Я уже рассказывал про свой первый опыт общения с человеком, который сумел разглядеть во мне пришельца. Это был монах, которого простые люди считали чокнутым.
И они были правы — монах действительно сошел с ума. Только никто из них и не догадывался, отчего это произошло. До того, как постричься в монахи, мальчик Дима жил в обычной семье с мамой и папой. Семья была набожная, по воскресеньям ходили в церковь. В возрасте 16-ти лет Дима поступил в техникум в городе и уехал из деревни. Но жизнь в городе не задалась сразу - Дима стал "белой вороной" среди своих однокурсников. Еще бы, вместо алкогольных тусовок с девчонками, Дима предпочитал уединение, вместо компьютерных игр - чтение.
Дима успешно закончил техникум и спешно вернулся. домой, не желая связывать свою жизнь с городом и его порочными жителями. Этот момент слабости стал для Дмитрия отправной точкой в развитии его сумасшествие. Если бы тогда он пересилил себя, попробовал понять и принять окружающий мир, то мог бы наоборот - укрепиться духом и стать сильнее. Он и не догадывался, какие испытания ждали его впереди.
Вернувшись в родной дом, Дмитрий почти все время проводил при церкви, много молился, помогал настоятелю в службах и по хозяйству, пока однажды не объявил свое желание постричься в монахи.
Став монахом он ушёл в затворничество - почти не появлялся на людях, много читал и молился. Спрятавшись от мира физического, погрузившись с головой в мир духовный, монах раскрыл в себе способность "видеть". И эта новая способность испугала его настолько, что он хотел снова сбежать, как он бежал от проблем из города, но его новый дар исчезнуть уже не мог. Он видел бесов. Которые были буквально повсюду. Мерзкие и шустрые твари подстерегали людей повсюду и если им было за что ухватился, то они сразу же цеплялись. Так монах и сошёл с ума. Не полностью, он все ещё был способен осознавать мирскую действительность.
Монах мог стать спасителем душ, но и сам был терзаем бесом, который вцепился в него мёртвой хваткой ещё в детстве. Хотя тогда излишне скромный и застенчивый мальчик, предпочитавший активным играм с пацанами во дворе домашнее уединение, казался окружающим милым ангелочком.
Меня он тоже испугался, хоть я и не похож на беса. Я посчитал своим долгом излечить монаха и прогнать беса, так долго терзавшего его душу.
Это не был сеанс экзорцизма. Моя задача состояла лишь в том, чтобы научить монаха не боятся демонов, укрепив свой дух на только, что бесу просто не за что будет цепляться.
Я выбрал момент, когда монах пришёл в свое привычное место, чтобы помолиться. Я был уже там, хотя он меня и не видел. Сначала я общался с ним мысленно, чтобы излишне не пугать его. Спустя некоторое время я проявился физически. Монах внял моим словам и с тех пор стал чаще общаться с людьми. Его дух крепчал по мере того, как он помогал людям.
Я могу назвать его своим другом, хоть мы и не встречаемся в привычном для людей способом. Мы общаемся духовно. Он обращается ко мне, когда ему нужна подсказка и я охотно помогаю ему. Я точно знаю, что он не станет хвастаться своим знакомством со мной. Хотя бы потому, что он чист душой и бес-подстрекатель никак не может за него зацепиться...