У каждого поколения своих кумиров. Для советских зрительниц 70–80-х одним из таких был Валерий Рыжаков — высокий, светловолосый, с мягкой улыбкой и честным взглядом. Его героев любили и верили им, ведь в них была та самая «положительность», которой требовало время. Но жизнь актера оказалась далека от идеального сценария.
Послевоенная Москва не баловала детей развлечениями. Но 14-летнему Валере повезло: его позвали сниматься в кино. Возможно, сначала это казалось просто приключением, но съемки так захватили мальчишку, что стали смыслом жизни.
Он сыграл в «Повести пламенных лет», «Друг мой, Колька!», затем получил главную роль в фильме «Мишка, Серёга и я». Для подростка это была редкая роскошь — видеть себя на экране в главных титрах.
Дальнейший путь был логичным: ВГИК.
Его курс набирал легендарный Михаил Ромм, позже его сменил другой мэтр — Владимир Белокуров. Учился он бок о бок с Екатериной Васильевой и Валентиной Теличкиной — тогда ещё никому не известными, а потом — звёздами. В 1967-м Рыжаков окончил институт, попробовал себя в театре Советской армии, а затем укоренился на киностудии имени Горького.
Там он не только снимался, но и стал одним из лучших голосов советского дубляжа. Прибалтийские и кавказские актёры часто получали именно его голос — он умел дать правильную интонацию и характер.
Начало 70-х принесло известность. В эпосе «Офицеры» он появился лишь в эпизоде, но сама причастность к такой картине была важна: фильм стал одним из главных образов войны и долга для страны.
В 1974-м всё изменилось — вышли «Юркины рассветы». Лента о сельской молодёжи, её трудах и мечтах неожиданно стала всенародным хитом. Юрка, которого сыграл Рыжаков, оказался «своим парнем» и для деревенской, и для городской аудитории: честный, работящий, без фальши. Именно тогда миллионы женщин по всей стране начали писать ему письма, узнавать на улице, ждать новых ролей.
Формула успеха укрепилась работой в фильме «Вкус хлеба», где он сыграл одного из целинников. Картина, приуроченная к 25-летию освоения целины, была политически выверенной и потому украшена государственными наградами. В 1980-м актёр получил Государственную премию СССР — статусное признание, о котором многие коллеги могли только мечтать.
Съёмочная жизнь порой подбрасывала сюжеты не хуже сценариев. Во время работы над военной драмой «Приказ: перейти границу» группа снимала сцены боя в горах Чечни.
Пиротехники заложили заряды, съемка шла в динамике, и в один из моментов Рыжаков заметил, что партнер Владлен Бирюков оказался слишком близко к месту будущего взрыва. Секунда — и он резко оттолкнул товарища. Снаряд рванул почти сразу. Бирюков получил травму ноги и уехал в госпиталь, но избежал куда более серьёзных последствий. Для коллег этот эпизод стал подтверждением того, что экранный «положительный герой» и в жизни не отступает.
До конца 80-х у Рыжакова было ощущение устойчивости: кино, публика, озвучка. С развалом СССР всё поменялось. Финансирование обрушилось, вкус публики тоже менялся. Многим актёрам приходилось соглашаться на любые роли, лишь бы выжить.
Валерий Николаевич такой путь не принял. Он тяготился отсутствием работы, но не снимался в конвейерных боевиках и дешёвых сериалах начала 90-х. Его последней появившейся на экране работой стала роль в «Московской любви» — и на этом точка.
Интересно, что уже позже, когда ситуация немного выправилась, его снова стали звать. Режиссёры понимали, что за пустой паузой не стоял творческий провал, скорее — сознательный отказ. Борис Токарев специально придумал для него роль священника в картине «Не покидай меня, любовь». Но к тому моменту Рыжаков уже был другим человеком.
Уйдя от постоянных съемок, он вместе с друзьями вошёл в издательский бизнес. Не в модные журналы и не в детективчики — в православную литературу. В начале 90-х спрос на духовные книги оказался огромным. Издательство выпускало всё: от дешёвых брошюр до красивых подарочных томов. Бизнес шёл так успешно, что актёр-издатель стал миллионером.
Но российские реалии не щадили никого. Валютные качели, инфляция, кризисы — и накопления в одночасье обесценились. Это был сильный удар. Возможно, именно в сочетании с внутренними духовными поисками он стал поворотным: из мира денег и кино Валерий Николаевич окончательно обратился к церкви.
Религия не была чем-то чужим в его биографии. Бабушка ещё в советские годы тайком водила его в храм, приучала к причастию. Но годы карьеры и мирские заботы всё время откладывали «серьёзный разговор» с верой. По слухам, он ещё в молодости задумывался о монашестве, но отказывал — дважды, ссылаясь на заботу о матери и незавершённые дела.
Со временем это внутреннее стремление стало сильнее. В интервью поздних лет он говорил буквально: «Я не вижу жизни вне Бога». В итоге он практически целиком перешёл в церковный мир. Сначала — как плотник при храме Троицы Живоначальной в Троицком-Голенищеве: ремонт, работы по дереву, простые обязанности. Затем стал пономарём и певчим.
В этом выборе есть своя логика: голос, который раньше озвучивал героев и читал за кадром, теперь звучал в церковном хоре. Он учился читать на церковнославянском, не пропускал службы, жил ритмом прихода. За пределы храма выходил всё реже. Его жена, Валентина Васильевна, пошла за ним этим путём, разделив и веру, и новый образ жизни.
Личная жизнь у Рыжакова складывалась непросто. Первые два брака были краткими и не выдержали испытания ни временем, ни профессией. Настоящим домом стал третий союз.
На «Мосфильме» он встретил гримёра Валентину Васильевну, начал ухаживать, и их роман перерос в брак, который продлился почти четыре десятилетия.
Супруги прожили вместе 38 лет — редкий срок даже вне артистической среды. Валентина разделила с ним и славу, и безденежье, и уход от кино, и служение в храме. При этом они не афишировали личную жизнь, не давали интервью о быте, просто жили вдвоём.
К старости актёра всё чаще беспокоило сердце. Осенью 2015 года ему сделали операцию, после которой он почувствовал себя лучше, успел отметить 70-летие. Казалось, кризис миновал.
Но 31 декабря 2015 года, буквально за часы до боя курантов, Валерия Рыжакова не стало. Смерть наступила мгновенно — оторвался тромб. Для близких это был шок: внешне он уже шёл на поправку.
Похоронили его на Востряковском кладбище, в родственной могиле родителей жены. На общем памятнике — и его фотография. Без громких речей, без официальных прощаний, как будто тихо завершился ещё один фильм, в котором финальные титры увидели только самые близкие.
Сегодня о нём вспоминают не так часто. Но стоит пересмотреть «Юркины рассветы» или «Вкус хлеба», услышать его голос в старых фильмах — и становится понятно, почему когда-то миллионы зрителей считали именно его лицом честного, сильного, по-настоящему советского кино. И почему человек с таким внутренним стержнем в итоге выбрал жизнь не на экране, а за церковной оградой.
Читайте также статьи:
Безграничный талант и внутренняя сила. Путь к успеху Наталии Стешенко и ранний уход. Как жила?
Анастасия Дворянская. Путь «от танцев до кино. Множество талантов. Как живет актриса?
Мария Шрайвер. Предательство Арнольда Шварценеггера. Непростая жизнь актрисы
Людмила Гаврилова. Путь к успеху и исчезновение с экранов. 4 брака. Как жила актриса?