Я листала каталог отелей для романтического отпуска, когда муж сказал — а давай возьмём с собой мою мать.
— Дим, смотри какой отель! — я ткнула пальцем в экран. — Тихий, только для взрослых. Представляешь, наконец-то отдохнём нормально!
Дима подошёл, заглянул через плечо.
— Красиво, — кивнул он. — Слушай... А давай маму возьмём?
Я обернулась так резко, что чуть не столкнулась с ним головой.
— Что?
— Ну маму. Валентину Ивановну. Она же одна живёт, весь год работает. Заслужила отдых.
— Дима... — я закрыла ноутбук. — Ты помнишь наш прошлый отпуск?
— Ну, были небольшие трудности, — он отвёл взгляд.
— Небольшие? — я почувствовала, как внутри всё сжимается. — Твоя мать устроила скандал официанту в кафе! Три дня дулась, потому что номер был не на первом этаже!
— Лена, ну мама у меня такая, — Дима примирительно поднял руки. — Ей тяжело перестроиться.
— А мне тяжело каждый день слушать, что я всё делаю неправильно! — голос сорвался. — Дим, я хочу спокойный отпуск. Только мы с тобой.
— Значит, моя мама тебе не нужна? — лицо мужа стало жёстким. — Она же одна! Ей скоро шестьдесят!
— Пятьдесят пять, — машинально поправила я.
— Не важно! Важно, что она моя мать. И если тебе это не нравится...
Он не договорил. Прошёл в комнату и закрыл дверь.
Я сидела на кухне и смотрела в окно. Так мечтала о море. О тёплом песке. О том, чтобы просто лежать и не думать ни о чём.
Без скандалов. Без замечаний. Без критики свекрови.
На следующий день Дима ушёл на работу рано. Не попрощался. Я допивала кофе, когда позвонила подруга Настя.
— Ты чего такая грустная?
Я рассказала про предложение Димы.
— Он что, совсем? — Настя была в шоке. — После того лета?!
— После того лета, — подтвердила я. — И знаешь что хуже всего? Он обиделся, что я против.
— Лен, скажи ему прямо — нет! Это твой отпуск тоже!
— Я боюсь, Настя. Дима очень привязан к матери. Если я откажу...
— Если откажешь, сохранишь себе нервы, — перебила подруга. — Слушай, пусть она поедет отдельно! Вы оплатите часть, но не вместе!
— Она обидится, — я покачала головой. — Валентина Ивановна такая... Для неё это будет означать, что мы её отталкиваем.
Весь день я работала на автомате. Вечером поднималась по лестнице домой, когда на площадке встретила Зою Петровну. Соседка выходила от Валентины Ивановны — свекровь жила этажом выше.
— Леночка! — Зоя Петровна улыбнулась. — Валентина Ивановна такая счастливая! Говорит, вы её на море берёте!
У меня похолодело внутри.
— Это... мы ещё не решили окончательно.
— Ой, да что вы! Валентина Ивановна всё рассказала! Такие вы молодцы!
Соседка ушла. Я стояла на площадке и чувствовала, как закипает внутри.
Дима уже рассказал матери. Без моего согласия.
Дома муж сидел перед телевизором.
— Дима, почему твоя мама уже знает про отпуск?
Он не отрывался от экрана.
— Я упомянул.
— Упомянул?! — я встала перед телевизором. — Мы ничего не решили, а ты уже всё ей рассказал?!
— Лена, отойди, я не вижу.
— Дим! Мы разговариваем!
Он наконец посмотрел на меня.
— О чём разговаривать? Я думал, ты согласишься. Это же моя мама.
— Ты поставил меня перед фактом! — я почувствовала, как к горлу подкатывает комок. — Теперь, если я откажу, буду виноватой!
— А ты и так виноватая, — тихо сказал Дима. — Моя мама одна живёт. Ей нужна наша поддержка. А ты думаешь только о себе.
— Я думаю о нас! О нас с тобой!
— С моей мамой нормально отдохнуть нельзя?
Он прошёл в спальню и закрыл дверь.
Мы не разговаривали три дня.
На четвёртый день позвонила моя мама.
— Доченька, как дела?
Я рассказала всё. Про предложение Димы, про то, что он уже сообщил Валентине Ивановне.
Мама слушала молча. Потом вздохнула.
— Леночка, я понимаю тебя. Но может, стоит уступить? Дима любит свою маму.
— Мам, но я же не хочу! Ты не понимаешь, каково это было летом!
— Понимаю, — мягко сказала мама. — Но тогда тебе нужно серьёзно поговорить с Димой. Установить правила. Может, отдельные номера?
— Валентина Ивановна не согласится.
— Тогда, доченька, решать тебе. Либо компромисс, либо отстаиваешь своё. Но помни — если сейчас промолчишь, потом будет сложнее.
В выходные мы встретились с Настей и Андреем. Настя не выдержала.
— Дим, ты что творишь? — она посмотрела на мужа.
— О чём ты?
— О свекрови в романтическую поездку. Серьёзно?
Андрей рассмеялся:
— Димка, ты правда хочешь взять маму в отпуск? Ты в своём уме?
— Просто отдых на море, — Дима нахмурился.
— Дим, пойми, — Андрей стал серьёзнее. — Девочке нужен отпуск. Она весь год работает. Ей нужно отдохнуть от всех.
— От моей мамы в том числе?
— От всех, — повторил Андрей. — Это нормально.
Настя поддержала:
— Лена в прошлый раз еле выдержала!
— Слушайте, — Андрей оживился. — А давайте мы поедем все вместе!
Я посмотрела на него.
— Как все?
— Ну мы с Настькой, вы двое и твоя мама. Веселее будет. И Лене не так тяжело.
Настя кивнула:
— А ведь идея...
Я молчала. С одной стороны — лучше, чем втроём. С другой — я мечтала об отпуске вдвоём.
— Я маме предложу, — сказал Дима.
В понедельник вечером он позвонил Валентине Ивановне. Я слышала разговор.
— Мам, слушай... Может, поедем не втроём, а компанией? С друзьями...
Долгая пауза. Потом голос Димы стал извиняющимся:
— Мам, ну почему нет? Просто веселее... Мам!
Он вернулся с мрачным лицом.
— Она против. Говорит, не хочет быть пятым колесом. Обиделась.
— И что теперь?
— Не знаю, — Дима опустился на стул. — Она трубку не берёт.
Следующие два дня Валентина Ивановна не отвечала на звонки. Дима нервничал.
Атмосфера дома становилась тяжелее.
В среду он сказал:
— Это из-за тебя. Мама обиделась из-за тебя.
Я стояла у окна.
— Я не хотела никого обижать. Я просто хотела отдохнуть.
— А моя мама не заслужила отдыха?
— Дим, я не говорю, что не заслужила! Но почему с нами?!
— Потому что я её сын! — Дима стукнул кулаком по столу. — И если ты этого не понимаешь...
Он схватил куртку и вышел.
В четверг утром я столкнулась с Валентиной Ивановной на лестнице. У свекрови было осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами.
— Здравствуйте.
— Здравствуй, — сухо ответила она.
— Валентина Ивановна, давайте поговорим.
— О чём? — она остановилась, не оборачиваясь. — Всё понятно. Я вам мешаю.
— Это не так...
— Лена, не надо, — свекровь повернулась. В глазах стояли слёзы. — Я всё понимаю. Вы хотите отдыхать без меня.
— Мы просто хотели спокойного отпуска...
— После лета я поняла, что всё делала не так. А оказывается, я всем мешала.
Она ушла вверх по лестнице.
Вечером Дима вернулся поздно. Прошёл в спальню, не поздоровавшись.
Через полчаса вышел и сказал:
— Я решил. Я поеду с мамой. А ты как хочешь.
Я обернулась. Впервые за пять лет брака он смотрел на меня холодно.
— Ты ставишь меня перед выбором?
— Ты поставила меня первая, — ровно ответил он. — Между тобой и мамой. Мама меня родила. А ты можешь хоть раз подумать не о себе.
Он ушёл в спальню.
На следующий день я встретилась с Настей.
— Он серьёзно? — подруга была в шоке.
— Серьёзно.
— Не поддавайся, — жёстко сказала Настя. — Если сдашься, он всю жизнь будет шантажировать мамой.
— А если не сдамся — потеряю мужа.
Настя взяла меня за руку:
— Давай мы всё-таки поедем вместе? Я с Андреем обсудила — мы готовы. Поможем справляться.
— Валентина Ивановна уже отказалась...
— А мы по-новому предложим, — Настя придумывала. — Соберём всех и поговорим. Как взрослые. С условиями.
— С какими?
— Отдельные номера. Каждый планирует день сам. Встречаемся, когда хотим. И никаких скандалов.
В субботу собрались все. Настя с Андреем, мы с Димой, Валентина Ивановна.
— Мы собрались решить вопрос с отпуском, — Настя взяла инициативу. — По-взрослому.
— Какой вопрос? — свекровь холодно посмотрела. — Дима со мной едет. Лена остаётся. Всё решено.
— Нет, — твёрдо сказала я. — Не решено. Я хочу поговорить. Честно.
— О чём?
— Валентина Ивановна, — вмешался Андрей. — Можно я скажу?
Она удивлённо посмотрела.
— Говорите.
— Дело не в том, что Лена вас не хочет видеть. Дело в том, что летом вы всех достали своими капризами. Извините за прямоту.
Повисла тишина. Свекровь побледнела.
— Что?!
— Вы устроили скандал официанту, — продолжал Андрей. — Три дня дулись из-за кафе. Критиковали каждый шаг. Лена боится, что это повторится.
— Я... не знала... — Валентина Ивановна посмотрела на сына. — Дима, ты говорил, что всё хорошо!
Дима опустил взгляд.
— Я не хотел расстраивать, мам.
— То есть ты врал? Всё время врал?
— Мам, я просто...
— И вы все меня считаете капризной? — свекровь обвела всех взглядом.
Настя и Андрей молчали. Я набралась смелости:
— Валентина Ивановна, дело не в капризах. Вы не даёте нам дышать. Постоянно всё контролируете.
— Я забочусь!
— Но мы взрослые, — тихо сказала я. — Мы можем сами решать.
— И вы не хотите меня видеть, — свекровь встала. — Поняла.
— Валентина Ивановна, подождите, — Андрей преградил путь. — Мы не закончили.
Она колебалась. Потом села.
— Мы предлагаем компромисс, — начала Настя. — Едем все. Но с условиями.
— Какими?
— Отдельные номера, — я загибала пальцы. — Каждый планирует день сам. Никто не критикует. Встречаемся, когда хотим.
— То есть я сижу отдельно и не мешаюсь? — в голосе обида. — Не надо такого отдыха!
— Валентина Ивановна, — Андрей снова заговорил. — А вы думали о них? О том, что Лене тяжело? Что она весь год работает?
— Я тоже работаю!
— Мам, — тихо сказал Дима. — Андрей прав. Я молчал, потому что не хотел обижать. А надо было говорить.
Свекровь молчала. Потом тихо спросила:
— И что мне делать? Сидеть дома одной?
— Нет, — неожиданно сказала я. — Поехать отдохнуть. Но не с нами.
— Куда?
— Есть групповые туры, — подсказала Настя. — Для вашего возраста. Там и компания, и экскурсии...
— Я не хочу с чужими! Хочу с семьёй!
— Но так нельзя, — твёрдо сказала я. — Валентина Ивановна, летом вы устроили скандал официантке. Каждый день говорили, что я неправильно одеваюсь. Не давали нам погулять вдвоём!
— Я... мне было одиноко. Вы были вместе, а я одна...
— Но мы муж и жена! — голос сорвался. — Нам хочется быть вдвоём!
Свекровь медленно опустилась на стул.
— Я не знала, что всё так плохо. Дима всегда говорил...
— Дима не хотел расстраивать, — закончила я. — Но молчать нельзя. Мне нужен отпуск. Спокойный отпуск.
Валентина Ивановна молчала. По щекам текли слёзы.
— Я просто боюсь, что вы от меня отдалитесь. Что Дима забудет.
— Мам, я не забуду, — Дима взял её за руку. — Но Лена — моя жена. Мне важно быть с ней вдвоём.
— А я не важна?
— Важна. Но по-другому.
Свекровь вытерла слёзы. Посмотрела на меня.
— И что вы предлагаете?
Я вдохнула:
— Мы с Димой едем вдвоём. Это наш отпуск. Но в марте, на длинные выходные, поедем втроём на турбазу. Недалеко. Небольшое путешествие.
— Три дня, — добавил Дима. — Но вместе.
Свекровь медленно кивнула:
— И вы не будете избегать?
— Не будем. Но вам тоже нужно постараться. Не критиковать. Давать пространство.
— Я постараюсь.
Андрей облегчённо выдохнул:
— Ну наконец-то!
Напряжение спало. Настя разлила морс.
— За компромиссы.
Свекровь посмотрела на меня:
— Прости. За лето. Я не понимала...
— Я тоже виновата. Надо было сразу говорить.
Когда гости ушли, мы с Димой остались на кухне.
— Прости, — сказал он. — Я не должен был ставить перед выбором.
— Я тоже прости. Надо было раньше говорить.
— Поедем вдвоём?
— Поедем.
Декабрь пролетел. Мы купили путёвки — тот самый отель, о котором мечтала.
Валентина Ивановна звонила реже. Когда приходила, старалась не критиковать. Один раз даже остановила себя.
— Извини. Привычка.
— Ничего. Я знаю, вы из лучших побуждений.
За неделю до Нового года свекровь принесла книгу о Турции.
— Почитайте. Про интересные места.
— Спасибо.
— И ещё. Я на март турбазу нашла. В сосновом лесу. Там и лыжи можно.
— Отлично! Покажете?
Мы полчаса смотрели сайт, обсуждали. Валентина Ивановна была оживлённой.
Тридцать первого декабря собрались у нас. Большой стол, смех, шутки.
Свекровь весь вечер была спокойной. Когда моя мама предложила помощь, не стала спорить.
За минуту до полуночи Дима поднялся:
— Хочу сказать... Этот год научил меня, что молчать — не всегда лучший выход. Что надо говорить правду.
— За честность, — подняла бокал Настя.
Валентина Ивановна тоже встала:
— И за то, чтобы молодые отдохнули. Без меня. — Она улыбнулась.
Я улыбнулась в ответ. Подошла и обняла её.
— Спасибо.
— Тебе спасибо. За терпение.
Куранты начали бить. Все засуетились. Я стояла рядом с Димой, и он взял меня за руку.
— Люблю.
— И я.
Восьмого января мы улетели. Валентина Ивановна проводила.
— Отдыхайте хорошо. Не волнуйтесь обо мне.
— Мам, ты справишься?
— Справлюсь. У меня Зоя Петровна каждый день заходит.
В самолёте я откинулась на спинку. Дима взял за руку.
— О чём думаешь?
— О том, что мы справились.
— Справились.
Впервые за долгое время я чувствовала себя спокойной. Мы летели вдвоём. В свой отпуск.
А в марте будет турбаза. Втроём. И это тоже будет хорошо — потому что теперь мы умеем разговаривать. Честно и без обид.
Я посмотрела в иллюминатор. Внизу облака. Впереди — море. Белый песок. Тишина.
Наш отпуск. Наконец-то.
Я улыбнулась и сжала руку мужа.
Всё будет хорошо.