В воздухе еще висел тяжелый запах ладана и увядших цветов, как напоминание о том, что жизнь иногда кончается слишком внезапно. Похороны только что закончились, люди толпились в квартире покойного Сергея Петровича, жуя поминальную кутью и перешептываясь о том, каким хорошим человеком он был.
Его дочь Вера стояла на кухне, уставившись в чашку с чаем, который уже давно остыл. Руки дрожали – не от холода, а от той пустоты внутри, которая появляется, когда теряешь кого-то близкого.
Жена Сергея Лариса подошла тихо, как кошка, и закрыла дверь на кухню. Она была в черном платье, которое сидело на ней идеально. Лицо ее казалось уставшим, но в глазах мелькнуло что-то игривое. Как у человека, который уже забыл про поминки и думает о чем-то другом.
– Ты откажешься от наследства, – прошептала она, наклоняясь ближе к Вере. – Только я за ним ухаживала весь прошлый год, вас с твоей мамой и близко не стояло.
Вера моргнула от неожиданности. Разве сейчас время и место говорить о наследстве?
– Откажусь... от чего?
– От квартиры. От машины. От всего. Я с ним рядом была много лет. А вы... – Лариса криво усмехнулась, и в этой усмешке скользнула тень презрения, – вы ему крови, конечно, попили.
Дверь скрипнула, и в проеме появился брат Ларисы, здоровый парень с татуировками на руках, одетый в слишком широкую рубашку.
– Ну что там, Лар? Поговорила с "дочкой"?
Вера замерла. Они даже не думают горевать об её отце. Они уже делят имущество, как волки добычу. Сердце заколотилось, и она подумала: как же быстро все меняется.
****************
Лариса появилась в жизни Веры 10 лет назад, когда та была еще подростком, с красными прыщами.
Родители не сразу развелись официально – сначала отец метался, как лист на ветру от жены к любовнице. То к маме вернется с цветами и обещаниями, то к Ларисе прибежит с признаниями в любви.
Дочке он постоянно твердил:
— Я все равно люблю только твою маму. – И она верила, потому что хотела верить.
Но в конце концов Сергей ушел к молодой, тонкой и звонкой. А мама лишь тихо плакала ночами в подушку, устав сражаться за мужа.
Лариса изо всех сил пыталась понравится падчерице: звонила, поздравляла с праздниками, приносила подарки. Вера сначала ненавидела ее – за то, что разбила семью, за то, что отец стал меньше времени проводить с дочкой.
Но время сгладило углы: Лариса сделала все возможное и невозможное, чтобы Вера наконец решила: "Новая жена папы не так уж плоха". И даже стала иногда с ней общаться.
При этом большую часть финансовых вопросов мама тянула на себе – одежду, кружки, учебу Веры. Алименты не выбивала, из гордости.
— Сами справимся, – говорила она, мимоходом вытирая слезы.
Отец помогал эпизодически: то деньги даст, то забудет. Вера не держала на него зла. Когда выросла, пошла работать и сама вошла во взрослую жизнь, простила Сергею всё. Застревать в старых обидах девушка не хотела, поэтому часто общалась с отцом и его сожительницей.
Впрочем, год назад, Сергей расписался с Ларисой и ее статус изменился на законную жену. Уже после свадьбы он говорил Вере: "Прижали меня к стене, дочка. Ее родня... Им нужен видите ли штамп в паспорте, статус".
Вера тогда подумала: "Папа всё время ни при чём. Всегда его кто-то заставляет, к стенке прижимает. Хоть бы раз взял ответственность на себя".
Но в тот момент отец был болен, и дочка не стала копаться в его мотивах. Тем более надо признать, что Ларисе он голову морочил не меньше, чем Вериной маме.
Но теперь, после смерти Сергея, все мотивы новоиспеченной жены вылезли наружу, как грибы после дождя. Она хотела забрать себе всё.
*********
Через пару дней Вера приехала в квартиру отца – взять документы, фотографии, что-то на память. Дверь была открыта, а внутри... хаос.
Лариса была там не одна: ее мама, полная женщина с цепким взглядом, ходила по комнатам, переставляя вазы и бормоча: "Это можно продать". Брат Ларисы рылся в шкафу, выкидывая папины вещи на пол.
– Что вы делаете? – выдохнула Вера, чувствуя, как кровь приливает к лицу.
Лариса повернулась, мягко улыбаясь, как обычно.
– О, Веруша, это ты? Мы убираемся тут. Папа... то есть твой отец, сам просил раздать его вещи после смерти.
Вера подошла к полке, где стояли медали отца – из армии, за службу в Афганистане. Полка была пуста
– А где награды отца?
– Они у моей мамы. – быстро сказала Лариса. – Сережа сам отвез туда год назад. Сказал, пусть там хранятся.
Вера замерла. Как так? Отец свез такие важные для себя вещи к чужой женщине? Ей стало не по себе.
– Ларис, давай поговорим нормально. Что ты там на похоронах про наследство мне говорила?
– Ну давай поговорим. Мы же можем решить всё спокойно, без судов, – начала Лариса, наливая чай. – Просто подпиши отказ от наследства. Я и так тебе оставлю пару вещей на память, выбирай что хочешь прямо сейчас.
Вера сжала чашку. На память? Вообще-то Сергей был небедным человеком: квартира, машина, дача. И на счетах в банке наверняка что-то хранилось.
– А почему я должна отказываться от наследства? Он мой отец вообще-то. То, что нажил - мне тоже полагается.
– Ты уже взрослая, зарабатываешь неплохо. Да и раньше вам деньги Сережи не нужны были. Мама всегда говорила, что сами справляетесь. Вот и живи дальше. Ничего у тебя не поменяется. А я его законная жена. Я за ним ухаживала после аварии. А тебя я тут что-то не видела.
– Да, ты ухаживала. Но это было в прошлом году и длилось пару месяцев. Он же не лежачим больным был. И умер внезапно, никто не ожидал. При чем тут авария?
– Не важно. Он мне должен за все 9 лет мучений. Сначала бегал от меня к твоей матери, никак не мог определиться. Потом мялся, голову мне морочил, замуж не хотел брать. Год назад, когда мы наконец расписались, я подумала, что всё! Наконец-то жизнь наладилась. А он взял и слег после аварии. И не на "пару месяцев", как ты говоришь. А полгода реабилитации было. Я с ним по больницам моталась. Так что это будет честно.
Вера не ожидала такой наглости. Она резко вскочила и, крича на ходу, что не будет отказываться от наследства, вылетела из квартиры.
*************
Девушка прибежала домой и в красках рассказала маме, о чем просит ее Лариса.
Мама сначала отмахнулась:
– Не хочу грязи. Твой отец умер, пусть покоится с миром. Зачем тебе эта делёжка нужна?
Но Вера была в бешенстве и впервые сорвалась на мать:
– Вот ты никогда не хотела грязи! С папы не могла алименты даже взять! А я ходила в одной юбке сто лет, стыдно было в институте появляться. Я не такая, как ты, реветь не буду! Всё мне отдадут, что положено!!
Мама лишь привычно опустила голову и заплакала, что делала всегда, при любой трудности. Но Веру в итоге поддержала:
– Хорошо-хорошо, дочка. Пусть всё будет по закону. Как скажешь.
Вера кивнула и позвонила знакомому юристу.
****************************
Несколько недель Лариса молчала: не звонила, не предлагала встретиться. Видимо ждала первый шаг от Веры. Но в итоге, не выдержав неопределенности, приехала домой к падчерице.
Они сели в гостиной – Вера пошла за бумагами, которые начала собирать, как посоветовал юрист.
– Вот, Лариса, я готовлюсь вступить в наследство, как положено. Смотри, все по закону. Я его дочь!
– Ты думаешь, ты дочь? Сережа мне все время говорил, что вообще сомневается, что ты его.. Нагуляла, мол, тебя мамка. – выпалила Лариса.
– Что ты несешь? – ответила Вера, но голос дрогнул. – Не мог папа такое сказать!
Лариса зло рассмеялась:
– Не знала ты своего отца, Вера! Знаешь, я думаю, что никого он по-настоящему и не любил! Всё бегал туда-сюда. И тебя не любил, считал не родной. Вот поэтому и не получишь ты ничего! Я докажу, что ты не его дочь, и всё мне достанется! Как и положено по справедливости.
Вера, еле сдерживая слезы, выгнала Ларису из дома, и разрыдалась, смотря на папину фотографию. Неужели он мог про нее такое думать и говорить? Девушка не хотела в это верить. Впрочем, это ничего не меняло. По документам она его дочь, и будет бороться за своё.
***************
Спустя положенное время, Вера вступила в наследство по закону. Лариса получила свою часть как жена. Ничего она доказать не смогла. Да и, скорее всего, блефовала. Не считал Сергей дочку нагулянной (по крайней мере Вера решила думать так).
Вера вышла из нотариальной конторы на холодный воздух, ветер хлестнул по лицу. Впервые за долгое время она почувствовала опору внутри себя.
Отец умер – это не исправить. Но она смогла не дать себя в обиду. Не повелась на манипуляции. Повела себя не так, как мама. Это было её маленькой победой. Теперь жизнь продолжается, и в ней есть место справедливости – той, что рождается из упорства и любви к себе.