Довольно неожиданное кино. Не "психологическое" - в нынешнем понимании. Когда какой-нибудь научный феномен следует проиллюстрировать и хорошенько разжевать. (Я не говорю, что это – не полезно. Иногда даже очень). Но здесь мы, скорее, внимательно рассматриваем, не педалируя и не навязывая решений. Видов терапии. Проявляем терпение.
Это - не моральная пьеса. И не аморальная. Это – вообще не пьеса, что сегодня редкость.
«Прочь!», (Away, англ., Molt lluny, каталонск.), Испания, Нидерлады, 2025 год. Режиссер и автор сценарий – Герард Омс. В главных ролях Марио Касас, Давид Вердагер и Ильяз Эль Уахдани. Премьера в марте 2025, сборы в мире – около полумиллиона долларов. Приз на кинофестивале в Малаге. Рейтинг IMDb: 6.8/10.
Начинается так, что никак не предположить, как продолжится и чем закончится. 2008 год, знаменитый финансовый кризис. Футбольные фанаты из Каталонии приезжают всей семьей в голландский Утрехт болеть за «Барселону».
Нет, никаких особенно безобразий не творят. Дешевая гостиница, много пива, армрестлинг. Команда победила. Возвращаются домой.
Один из братьев, Серхио, уже в аэропорту, прямо перед паспортным контролем выбрасывает бумажник с паспортом – и остается по эту сторону границы.
Причин сразу много. Отец потерял бизнес, работы у Серхио нет. Еще, наверное, свобода. Еще – желание резко все поменять. Не так, как нынешние релоканты, но все же. Голландия от Испании по стилю жизни, привычкам и психологии сильно отличается. И потом это вообще – закрытое общество.
- В этой стране ты можешь жениться на мужчине, курить травку и делать, что захочешь, но если у тебя кожа другого цвета, тебя обязательно спросят, откуда ты приехал.
- Думаешь, тебе дадут работу, потому что ты красивый?
- Вы говорите по-голландски? Извините, я не сдаю комнаты иностранцам.
Жизнь начинается с нуля. Денег – заплатить за гостиницу еще на одну ночь. Грузчики на улице носят мебель, Серхио бросается помогать. Ему нужны деньги, он умеет, готов работать за меньшее.
Он готов жить на чердаке, питаться объедками, то есть – остатками из ресторана, общаться с нелегалами. учить голландский, звонить домой маме и объяснять, что пока что еще немного задержится.
Оказывается в ситуации исключительно ненадежной, сталкивается с ксенофобией, вежливым – и не очень вежливым – расизмом, классовым расслоением, непреодолимыми общественными барьерами, замкнутостью и герметичностью общества. Строго выделенные для чужаков ниши, в низшем эшелоне, визовые ограничения, строго ограниченные возможности.
Это не совсем чтобы социальное кино, хотя понятно, что совершенно правдивое и несомненно реалистичное. В нем происходит большее – трансформация. Утрата идентичности, поиск и обретение новой. И толчок к этому был очень резким.
Серхио за день до отъезда столкнулся на улице с парнем-марокканцем, случайно налетел на него – и мир перевернулся. Мы это, правда, поймем не сразу.
Потом они именно с этим марокканцем будут вместе работать, дружить, тот даже попросит Серхио на нем жениться. Он – не из «этих», но ради визы… Это не будет счастливая история. Но это будет постепенное осознание. Сложное. Неочевидное.
В романе Марио Пьюзо «Крестный отец» начальную ситуацию автор описывает как «солнечный удар». Такое особое накрывает состояние – то ли мистический припадок, то ли паническая атака. Это переживание в секунду меняет человека. Направление жизни.
При том, что в фильме этот переворот никак визуально или драматургически не выражен, люди столкнулись и разошлись, мы только под конец понимаем. Расшифровываем. Догадываемся, складывая паззл из незначащих деталей.
Мне трудно сколько-нибудь уверенно судить о квир-психологии, хотя, думаю, что каждый имеет сколько-нибудь похожий опыт – частичной отверженности, частичного принятия. Тем более, что сам процесс в фильме показан не через сексуальность, а через социальность. Вне какого-либо даже и эротизма, хотя лед здесь тонкий.
Это кино объясняет и показывает основной конфликт, растворив его в потоке действительности. Самой заурядной повседневности.
Зрителю предлагается не столько квест, сколько такое - упражнение в эмпатии. Суть содержится не просто в деталях, она в деталях скрыта. Правда, возникает вопрос, что с этими самыми выводами, в принципе, теперь делать? Ну вот ты все понял и знаешь. Дальше что?
В рамках нынешней моды умение прочувствовать состояние другого человека представлено как особая ценность. Насчёт особой ценности, я не опровергаю. Я не уверена в плане ценности самой по себе.
Потому что, если ты понял – и это для тебя причина быть осторожнее и не судить, это одно. А то ведь можно так другого человека «прочувствовать», что тем самым окончательно его оскорбить…
Не всегда знаешь, хочет ли человек этого «понимания» и как он сам относится – к этому своему отношению. И какие есть для этого причины.
В фильме очень правильная возникает связь - между героем и зрителем. От нас ничего не скрывают, но выдержана необходимая дистанция. Те самые личные границы. При том, что речь идет о внутренних переживаниях и несомненном личном опыте. Мы сопереживаем, не вмешиваясь, не оценивая и не теряя уважения. К другому.
Другому. С большой буквы. Даже если он в это время посуду моет. В футбол играет. Куда-то идет. Стоит. Сидит.
Не потому, что нам неинтересно. Или интересно. Следишь за происходящим вне какого-либо досужего любопытства.
Так редко бывает в кино, где нам могут показать и рассказать все, что угодно. Что, кстати, потом и на жизнь влияет. Обратно. Возникает привычка. Применять одни правила к другому месту.
В общем, эта история выстроена не по театральному принципу, а по киношному. Почти документально. Почти как в жизни. По ходу движения.
Человек постепенно что-то утрачивает. Что-то приобретает. Плюс на минус – что дает? Плюс? Ноль? Какую-то никому пока что не известную цифру?
Это не то чтобы история без конца. Она особенно и без начала. Не столько пьеса, сколько – отрывок. Более значимой картины. Но отрывок отражает сразу и многое, как отражает многоуровневый пейзаж простая капля воды.
Ссылка на фильм - в первом комменте. Поддержать проект - https://dzen.ru/id/66b9d20911b5905708c0149e?donate=true не в России https://boosty.to/okovalsky/donateм
