Почему-то вспомнилась Володе тетка родная. Именно почему-то. Привязанности к ней не было, не говоря уже о любви. А вот вспомнилась тетка.
Она старенькая, живет в соседнем городе в своем доме. Думал о ней, от дум избавиться не мог. Тревожно на душе. Взял и позвонил. Тетка сказала, что разболелась.
Разговор не успокоил. Навязчивые мысли, что надо бы съездить и повидаться. Хотя зачем? Она не одна, в большом семейном доме вместе с ней дочь с мужем и внучка, а старые люди часто болеют. Все естественно. Тогда почему волнение? Да, надо съездить в субботу: три часа туда, три обратно. И немного у нее посидеть.
Странно все это, никак не объяснить.
Выехал в семь утра. На удивление – дороги свободны, не было даже небольшого скопления машин, и всегда зеленый свет светофоров. Ощущение, будто кто-то специально помогает.
Тетка выглядела бодро, несмотря на уверение, что болеет. Племяннику не обрадовалась, встретила довольно сухо. Говорить не о чем, потому что давно друг другом не интересовались.
Вдруг она оживилась: «Дом у нас большой, кладовок, чуланов много. Сто лет не разбирала. На прошлой неделе от скуки взялась и вот что нашла. Папка картонная, твоему отцу принадлежала. Он у меня месяц жил, поступал в институт, но не поступил. Он умным был, начитанным. Забери, мне не нужно».
Володя открыл и увидел пару листов бумаги. Красивым почерком что-то написано. От отца ничего не осталось. Только старые наручные часы.
Посидел немного, попрощался и поехал домой. Припарковался во дворе, открыл папку и стал читать. Может, там есть такое, что нельзя жене показать. Лучше сначала самому.
Первые строки удивили. Что-то вроде дневника – несколько разрозненных размышлений: «Вчера в соседнем доме мужик женщину ударил. Я видел из окна. Забор низкий, они во дворе стояли. Он размахнулся и ударил. Мужчина, который сделал женщине больно, не мужчина, а чудовище».
Следующий абзац: «Отец никогда мать не обижал. Когда я к сестре поехал поступать, он меня провожал. По дороге встретили знакомого, он с женой куда-то пошел. Отец поздоровался, но руку не пожал. Отошли, и отец назвал этого мужика «козлом», потому что оставил жену и сына. И мне сказал: «Женишься – береги семью. Это мое тебе завещание. Не подумай, я еще пожить хочу. Но ты запомни».
На следующем листочке маленькое замечание: «У сестры книжка стихов. Открыл случайно и прочитал: «В мире так много странного, а, в сущности, странного нет». Евтушенко стихи. Подумал: а он прав. Умный человек».
Папка небольшая – для школьных тетрадей, и всего два листа.
Пот на лбу у Володи. Что это? Предупреждение? Отец с того света послал? Странно, что к тетке поехал. Странно, что быстро доехал и вернулся. Странно, что тетка папку нашла. Странно, что эта папка попала в руки именно сейчас. И эти размышления про женщину и мужчину. И стихотворная строка.
Сообщение: «Почему молчишь? Не знаю, что и подумать. Тебе звонить боюсь».
И два женских лица перед глазами. Женщина с темными волосами и умным пронзительным взглядом. Женщина, которая нравится, к которой тянет. И второе женское лицо, усталое, с потухшим взглядом, с нервно сжатыми губами. Лицо жены.
«Женишься – береги семью. Это мое тебе завещание». Значит, и Володе завещание. От деда к отцу, от отца к сыну.
Сидя в машине, позвонил женщине с темными волосами: «Катя, прости, если обнадежил. Подлецом быть не могу. И не хочу. Не могу своих обидеть. Жена и дочь. В ответе за них. Прости, но встречаться не будем».
И удалил номер телефона.
«В сущности, странного нет».
Подписывайтесь на канал «Георгий Жаркой».