Начало начал)
Когда кто-то смотрит на меня, бросает осторожные взгляды, я волей-неволей начинаю сама себя осматривать. Колготки порвались? Юбка задралась? Хотя, после позора на выставке, где весь коллектив увидел мои лосины…
После ТАКОГО мне уже стрелки на колготках не страшны!
Прошла пара дней после того, как у меня гостил дедушка. Уехал он в тот же вечер. Успел на поезд благодаря генеральному директору. Тот предложил свои услуги перевозчика и отвёз деда на вокзал. О чём они в машине беседовали? Очень мне интересно было узнать! Но меня мужчины с собой не взяли, бросили на растерзание коллегам. Я, как могла, отбивалась бумажными лебедями и ватными новогодними шарами. Коллеги так «достали» расспросами, что после приобретения нескольких ненужных безделиц, я умчалась домой.
Теперь я украсила этими безделицами рабочий стол. Маленький шар с орнаментом – красные коняшки ходят по кругу, и поделка – звезда из красных бусин, нанизанных на проволоку. У Граф Петровича, кстати, я тоже заметила на рабочем столе изделия детско-народного творчества – лесная композиция с еловыми шишками и гипсовая белка.
- Ну, что? – в очередной раз спросила Оля.
- Ничто, - в очередной раз ответила я.
А беседовали мы всё об одном: о том, звонил ли, писал ли, подходил ли ко мне генеральный директор?
Когда поезд увёз моего деда, я, конечно же, позвонила. Главное, что меня интересовало, к стыду моему, это не то, как дед добирается, удобно ли ему, комфортно, а то, о чём он с моим начальством беседовал.
- Да я ему про обустройство баньки рассказывал. Он у себя на участке хочет баньку наладить.
Баньку? Я представила себя в баньке, но что-то картинка получилась не очень, то ли жар меня смаривает, то ли от чая мятного голова кружится. В общем, банька меня не впечатлила.
За окном валит снег. Скучно. Компьютер постоянно моргает. Глаза слезятся. А новая тушь оказалась такая дрянь!
И тут входит Машка (это та, что из бухгалтерии) и ко мне топает. Со всеми здоровается, улыбается, в розовом брючном костюме, серьги-кольца болтаются, свежа, как розовый куст. Через новогодний юмор, шутки и приветствия этот «куст» продрался ко мне и, как водится, уколол.
- Странно, что ты тут, Паровозова,- притворно удивилась Машка. Её пухлые щеки залились алым румянцем. Как есть – роза.
- Что же странного? Она на рабочем месте! – влез Граф Петрович.
- Так уже все отделы судачат.
- О чем? – влезла в разговор Ольга.
- Невеста приехала! – сообщила Машка. – Волосы - во! Ноги - во! На голове - во! Писец!
Свои «во» Маша проиллюстрировала руками, а мне вспомнилась песенка «Испекли мы каравай, вот такой ширины, вот такой ужины, вот такой высоты…».
- Какая невеста? Ты, Маша, с ума сошла? – закричала на бухгалтершу Оля, - откуда у Паровозовой неве…
- Стоп! – остановила я Олю, пока она не продемонстрировала великую глупость, которая и так годами преследует весь наш сметный отдел.
- Невеста нашего генерального директора!
Маша победоносно потрясла своим телефоном, включила экран и ткнула мне в нос фото, которое, видимо, было сделано из-под стола. Но даже на этой плохой фотографии было видно, что моя конкурентка богато оделт, а на голове у неё не «писец», а шикарная шапка, да и шубка у неё – не с моей зарплатой о такой мечтать.
Я отвернулась и принялась за работу. «Без комментариев, Машенька, урыла ты меня, урыла». Не факт, что залётная красавица – это невеста генерального директора, но бегать и выяснять я сейчас не собираюсь. Вот ещё. Много ей чести.
Маша покрутилась в отделе, показала фото всем желающим (и не желающим тоже). Графу Петровичу надоело, что она отвлекает коллектив и он выгнал её. Пусть этот розовый куст пахнет в другом месте.
Поперёк горла у меня вся эта бухгалтерия! За каждой премию хожу к ним, как на войну! И всегда у них обновки – особенно у главной бухгалтерши. На пенсию ей надо, а она всё туфли новые покупает, всё сумочки модные. И ведь не всем дано носить бижутерию, но Эта – умеет, или это из-за того, что бижутерия дорогущая? Эх, помню, привезла она всем девчонкам из бухгалтерии подарочки из отпуска, а Машке – красивую брошку, обзавидоваться можно. Перламутровая, в форме ракушки, цвет морской волны, аккуратненькая, миленькая. Машка так и не смогла её правильно носить, ни к чему не подходит, словно заговорённая.
А у самой Машки тоже часто новые серьги, то ромб, то шарики, то сердечки, и всегда – золотые. И так хорошо смотрятся с её розовыми бантиками, кофточками, платьицами.
И ещё одна бухгалтерша – всё время имя её забываю. Приехала к нам из дружественных стран, вся такая скромная – взяли, так как дальняя родственница главной бухгалтерши. Так эта скромница за пару месяцев обнаглела. И дело не в обновах, а в поведении. Фамильярничает так, словно знает меня всю жизнь. Вот и на той злополучной выставке она выступала, удивлялась, охала да ахала. Уууу, на всю жизнь ей это запомню!
И как же взбесил меня этот болтающийся шарик с коняшками, что я его раз… и дёрнула. А он разломился на кусочки.
- Чтоб у них…
- У тебя тушь потекла, - перебила Оля.
- Потекло!
- Ага, салфеточку дать?
Я приняла салфеточку, привела себя в порядок. Тушь в жёлтенько-золотой упаковке лежит в сумочке. Выкинуть надо бы, но когда я себе новую-то куплю? Эх. С ближайшей зарплаты я хочу купить абонемент в бассейн, так что новая тушь подождёт…
День пролетел незаметно, за работой – за заботой. Все засобирались домой.
- Какие планы? – спросила Оля.
- Да у меня столько дел, столько дел, - оживилась я. – С подружкой в кафе пойду.
И хотя подружки нет, а в кафе идти одна я не собираюсь, но казаться одинокой перед Ольгой мне совсем не хочется.
Вышли мы в коридор и тут…
- Потекло, - ругается главная бухгалтерша, - как потекло сверху, словно ведро на голову опрокинули.
Мокрый, облезлый и унылый коллектив бухгалтерии толпится в коридоре и жалуется генеральному директору на свою судьбу.
- Это всё строители! Как мы теперь? Как я домой поеду, меня такси не возьмёт!
- Да, что ты, Рая, про своё такси. У нас все компьютеры погорели! – вознесла к потолку руки главная бухгалтерша.
Генеральный директор что-то ей говорит, ободряет.
А вот Машки нет в этом мокром царстве. Наверное, удалось ей кармы избежать.
- Теперь буду знать, как её зовут, - хихикнула я, глядя, как ранее безымянная бухгалтерша Рая стирает платочком слой косметики с лица.
И тут из-за угла выворачивает баба Варвара со своим проклятущим ведром. Она хотела нырнуть в бухгалтерию, но её шумно не пустили.
- А ну-ка, встала, - рявкнула баба Варвара на Пивоварову, которая не спешила домой, а с наслаждением любовалась бухгалтерами. Злая, что не пустили, а ждут каких-то специалистов, уборщица махнула ведром и осмотрелась.
- Пойду, пыль в сметном смахну, - горестно обозначила она цель и двинулась в мою сторону.
Я благоразумно отошла, только наперерез уборщице и её ведру, что категорически делать нельзя, двинулась непонятно откуда взявшаяся Машка. Она была абсолютно сухая и всё ещё в своём чудесном розовом костюмчике. Но вездесущий рок настиг её.
Маша попала в невероятный водоворот движений совместно с уборщицей и ведром, совершила опасный для копчика кульбит и грохнулась на пол, а сверху на неё грохнулось ведро. Уборщица, к счастью, на ногах устояла. Машка лежала в луже воды, а на груди у неё лежала серая тряпка.
Я побежала поднимать Машку, а ещё побежали её поднимать Оля, уборщица, Граф Петрович; с дюжину народа интересовались, не сломала ли Маша себе чего-нибудь.
И вишенкой на торте стала блондинка, которая на каблуках и в шубке возвысилась над всей этой мокрой суетой и спросила генерального директора:
- Я так понимаю, Артур, мы в ресторан опоздаем?
Я уползла в кабинет. Сначала смех, а потом слезы, а потом опять смех. Приползла Машка.
- Это всё ты, - прошептала она.
- Я? Что я? Как я? – залилась я смехом. И всё равно, что тушь потекла по щекам.
- Это я тебя обидела, вот мне и прилетело. Прости, Паровозова. Мне так хотелось тебя побольнее уколоть.
- Зачем?
Вот это откровение? Что же нашло на Машу?
- Да просто ты красивая, и всё у тебя получается, мне каждый день увольнением угрожают, то это не так сделаю, то другое.
- Маша, честное слово, я тут не причём, - почему-то принялась я оправдываться. - Ещё скажи, что у меня глаз дурной.
- Нет, это я виновата сама. - Маша так горько заплакала, что мне стало стыдно. Я ведь и впрямь пожелала им «потечь», но это вышло случайно.
- На,- Маша протянула мне голубой конвертик. – В подарок дали. Приглашение. Возьми и сходи. Может, там судьбу свою встретишь. Видишь, какая у него барыня, тебе с такой не тягаться.
Я, конечно, понимаю – женская солидарность и всё такое. Но Маша осталась в своём репертуаре… Я взяла конвертик – не побрезговала. Сунула в сумочку. Сегодня волшебный день – день всё расставил на свои места. Бухгалтерия наказана, даже – повержена. У Артура Сидоровича, оказывается, невеста есть. Вот пусть она в бане и моется! Может быть, этот конвертик волшебный? А если для подзарядки нужно еще что-то сломать, так у меня звезда ест, а у Графа Петровича шишки с белкой. На волшебство хватит.
А здесь все (но еще не все) "серии" про Людочку Паровозову
А если кого интересует юмористическая фантастика, то вам - сюда. Это бесплатно☺
Солнышка вам!
С теплом, ваша Я)