Он больше не встаёт.
Тело ещё здесь, а силы — уже нет.
Голос стал тише, дыхание — короче, а взгляд… будто смотрит не на тебя, а сквозь.
Я сижу рядом и впервые в жизни не знаю, что сказать.
Когда мы были маленькими, папа казался вечным.
Он умел всё: чинить, защищать, решать.
Он ругался — и это пугало.
Молчал — и это было ещё страшнее.
Но даже тогда казалось: он всегда будет рядом.
Мы откладываем важные слова «на потом».
Спасибо — потом.
Прости — потом.
Я люблю тебя — тоже потом.
А потом наступает момент, когда «потом» больше не существует.
Папа смотрит на меня долго.
Как будто хочет сказать что-то важное, но сил хватает только на одно слово: — Живи…
И в этот момент понимаешь:
он отдаёт тебе последнее, что у него есть — разрешение жить дальше без него.
Мне больно не только от того, что он уходит.
Больно от всех недосказанных разговоров.
От ссор из-за глупостей.
От дней, когда я был слишком занят, чтобы позвонить.
Смерть не кричит.
Она приходит тихо.
И забирает не только человека — она забирает иллюзии.
Иллюзию, что родители вечны.
Иллюзию, что времени ещё много.
Когда папа закрыл глаза, мир не остановился.
Но внутри что-то оборвалось навсегда.
Если ты читаешь это и твой папа ещё жив —
позвони ему.
Обними.
Скажи то, что откладывал годами.
Потому что однажды ты будешь сидеть рядом с кроватью
и понимать:
самые важные слова ты так и не сказал.