Фильмы воздействуют не только на разум, но и на бессознательное — через образы, ритмы и визуальные повторения. Психолог Рони Бет Тауэр показывает, как кино может работать как современный тест Роршаха, вызывая у зрителей глубоко личные и порой тревожные реакции.
В своем эссе после просмотра фильма "Не беспокойся, дорогая" клинический психолог и психоаналитик Рони Бет Тауэр анализирует, почему картина вызвала столь резкие и противоречивые эмоции у зрителей разных поколений. Несмотря на смешанные отзывы критиков, фильм произвел сильное впечатление на молодую аудиторию в 2022 году. Также фильм оказался психологически тяжелым для зрителей старшего возраста.
Этот разрыв, по мнению Тауэр, связан не столько с сюжетом, сколько с тем, как визуальный язык кино напрямую обращается к бессознательному.
Как кино влияет на бессознательное людей
Рони Бет Тауэр предлагает рассматривать киноязык как систему воздействия, работающую сразу на нескольких уровнях.
Базовый уровень
На базовом — физическом и сенсорном — упомянутый фильм запускает телесные реакции: чрезмерно насыщенные цвета, повторяющиеся бытовые жесты, визуальные метафоры еды и тела вызывают автоматические ощущения отвращения, тревоги или возбуждения.
Эти реакции возникают еще до осмысления происходящего и формируют эмоциональный фон восприятия.
Биологический уровень
На уровне организма и биологических систем зритель сталкивается с темами контроля и лишения свободы.
Повторы движений, замкнутые пространства, сцены невозможности бегства вызывают реакции, близкие к паническим: учащенное дыхание, мышечное напряжение, чувство клаустрофобии.
Визуальная «идеальность» тел и среды, лишенная отклонений и случайности, усиливает ощущение насилия над живым и несовершенным.
Психологический уровень
Этот уровень связан с механизмами обусловливания и газлайтинга.
Фильм демонстрирует, как через сочетание удовольствия и страха формируются новые убеждения и модели поведения. Персонажи постепенно принимают навязанный порядок как «естественный», а любые сомнения маркируются как отклонение.
Визуальные повторения здесь работают как инструмент переписывания памяти и идентичности.
Социальный аспект
Отдельное место занимает межличностный и социальный уровень.
Картина активно использует феномены эмоционального заражения, конформизма и потребности в принадлежности. Зритель узнает знакомые механизмы, описанные еще в классических экспериментах Соломона Аша и Стэнли Милгрэма: подчинение авторитету, отказ от собственного опыта ради коллективной нормы.
Культурный аспект
На культурном уровне фильм противопоставляет искусственно «отполированную» реальность ретро-утопии более грубому и некомфортному миру вне ее.
Серые тона, неидеальные тела, отсутствие глянца выглядят пугающе именно потому, что возвращают к реальности с ее неопределенностью и ответственностью.
Наконец, на символическом и почти религиозном уровне возникает образ ложного спасения — обещание смысла, безопасности и счастья в обмен на отказ от автономии.
Психоаналитик Рони Бет Тауэр подчеркивает: сила фильма не в прямых ответах, а в том, какие проекции он запускает.
- Для одних зрителей это напряженный триллер, для других — болезненное напоминание о манипуляции, контроле и соблазне простых решений.
Именно поэтому кино может быть пережито столь по-разному — и именно так оно проникает в бессознательное.