Максиму было 20. Он учился в колледже, подрабатывал, жил в Екатеринбурге.
И с 16 лет у него был псориаз.
Не тот, который «чуть-чуть зимой», а "нормальный", злой: бляшки на локтях, коленях, периодически — на спине и голове. Обострения каждый год. Иногда чаще.
Когда до призыва оставалось полгода, Максим написал в Армейка Net нам коротко:
«Псориаз. С детства. В карте что-то есть, но лечился у разных врачей. В военкомате говорят — если не сейчас обострение, заберут. Это правда?»
Мы сразу поняли — случай рабочий. Но простой он только на словах.
Шаг 1. Разбор ситуации: где псориаз, а где документы
На первичной консультации врача Армейка Net выяснилось:
- диагноз псориаз вульгарный, подтверждён с подросткового возраста;
- обострения 2–3 раза в год, особенно на фоне стресса;
- есть стационарное лечение, но часть документов утеряна;
- последний год — ремиссия, потому что Максим просто мазался и никуда не ходил.
Вот тут и был риск. Военкомат очень любит фразу: «Ну раз сейчас чисто — значит здоров».
Мы объяснили Максиму честно: псориаз — это не «что видно сегодня», а как он течёт годами.
Юрист Армейка Net составил план:
- восстановить историю болезни;
- зафиксировать частоту обострений;
- доказать, что ремиссия не стойкая, а временная;
- подготовить почву под категорию В.
Поворот 1. «Карты нет, врач уволился»
Когда Максим пришёл в поликлинику за выпиской, ему сказали классическое:
— Старый дерматолог уволился. Карта частично утеряна. Что найдём — то найдём.
Наш любимый сценарий.
Мы не спорили. Мы пошли по другому пути.
Юрист Армейка Net:
- оформил запросы в архив;
- поднял выписки из стационара;
- восстановил назначения по аптекам;
- параллельно отправил Максима на повторное обследование.
Наш врач-дерматолог осмотрел Максима уже при начинающемся обострении и зафиксировал:
- множественные очаги;
- типичную локализацию;
- жалобы на зуд, трещины, кровоточивость;
- указал: хроническое рецидивирующее течение.
Шаг 2. Военкомат: «Служить можешь, не симулируй»
На комиссии дерматолог пролистал бумаги и сказал:
— Псориаз есть, но сейчас не цветёт. Значит годен с ограничениями.
Максим был готов.
Он не спорил, не повышал голос. Он сказал ровно то, чему мы его учили:
— Обострения не реже двух раз в год. Вот заключения. Прошу направить меня на обследование, так как диагноз хронический.
Пауза.
Ещё раз бумаги.
И — направление в кожвендиспансер.
Шаг 3. Стационар: когда всё встало на свои места
Максима положили на обследование на 8 дней.
И вот тут псориаз показал характер:
- на третий день пошло активное обострение;
- появились новые бляшки;
- врачи зафиксировали поражение нескольких зон;
- назначили лечение, которое ранее уже применялось — без стойкого эффекта.
В акте обследования было написано то, что военкоматы не любят больше всего:
- хроническое течение;
- частые рецидивы;
- отсутствие стойкой ремиссии;
- рекомендована категория В.
Поворот 2. «Акт не дошёл»
На заседании призывной комиссии председатель сказал:
— У нас нет акта из диспансера. Без него — категория Б.
Классика.
Максим сразу написал юристу Армейка Net
Мы подключились в тот же день:
- связались с диспансером;
- получили копию акта;
- передали её официально, с отметкой.
На следующий день документ был у комиссии.
Шаг 4. Финал
Через неделю Максиму пришла новая повестка.
В ней было всего одно:
«Выдача военного билета»
Он потом писал нам:
«Самое странное — ощущение, что всё. Не надо больше доказывать, что ты не верблюд. Спасибо, что провели от начала до конца».
Итог: почему получилось
Потому что это не «откос».
Это работа:
- юристы контролируют каждый этап;
- мы не надеемся на удачу — мы готовим стратегию.
История Максима — не исключение.
Псориаз — один из диагнозов, с которыми реально получают военный билет, если действовать грамотно.
Если у тебя похожая ситуация — не жди, что военкомат сам во всём разберётся.
Он не разберётся. А мы — да.
