почувствовал себя частью "арийской расы", призванной к великой миссии, и начал культивировать свою ненависть к евреям, которых считал виновниками всех бед.
Итак, каким же был маленький Адольф? Одаренным, но не сумевшим реализовать свой талант; любимым матерью, но не понятым отцом; мечтавшим об искусстве, но потерпевшим фиаско. Его детство было соткано из противоречий, конфликтов и разочарований, оставивших глубокий шрам на его личности. Нельзя утверждать, что именно детские травмы предопределили его чудовищную судьбу, но они, безусловно, сыграли важную роль в формировании его характера, мировоззрения и той бездонной ненависти, которая впоследствии вылилась в немыслимые преступления. Изучение детства Гитлера – это не попытка оправдать его злодеяния, а отчаянное стремление понять истоки зла, чтобы не допустить его повторения в будущем. Это суровое напоминание о том, что даже самый страшный злодей когда-то был ребенком, и что общество несет полную ответственность за то, чтобы не позволить невинным душам превратиться в чудовищ.