История сестринского дела охватывает зарождение и развитие современной профессии медицинской сестры[1]. С древнейших времён в большинстве культур существовал класс медсестёр, посвятивших себя служению в соответствии с религиозными принципами[2]. Как христианский, так и мусульманский мир с самого начала породили целый поток преданных своему делу медсестёр. В Европе до появления современного ухода за больными католические монахини и военные часто оказывали услуги, схожие с уходом за больными[2]. Только в XIX веке уход за больными стал светской профессией.
В XX веке сестринское дело стало одной из основных профессий во всех современных странах и пользовалось популярностью среди женщин[3].
Древняя история
Ранняя история сестринского дела мало освящается в письменных источниках, но, известно, что сестринское дело долгое время было продолжением обязанностей кормилицы[4][5].
Буддийский индийский правитель (268 г. до н. э. — 232 г. до н. э.) Ашока воздвиг ряд колонн, на которых был высечен указ, предписывающий строительство больниц вдоль путей путешественников и «обеспечение их инструментами и лекарствами, состоящими из минеральных и растительных препаратов, корней и плодов»; «В случае отсутствия лекарств, лечебных корней и трав, их необходимо поставлять, а для их применения назначать опытных врачей за счёт государства». Система государственных больниц просуществовала до падения буддизма в Индии около 750 года н. э.[6].
Около 100 года до н. э. в Индии была написана «Чарака-самхита», в которой говорилось, что для хорошей медицинской практики необходимы пациент, врач, медсестра и лекарства, причём медсестра должна быть знающей, умелой в приготовлении рецептов и дозировке, сочувствующей ко всем и чистой.
Первая известная христианская медсестра, Фиби (Фива)[7], упоминается в Послании к Римлянам 16:1[8]. В первые годы существования христианской церкви (около 50 года н. э.) святой Павел послал в Рим диаконису по имени Фива в качестве первой посещающей медсестры[6].
С самых первых дней, следуя завещанию Иисуса, христианство поощряло своих последователей ухаживать за больными. Часто священники были также врачами. По словам историка Джеффри Блейни, в то время как языческие религии редко предлагали помощь немощным, ранние христиане были готовы ухаживать за больными и приносить им еду, особенно во время эпидемии оспы в 165—180 годах н. э. и вспышки кори около 250 года н. э.; «Ухаживая за больными и умирающими, независимо от их вероисповедания, христиане обрели друзей и сочувствующих»[9].
После завершения строительства Первого Никейского собора в 325 году христианство стало официальной религией Римской империи, что привело к расширению сферы оказания помощи. Среди первых подобные центры были построены ок. 370 года святым Василием Великим, епископом Кесарии Мазака в Каппадокии в Малой Азии (современная Турция), святой Фабиолой в Риме ок. 390 года и врачом-священником святым Самсоном (умер в 530 году) в Константинополе, названные базилиадами. Больница Святого Василия напоминала город и включала жильё для врачей и медсестёр, а также отдельные здания для различных категорий пациентов[10]. Был выделен отдельный корпус для прокажённых[11]. В конце концов, было начато строительство больниц в каждом городе, где был собор.
Акцент христианства на практической благотворительности привёл к развитию систематического ухода за больными и больниц после окончания гонений на раннюю церковь[10]. Древние церковные лидеры, такие как Святой Бенедикт Нурсийский (480—547), подчёркивали важность медицины как средства оказания милосердия[12]. В XII веке римско-католические ордена, такие как доминиканцы и кармелиты, долгое время жили в религиозных общинах, занимающихся уходом за больными[13].
Некоторые больницы имели библиотеки и программы обучения, а врачи собирали свои медицинские и фармакологические исследования в рукописи. Таким образом, стационарная медицинская помощь в том смысле, в каком мы её понимаем сегодня, была изобретением, продиктованным христианским милосердием и византийскими инновациями[14]. Персонал византийских больниц включал главного врача (archiatroi), профессиональных медсестёр (hypourgoi) и санитаров (hyperetai). К XII веку в Константинополе было две хорошо организованные больницы, в которых работали врачи-мужчины и женщины. В больницах были внедрены систематические процедуры лечения и созданы специализированные палаты для различных заболеваний[14].
В начале VII века Руфайда бинт Саад (также известная как Руфайда ал-Асламия) стала первой мусульманской медсестрой. Она была современницей Мухаммеда и происходила из племени Бану Аслам в Медине, научилась медицинскому искусству у своего отца, народного целителя. После того как она возглавила группу женщин, лечивших раненых на поле боя, Мухаммед разрешил ей поставить палатку возле мечети в Медине, чтобы она могла оказывать помощь и уход больным и нуждающимся[15].
Средневековье
Европа
Средневековые больницы в Европе были построены по образцу византийских. Они представляли собой религиозные общины, в которых уход за больными осуществляли монахи и монахини. Старинное французское название больницы — hôtel-Dieu, «дом Бога». Некоторые больницы были присоединены к монастырям, другие были независимыми и имели собственное имущество, которое обеспечивало их содержание. Некоторые больницы были многофункциональными, а другие создавались для конкретных целей, таких как лечение прокажённых, приют для бедных или паломников: не все они занимались уходом за больными. Первая испанская больница, основанная католическим вестготским епископом Масоной в 580 году в Мериде, была ксенодохием, предназначенной для путешественников (в основном паломников к святыне Евлалии Меридской), а также больницей для горожан и местных фермеров. Должностные лица больницы получали доход от ферм, которые обеспечивали питанием пациентов и гостей. Из рассказа Павла Диакона известно, что в больнице работали врачи и медсёстры, в обязанности которых входил уход за больными, где бы они ни находились, «рабами или свободными, христианами или иудеями»[15].
В конце 700-х и начале 800-х годов император Карл Великий издал указ, согласно которому больницы, которые до его времени были хорошо организованы, но пришли в упадок, должны были быть восстановлены в соответствии с современными требованиями[16]. Он также распорядился, чтобы к каждому собору и монастырю была пристроена больница[16].
В X веке монастыри стали доминировать в больничной сфере. Знаменитое бенедиктинское аббатство Клюни, основанное в 910 году, стало примером, которому широко подражали во Франции и Германии[17]. Помимо лазарета для монахов, в каждом монастыре была больница, в которой ухаживали за посторонними. За ними заведовал eleemosynarius, чьи обязанности, тщательно прописанные в правилах, включали все виды услуг, которые могли потребоваться посетителям или пациентам.
Поскольку eleemosynarius был обязан искать больных и нуждающихся в окрестностях, каждый монастырь стал центром помощи страдающим. Среди монастырей, заслуживающих особого внимания в этом отношении, были бенедиктинские монастыри в Корби в Пикардии, Хирзау в Браунвайлере, Дейце, Ильзенбурге, Лизборне, Праме и Фульде; цистерцианские монастыри в Арнсберге, Баумгартене, Эбербахе, Химменроде, Херрналбе, Фолькенроде и Валькенриде[18].
Не менее эффективной была работа епархиального духовенства в соответствии с дисциплинарными постановлениями соборов в Аахене (817, 836), которые предписывали содержать больницу при каждой коллегиальной церкви. Каноники были обязаны вносить взносы на содержание больницы, а один из них отвечал за уход за пациентами. Поскольку эти больницы находились в городах, к ним предъявлялись более высокие требования, чем к больницам при монастырях. Во главе этого движения стоял епископ, отсюда и больницы, основанные Герибертом (ум. 1021) в Кёльне, Годегардом (ум. 1038) в Хильдесхайме, Конрадом (ум. 975) в Констанце и Ульрихом (ум. 973) в Аугсбурге. Но аналогичные меры были приняты и другими церквями; так, в Трире больницы Святого Максимина, Святого Матфея, Святого Симеона и Святого Иакова получили свои названия от церквей, к которым они были прикреплены. В период с 1207 по 1577 год в Германии было основано не менее 155 больниц[18].
Оспедале Маджоре, традиционно называемый Ка' Гранда (то есть Большой дом), в Милане, на севере Италии, был построен для размещения одной из первых общественных больниц, крупнейшего такого рода предприятия XV века. Построенный по заказу Франческо Сфорца в 1456 году и спроектированный Антонио Филарете, он является одним из первых примеров архитектуры Возрождения в Ломбардии[19].
Норманны принесли с собой свою систему больниц, когда завоевали Англию в 1066 году. Слившись с традиционными формами землевладения и обычаями, новые благотворительные дома стали популярными и отличались как от английских монастырей, так и от французских больниц. Они раздавали милостыню и некоторые лекарства и щедро одаривались дворянством и мелкой аристократией, которые рассчитывали на духовную награду после смерти[20].
По словам Джеффри Блейни, католическая церковь в Европе предоставляла многие услуги, характерные для государства всеобщего благосостояния: «Она содержала больницы для стариков и приюты для детей; хосписы для больных всех возрастов; места для прокажённых; а также гостиницы или трактиры, где паломники могли купить дешёвое жильё и еду». Она снабжала население продовольствием во время голода и раздавала еду бедным. Церковь финансировала эту систему социального обеспечения за счёт сбора налогов в больших масштабах и владения обширными сельскохозяйственными угодьями и поместьями[21].
Россия
Организация первых лечебных учреждений на Руси также связана с принятием христианства. В 996 г. Киевский князь Владимир издаёт официальный Устав, в котором обязывает духовенство заниматься общественным призрением, причём на эти цели должна была идти десятая часть средств, выделяемых на содержание монастырей, церквей, богаделен и больниц. С момента выхода Устава начала развиваться монастырская медицина. В XI веке при монастырях стали строить больницы и приюты[22].
Роль женщин
Католические женщины играли важную роль в здравоохранении и лечении в Европе средневековья и раннего Нового времени[23]. Жизнь монахини была престижной; богатые семьи предоставляли приданое для своих дочерей, которое шло на содержание монастырей, а монахини бесплатно ухаживали за бедными[24].
Между тем, в католических странах, таких как Франция, богатые семьи продолжали финансировать монастыри и отдавали своих дочерей в монахини, чтобы те бесплатно оказывали медицинскую помощь бедным. Сестринское дело заменило более специализированных врачей, хирургов или аптекарей, особенно в сельских районах, где эти специалисты были редкостью. Это сделало сестринское дело высоко ценимой профессией для женщин[25].
Ближний Восток
Восточная православная церковь основала много больниц на Ближнем Востоке, но после расцвета ислама в VII веке в этом регионе развилась арабская медицина, которая добилась ряда важных достижений и положила начало исламской традиции ухода за больными. Арабские идеи впоследствии оказали большое влияние на Европу.
Знаменитые рыцари-госпитальеры возникли как группа людей, связанных с амальфитанской больницей в Иерусалиме, которая была построена для оказания помощи бедным, больным или раненым христианским паломникам, прибывавшим в Святую Землю. После захвата города крестоносцами орден стал военным и медицинским[26].Римско-католические ордена, такие как францисканцы, уделяли особое внимание уходу за больными, особенно во время опустошительных эпидемий[27].
Раннее Новое время в Европе
Католическая Европа
Католическая церковь предоставляла больничные услуги в соответствии со своей теологией спасения, согласно которой вера, сопровождаемая добрыми делами, была путём в рай[28]. Та же теология сохраняется и в XXI веке. В католических районах традиция сестёр (служащих церкви)-медсестёр продолжается и сегодня. Несколько орденов монахинь предоставляли услуги медсестёр в больницах[29]. Лидирующую роль взяли на себя Дочери Милосердия Святого Викентия де Поля, основанные во Франции в 1633 году[30]. Новые ордена католических монахинь расширили спектр деятельности и вышли в новые области. Например, в сельской Бретани во Франции центральную роль играли Дочери Святого Духа, созданные в 1706 году. Новые возможности для монахинь как благотворительных работниц были созданы набожными дворянами на своих поместьях. Монахини оказывали всестороннюю помощь бедным больным в поместьях своих покровителей, выступая не только в качестве медсестёр, но и выполняя функции врачей, хирургов и аптекарей.
Тема «Святой Себастьян, ухаживаемый святой Ириной», здесь в исполнении Яна ван Бийлерта, ок. 1620-х годов, стала популярной в искусстве в начале XVII века в связи со страхом перед чумой и поощрением ухода за больными.
Французские католики в Новой Франции (Канада) и Новом Орлеане продолжили эти традиции. Во время Французской революции большинство орденов медсестёр были закрыты, и организованный уход за больными перестал существовать[25]. Однако спрос на их услуги оставался высоким, и после 1800 года сёстры вновь появились и возобновили свою работу в больницах и сельских поместьях.
Они были приняты властями, поскольку пользовались широкой поддержкой и были связующим звеном между элитными врачами и недоверчивыми крестьянами, нуждавшимися в помощи[31].
Закрытие больниц протестантами
Протестантские реформаторы во главе с Мартином Лютером отвергали идею, что богатые люди могут заслужить Божью милость добрыми делами — и тем самым избежать чистилища — путём предоставления денежных пожертвований благотворительным учреждениям. Они также отвергали католическую идею о том, что бедные пациенты заслуживают милости и спасения своими страданиями[32]. Протестанты закрыли все монастыри[33] и большинство больниц, отправив женщин домой, часто против своей воли[34]. С другой стороны, местные чиновники признавали общественную ценность больниц, и некоторые из них продолжали работать на протестантских землях, но без монахов и монахинь и под контролем местных властей[35].
В Лондоне монархия разрешила двум больницам продолжить свою благотворительную деятельность под нерелигиозным контролем городских властей[36]. Все монастыри были закрыты, но Харкнесс отмечает, что женщины, некоторые из которых были бывшими монахинями, стали частью новой системы, которая предоставляла необходимые медицинские услуги людям, не входящим в их семью. Они были наняты приходами и больницами, а также частными семьями и предоставляли уход за больными, а также некоторые медицинские, фармацевтические и хирургические услуги[37].
«После битвы при Сен-Прива — Гравелот. Французские сёстры милосердия Святого Борромео прибывают на поле битвы, чтобы помочь раненым». Неподписанная литография, 1870 или 1871 год.
В XVI веке протестантские реформаторы закрыли монастыри, хотя нескольким из них разрешили продолжить свою деятельность. Монахини, которые служили медсёстрами, получили пенсии или были вынуждены выйти замуж и остаться дома[33]. В период с 1500 по 1800 год в протестантской Европе действовало несколько известных больниц, но не было регулярной системы ухода за больными. Ослабленная общественная роль женщин ограничивала их деятельность помощью соседям и семье на безвозмездной и неофициальной основе[38].
Россия
В эпоху реформ Петра I (1672—1725) сестринское дело приобретает статус официальной профессии в госпиталях и социальных учреждениях. В 1707 г. в Москве был создан первый гражданский госпиталь, а в 1715 г. указом Петра I были организованы воспитательные дома, в которых должны были служить женщины. В 1763 г. в Москве учреждена Павловская больница, где специально для больных женщин имелись «бабы-сидельницы» из вдов и жён больничных солдат. Специальная подготовка женского сестринского персонала в России началась в первые десятилетия XIX века[22].
Становление профессии (XIX—XX вв.)
Современное сестринское дело зародилось в XIX веке в Германии и Великобритании, а к 1900 году распространилось по всему миру.
Флоренс Найтингейл, «ангел милосердия», основала свою школу медсестёр в 1860 году.
Диакониса
Фива, медсестра, упомянутая в Новом Завете[7], была диаконисой. Эта роль практически исчезла за несколько столетий до этого, но была возрождена в Германии в 1836 году, когда Теодор Флиднер и его жена Фридерике Мюнстер открыли первый дом диаконис в Кайзерсверте на Рейне. Диаконисы вскоре появились в Англии и Скандинавии по кайзерсвертскому образцу. Женщины обязывались служить в течение 5 лет, получая жильё, питание, форму, карманные деньги и пожизненный доход. Форма представляла собой обычное платье замужней женщины. Существовали различные варианты, например, упор на подготовку женщин к браку посредством обучения уходу за больными, детьми, социальной работе и ведению домашнего хозяйства. В англиканской церкви диаконисы были помощницами пасторов, и подобные навыки не практиковались[39].
К 1890 году в протестантской Европе, главным образом в Германии, Скандинавии и Англии, насчитывалось более 5000 диаконис. Во время Второй мировой войны диаконисы в зонах военных действий понесли тяжёлые потери. С падением коммунизма в Восточной Европе большинство общин диаконис были закрыты, а в Западной Германии 7000 диаконис оказались беженцами. К 1957 году в Германии насчитывалось 46 000 диаконис и 10 000 помощниц. В других странах было зарегистрировано в общей сложности 14 000 диаконис, большинство из которых принадлежали к лютеранской церкви. В США и Канаде насчитывалось 1550 женщин, половина из которых принадлежала к методистской церкви[39].
Уильям Пассавант в 1849 году привёз первых четырёх диаконис в Питтсбург после посещения Кайзерсверта. Они работали в Питтсбургской лечебнице (ныне больница Пассаванта)[40]. В период с 1880 по 1915 год в Соединённых Штатах было открыто 62 учебных заведения.
Отсутствие подготовки ослабило программы Пассаванта. Однако после 1910 года набор стал всё более сложным, поскольку женщины предпочитали высшие медицинские школы или программы по социальной работе, предлагаемые государственными университетами[41].
Первая и Вторая мировая война
Медицинские сёстры играли важную роль в мировые войны, именно во время войн началось признание сестринского дела необходимой профессией, государство взяло на себя подготовку и обучение желающий женщин медицинским азам.