Игорь Бочкин и Анна Легчилова женаты уже больше двадцати лет. В шоу-бизнесе такие долгие браки встречаются редко. Их совместная жизнь была сложной, и к своему счастью они шли долго. Им понадобилось много терпения, чтобы сохранить семью и дождаться рождения сына.
Главным подарком судьбы для них стал сын Иван. Мальчик появился на свет, когда, казалось бы, все поезда уже ушли и надеяться было не на что. Анне на тот момент исполнилось сорок шесть лет, а Игорю Ивановичу - без малого шестьдесят.
Этот ребенок стал для них не просто наследником, а выстраданной наградой за полтора десятилетия неудачных попыток, слез и бесконечных хождений по врачам. Неудивительно, что супруги приняли беспрецедентное решение засекретить факт рождения сына, оберегая его от любопытных глаз целых три года.
Сегодня мы поговорим о том, через что пришлось пройти этой паре, чтобы услышать заветное слово «мама» и «папа», и как растет мальчик, ставший смыслом жизни для своих уже немолодых родителей.
Травма как повод для знакомства: любовь с переломом
История их знакомства звучит как анекдот, но в ней нет ни капли вымысла. На дворе стоял миллениум, двухтысячный год. В Театре имени Пушкина кипела работа над спектаклем «Путники в ночи».
Игорь Бочкин, к тому времени уже народный любимец и признанный секс-символ с репутацией дебошира и ловеласа, был утвержден на главную роль. Его партнершей стала Анна Легчилова - актриса с совершенно другой энергетикой, более спокойная, рассудительная и закрытая.
Сценарий требовал страстей: герой Бочкина должен был в порыве эмоций толкнуть героиню Анны на кровать. Игорь Иванович, всегда отличавшийся мощным темпераментом и физической силой, настолько вжился в роль, что не рассчитал свои возможности. Результат этой творческой самоотдачи оказался плачевным для Анны: она получила серьезную травму - перелом руки, сотрясение и порванное сухожилие.
Сама актриса потом с улыбкой рассказывала журналистам, что у Бочкина просто не оставалось выбора, кроме как жениться на ней, чтобы загладить свою вину за причиненные увечья. Однако за этими шутками скрывался долгий период ухаживаний. Бочкин, за плечами которого уже было три разрушенных брака и слава человека, с которым невозможно ужиться, вдруг превратился в настоящего романтика.
Очевидцы вспоминали, как он обрывал кусты сирени в московских парках, чтобы тайком положить букеты под дверь комнаты общежития, где тогда жила Анна.
В 2002 году они официально стали мужем и женой. Для Анны это был первый поход в ЗАГС, а для Игоря - четвертая попытка построить семью. Многие в их окружении делали ставки: сколько продержится этот брак? Год? Два? Слишком разными они казались. Он - взрывной, прошедший через огонь, воду и медные трубы, имевший проблемы с алкоголем.
Она - интеллигентная, сдержанная, умеющая гасить конфликты. Но именно эта разность потенциалов и стала тем цементом, который скрепил их союз на десятилетия.
Четырнадцать лет тишины и надежды
Со стороны их жизнь казалась идеальной: востребованность в профессии, совместные проекты, уютный дом. Но за закрытыми дверями квартиры поселилась тихая беда, о которой не принято кричать на каждом углу. Анна и Игорь страстно мечтали о ребенке, но судьба словно испытывала их на прочность.
Это были не просто попытки зачать, это была настоящая война с обстоятельствами, длившаяся почти четырнадцать лет. Анна прошла через все круги медицинского ада: бесконечные обследования, гормональная терапия, процедуры, сменяющиеся одна за другой клиники. Врачи разводили руками, не находя явных причин для бесплодия, или, наоборот, ставили неутешительные диагнозы, предлагая смириться и жить для себя.
В какой-то момент тема детей стала в их доме табуированной. Слишком больно было каждый раз надеяться и каждый раз переживать крушение этих надежд. Бочкин, который в молодости не уделял должного внимания своей дочери от второго брака (она живет в Испании и практически не общается с отцом), в зрелом возрасте остро почувствовал потребность в отцовстве. Он хотел исправить ошибки молодости, дать новому человеку ту любовь, которую не успел или не смог дать раньше.
Анна же просто хотела стать матерью. Она признавалась, что это ожидание выматывало душу, но она запрещала себе опускать руки. Именно ее вера и упорство стали решающим фактором. Она была готова бороться до конца, несмотря на возраст и скептические взгляды окружающих, которые намекали, что в сорок с лишним лет пора думать о внуках, а не о пеленках.
Чудо, которое нужно было спрятать
И чудо произошло. В 2016 году, когда Анне было 46 лет, она узнала, что беременна. Для пары это известие стало настоящим шоком, смешанным с невероятным счастьем и диким страхом. Страхом потерять, сглазить, спугнуть удачу, которая так долго обходила их стороной.
Реакция Игоря Бочкина была очень эмоциональной. Человек, сыгравший десятки брутальных мужчин, не мог сдержать слез, осознав, что у него будет сын. Но вместе с радостью пришло и твердое решение: никто не должен знать. Никаких обложек журналов с округлившимся животом, никаких интервью о том, как протекает беременность, никаких постов в социальных сетях.
Они ушли в глухое подполье. Даже самые близкие друзья и дальние родственники оставались в неведении. Анна и Игорь понимали: общественное внимание, пересуды о «старородящих», обсуждение рисков - все это может создать ненужный негативный фон. Они создали вокруг себя кокон тишины, в котором существовали только они вдвоем и их будущий ребенок.
Сын Иван родился здоровым и крепким. Но даже после его появления на свет режим секретности не был снят. Целых три года страна не знала, что в семье народных любимцев произошло пополнение. В редких публикациях в интернете Анна показывала ребенка исключительно со спины или так, чтобы невозможно было разглядеть лицо. Это порождало массу слухов: говорили, что они усыновили ребенка, что воспользовались суррогатным материнством, строили самые невероятные теории.
Сама Анна позже объясняла это затворничество просто и понятно: счастье любит тишину. Для нее, ставшей матерью в столь зрелом возрасте, этот ребенок был настолько драгоценным подарком, что ей физически не хотелось делить его с миром. Ей хотелось насладиться каждой минутой материнства без посторонних глаз, без советов «доброжелателей» и оценок. Это было ее личное, интимное пространство, куда вход был воспрещен.
Ваня Бочкин: копия папы и мамина радость
Тайное стало явным только в 2019 году, когда скрывать подросшего мальчика стало уже технически сложно. Анна опубликовала фото с сыном, и поклонники ахнули: мальчик оказался удивительно похож на своего знаменитого отца. Тот же разрез глаз, та же волевая линия подбородка, тот же взгляд. От мамы Ивану досталась мягкая улыбка и, судя по всему, спокойный характер.
Сейчас Ване уже восемь, и он - самый обычный второклассник. Родители не стали прятать его в золотую клетку элитных гимназий, а отдали в простую московскую школу. Им важно, чтобы парень рос среди нормальных детей, а не чувствовал себя избранным «звездным» наследником. Баловать его, конечно, любят, но стараются держать рамки: всё-таки воспитывают мужчину, а не капризного мажора.
Игорь Бочкин в свои 67 лет переживает вторую молодость. Он признается, что позднее отцовство кардинально отличается от раннего. Если в двадцать пять ты думаешь о карьере, друзьях и развлечениях, а ребенок растет где-то параллельно, то в шестьдесят ты понимаешь ценность каждого момента. Ты осознаешь, что времени отпущено не так уж много, и хочется успеть вложить в сына все, что знаешь и умеешь сам.
Анна честно признается: Ваня для них - как вечный двигатель. С таким ребенком про болячки и возраст забываешь моментально. Хочешь не хочешь, а приходится соответствовать: бегать, прыгать, вникать в новые гаджеты и учить уроки. Лечь на диван и поохать на радикулит просто не получится - сын не даст.
Глядя на них, понимаешь простую вещь: у счастья нет расписания. Кто-то нянчит первенца в двадцать, а кому-то, как Игорю и Анне, нужно пройти через ад, чтобы обрести смысл жизни уже в зрелости. Их пример - лучшее доказательство того, что сдаваться нельзя никогда, даже если врачи и статистика против вас.
А что вы думаете насчет этой «игры в прятки» длинною в три года? Правильно ли они сделали, что спрятали малыша от всех, или публичность обязывает быть открытыми? И вообще, рожать под пятьдесят - это эгоизм или подвиг?