### 1. Запах сирени
Лето начиналось с переезда на старую дачу. Я приехал один, чтобы привести всё в порядок. Первым делом взялся за забор, который почти сгнил. Столб не поддавался, и я громко чертыхался. Вдруг над забором появилось лицо соседской девушки. «Молотком подденьте, — сказала она спокойно, — а то слышно до речки». Я так растерялся, что выронил инструмент. Её звали Катя, и она уже неделю жила по соседству. На следующий день я принёс ей в благодарность банку маминого варенья. Она угостила меня чаем с мятой на своей веранде. Мы разговорились о книгах, завалявшихся на дачных чердаках. Оказалось, мы оба обожаем старые детективы. Она предложила обменяться: я дал ей «Десять негритят», она мне – сборник Конан Дойла. Каждый вечер мы обсуждали прочитанное, сидя на пеньках у межи. Однажды она попросила помочь спилить сухую яблоню. Работа была пыльной и весёлой. Потом мы мыли руки из старого колодца, и вода была ледяной. Она закричала и брызнула на меня. Я ответил тем же, и через минуту мы были мокрыми с головы до ног. Смеялись как дети. После этого знакомство перестало быть формальным. Мы начали вместе ходить на речку за водой, ведь водопровод не работал. Она показывала, где в лесу растет земляника. Я научил её правильно забивать гвозди. Дача преображалась на глазах, и не только моя. Как-то вечером она пришла с гитарой и спела несколько старых песен. Её голос был тихим и немного грустным. Я не пел, но подпевал, глядя на первые звёзды. В тот момент я понял, что жду этих летних дней как чего-то самого важного. Мы договорились поехать на велосипедах на дальнее озеро в выходные. Поездка стала настоящим приключением, мы заблудились, но нашли озеро. Оно было чистое и пустынное. Купались, а потом долго лежали на теплом песке. Обратно ехали молча, усталые и счастливые. Лето подходило к концу, но мы об этом не думали. Мы знали, что это только начало.
### 2. Ночной сторож
Я приехал на дачу в середине июля, чтобы писать диплом. По ночам в саду что-то шуршало и громило мои ловушки для слизней. Решив поймать вредителя, я устроил засаду с фонарём. В полночь из-за кустов смородины вышла… соседская собака, а за ней её хозяйка. «Извините, мой Барни — профессиональный разрушитель, — сказала она, улыбаясь. — Я Аня». Мы разговорились стоя в пижамах среди грядок. Она оказалась ветеринаром и тоже приехала поработать в тишине. Наутро она принесла в качестве компенсации домашний лимонад. С этого начались наши вечерние чаепития после трудового дня. Она рассказывала забавные истории о своих пациентах. Я делился сложностями научного труда. Иногда она приходила со стетоскопом, чтобы «послушать» старого кота, который жил у нас в сарае. Мы смеялись над его возмущенным урчанием. Как-то раз я помог ей выкупать Барни после его встречи с ёжиком. Это был мокрый и весёлый хаос. Мы были вымокшие вдвоём, но пес сиял от счастья. Вечером того же дня мы сидели на её крыльце, завернувшись в один плед. Говорили обо всём на свете, от звёзд до смысла жизни. Она показала мне созвездие Лебедя, которое было особенно ярким. Я чувствовал, как исчезает вся моя предэкзаменационная нервозность. Мы начали вместе бегать по утрам по лесной дороге. Она была быстрее, и я из последних сил старался не отставать. После пробежки мы пили кофе из её термоса на скамейке у реки. Однажды пошёл сильный дождь, и мы спрятались в моей времянке. Пришлось разжечь печку, чтобы просушиться. Запах мокрой одежды, дымка и её смех — этот момент запомнился навсегда. Я закончил дипломную главу рекордно быстро. В последний вечер перед отъездом в город мы жарили сосиски на костре. Барни терпеливо ждал своей доли. Мы договорились обязательно вернуться сюда зимой, чтобы посмотреть на заснеженный сад. И я уже знал, что это не просто слова.
### 3. Клубничный вор
Наша дача славилась клубничной грядкой. Как-то утром я застал там незнакомку в широкополой шляпе. Она так увлеклась сбором ягод, что не заметила меня. «Вы знаете, что это частная собственность?» — спросил я. Она вздрогнула и обернулась. В её корзинке была горстка нашей самой лучшей клубники. «Ой! — воскликнула она. — Я думала, это заброшено! Дача Дмитриевых». Я объяснил, что Дмитриевы давно продали участок моим родителям. Девушка страшно смутилась и предложила всё вернуть. Её звали Лида, и она приехала погостить к тёте в соседний посёлок. В детстве она каждое лето бывала здесь и помнила эту грядку. Мы решили, что в качестве штрафа она поможет мне дособрать урожай. Работали молча, но напряжение быстро растаяло. Она оказалась ботаником и рассказала мне о сортах клубники больше, чем я знал за всю жизнь. Потом она сбегала домой и принесла пирог в качестве официальных извинений. Мы съели его на террасе, запивая чаем из самовара. Она смеялась, вспоминая, как в детстве лазила через этот забор. На следующий день я пригласил её на законных основаниях — помочь прополоть морковку. Она пришла в рабочих джинсах и за полчаса сделала то, на что у меня ушёл бы день. После работы мы пошли купаться на речку. Вода была прохладной и освежающей. Мы соревновались, кто дальше проплывёт под водой. Потом лежали на траве и смотрели, как плывут облака. Она сказала, что через неделю уезжает. Эти семь дней пролетели как один миг. Мы объездили все окрестности на моём велосипеде, она сидела на багажнике. Нашли заброшенную церковь в соседней деревне и старую плотину. Она фотографировала растения для своего исследования, а я фотографировал её. В последний вечер мы сидели на крыше сарая и смотрели на метеоритный поток. Загадывали желания на падающие звёзды. Я проводил её до калитки, и мы договорились переписываться. Она уехала, но запах клубники и её смех остались в памяти навсегда. А грядка на следующий год почему-то казалась уже не такой сладкой.
### 4. Игра в прятки
Моя племянница Маша привезла на дачу подругу, Соню. Девочкам было по семь лет, и они целыми днями носились по участку. Я пытался читать в гамаке, но покоя не было. «Дядя Ваня, поиграй с нами в прятки!» — упрашивала Маша. Я сдался, чтобы они хоть ненадолго притихли. Прятался за дубом, в сарае, даже залез в старую бочку. Водой была Соня, и её смех звенел по всему саду. Вдруг, прячась от них в глубине сада у забора, я услышал другой смех — взрослый, женский. Из-за кустов сирени выглянула девушка. «Извините, — сказала она, — я просто наблюдаю за вашим весельем. Меня зовут Вика, я ваша новая соседка». Мы разговорились через забор. Оказалось, она детский художник и приехала на дачу за вдохновением. Девочки, конечно, моментально нас нашли и потребовали включить Вику в игру. Так наша команда выросла. Вика пряталась так искусно, что мы искали её полчаса. Она сидела в ветвях огромной ели, притаившись, как белка. После игры она принесла нам лимоад и свежеиспечённое печенье в виде зверушек. Девочки были в восторге. С тех пор Вика стала частой гостьей. Она приносила альбомы и рисовала с детьми на веранде. Иногда я присоединялся, и мы рисовали друг другу смешные шаржи. Как-то раз пошёл дождь, и мы все вчетвером строили крепость из одеял и подушек в гостиной. Это был лучший день за всё лето. Вечером, после того как девочек уложили спать, мы с Викой пили вино на кухне. Разговор тек легко и непринуждённо. Она показала мне свои серьёзные работы — они были полны света и цвета. Я рассказал ей о своей работе программиста, и она удивилась, что я не сухарь. Однажды мы оставили девочек с бабушкой и поехали на велосипедах в соседний лес за грибами. Нашли немного, но главное было не в этом. Мы забрели на солнечную поляну и устроили пикник. Лежали на пледе и молчали, слушая шум листьев. В тот момент я понял, что хочу, чтобы это лето не кончалось. Вика сделала из наших находок — шишек, камушков — смешную инсталляцию у себя в саду. Она учила видеть красоту в простых вещах. Когда моя сестра приехала за Машей, та плакала, не желая уезжать. Вика пообещала нарисовать для каждой по сказке. Мы остались вдвоем, и дача вдруг показалась пустоватой. Но ненадолго. Теперь у нас были свои, взрослые игры: в бадминтон, в города, в молчаливое созерцание заката. И я уже знал, что это — самое главное приключение в моей жизни.
### 5. Гроза
Надвигалась гроза, а я забыл закрыть окна на втором этаже дачи. Я мчался из города под тёмно-лиловым небом. Первые тяжёлые капли застучали по крыше, когда я уже был на месте. Выскакивая из машины, я увидел, как ветром сорвало и понесло по улице чей-то пёстрый зонт. Я поймал его на лету. Из-за поворота выбежала девушка. «Мой зонт!» — закричала она. Мы оба промокли за секунду. Вместо благодарности она отчитала меня за то, что я так лихо паркуюсь. Её звали Алёна, и её дача была через три дома. Мы спрятались от ливня под моим козырьком. Грохотало так, что приходилось говорить почти криком. Она призналась, что бежала спасать от дождя забытую на улице подушку для чтения. Я рассмеялся, и она тоже. Гроза утихла так же внезапно, как началась. Наступила тишина, нарушаемая только стуком капель. Воздух пахл озоном и мокрой землёй. Она взяла свой зонт и собиралась уходить. Я, неожиданно для себя, предложил чай, чтобы согреться. Она колебалась, но потом кивнула. Пока я разводил огонь в печке, она сидела на табуретке и крутила в руках мокрый зонт. Чай с мятой и мёдом растопил лёд. Оказалось, она дизайнер интерьеров и приехала на дачу, чтобы перезагрузиться. Я рассказал, что здесь пишу музыку для рекламы. После чая мы вышли в сад. Всё блестело и сияло. Она заметила сломанную ветку на моей яблоне и показала, как правильно её обрезать. Потом мы пошли к её даче «спасать» ту самую подушку. Она была мокрая и безнадёжная. Мы повесили её сушиться, и Алёна провела мне мини-экскурсию по своему саду. У неё всё было продумано до мелочей. На прощание она предложила зайти завтра — оценить её пирог с ревенем. Я пришёл, конечно. Пирог был идеальным. Так началась наша дачная жизнь. Мы помогали друг другу с хозяйством, а вечерами слушали музыку или читали. Она научила меня разбираться в растениях. Я показывал ей азы звукозаписи. Как-то вечером мы снова попали под дождь, но на этот раз не побежали прятаться. Шли медленно, держась за руки, и смеялись. Гроза стала нашим личным праздником. А тот первый, пойманный на лету зонт, до сих пор стоит в её прихожей как талисман.
### 6. Призрак в белом
В наш дачный посёлок приехала новая семья. Ходили слухи, что они купили старинную дачу-терем купца Ермакова. Я видел только их дочь — высокую девушку в белых одеждах, которая гуляла по лесу в сумерках. Соседи шептались, что она «странная». Мне же было любопытно. Как-то я засиделся с книгой на веранде допоздна. И в полночь услышал тихую музыку. Она доносилась со стороны ермаковской дачи. Я вышел за калитку. В лунном свете, на лужайке перед теремом, медленно кружилась в танце та самая девушка. Она была в длинном белом платье и выглядела как призрак. Я невольно ахнул. Она остановилась, и музыка смолкла. «Вы кто?» — спросила она, но без испуга. Я представился соседом и извинился за вторжение. Оказалось, её зовут Маргарита, и она балерина, восстанавливается после травмы. Музыку она включала на колонке, а танцевала, чтобы не терять форму. Я признался, что наблюдал за ней несколько раз. Она улыбнулась: «А я видела, как вы копаетесь в огороде в яркой красной кепке. Как сигнальный флажок». Мы заговорили о соседях, о дачной жизни, о скуке. Она сказала, что здесь не с кем словом перемолвиться. На следующий день я принёс ей корзину малины. Она угостила меня странным травяным чаем из самовара. Её дача внутри была похожа на музей — старинная мебель, портреты, тяжёлые шторы. Она показала мне коллекцию бабочек, которую собрал ещё купец Ермаков. Мы стали встречаться каждый день. Иногда она танцевала для меня на лужайке, а я был её единственным зрителем. Иногда мы просто болтали, сидя на старой качели. Она была неземной и при этом ироничной. Я рассказывал ей о своей обычной жизни, и она слушала, как сказку. Однажды я предложил ей прогуляться до озера, куда обычно никто не ходил. Она надела кроссовки поверх балетных трико, и мы отправились в путь. Было смешно и прекрасно. На озере она впервые сняла обувь и вошла в воду, подняв подол платья. «Холодно!» — закричала она, и её смех разнёсся над водой. В тот день она казалась обычной девушкой, а не призраком. Мы начали исследовать все окрестные леса и поля. Она приносила с собой блокнот и зарисовывала понравившиеся виды. Я носил рюкзак с бутербродами и термосом. Когда пришло время ей уезжать на гастроли, дача опустела. Но мы продолжали писать друг другу. А следующей весной я встречал её на станции не с робостью, а с радостью. И когда в первый же вечер она снова вышла танцевать при луне, я знал, что это уже не призрак, а самое настоящее чудо.
### 7. Случайный матч
Я приехал на дачу один, чтобы отдохнуть от всех. План был прост: книги, гамак, шашлык. На второе утро я обнаружил, что забыл спички. Решил сходить к соседям. На участке через дорогу никого не было, но из-за забора доносился звук теннисного мяча о стену. Я постучал в калитку. Мяч перестал стучать, и на порог вышла девушка с ракеткой в руках. «Извините, не найдётся ли у вас огня?» — спросил я. Она кивнула и пропустила меня во двор. Пока она ходила за спичками, я наблюдал, как на стене дома нарисована импровизированная теннисная разметка. Она вернулась и, видя мой интерес, сказала: «Скучно одной. Раньше с отцом играли». Я, набравшись наглости, предложил составить ей компанию. Она удивилась, но вторую ракетку принесла. Мы играли больше часа. Я проигрывал счёт 21:3, но мне было весело. Её звали Таня, и она оказалась тренером по большому теннису, приехавшим на каникулы. Спички она мне дала, а заодно и пригласила на матч-реванш завтра. На следующий день я пришёл подготовленным — в спортивной форме. Играл чуть лучше, но счёт всё равно был разгромным. После игры она показала мне несколько приёмов. Мы стояли близко, она поправляла положение моей руки, и я чувствовал лёгкий запах её солнца и хлопка. Теннис стал нашим ежедневным ритуалом. Потом мы пили воду с лимоном на её веранде и разговаривали. Она оказалась очень весёлой и прямой. Как-то раз после игры я пригласил её на тот самый шашлык в качестве оплаты за уроки. Она принесла салат и бутылку домашнего лимонада. Сидели до поздней ночи, смеялись, рассказывали истории из жизни. Я забыл, что хотел быть один. Мы стали проводить время не только на корте. Ходили в лес за грибами, и она находила их быстрее всех. Катались на лодке по озеру, и она грести не умела, но училась с азартом. Однажды мы поехали в город за продуктами и попали в ливень. Прятались под навесом рынка, ели только что купленную черешню и спорили о лучших теннисистах. Время летело незаметно. Когда пришла пора ей уезжать на сборы, я почувствовал настоящую грусть. Она оставила мне свою старую ракетку на память. «Тренируйся, — сказала она. — В следующем году проверю». И улыбнулась так, что у меня ёкнуло сердце. Мы обменялись номерами и стали писать каждый день. А я действительно тренировался, отбивая мяч от стены своего сарая. В ожидании следующего лета и нового матча.
### 8. Заблудившийся щенок
Я услышал жалобный скулеж у калитки. На пороге сидел крошечный пушистый щенок, явно заблудившийся. Я взял его на руки, и он тут же лизнул меня в нос. Нужно было искать хозяев. Я пошёл по улице, расспрашивая соседей. Никто щенка не знал. Последней надеждой был дом в конце переулка, где недавно поселились новые жильцы. Мне открыла девушка с мокрыми от слёз глазами. Увидев щенка на моих руках, она вскрикнула: «Боня!» Щенок завизжал от радости. Она обняла его, потом обняла меня, потом снова его. Её звали Юля. Оказалось, щенка ей подарили только вчера, и он сбежал через дыру в заборе, которую не заметили. Я помог заделать дыру досками. В благодарность она пригласила меня на чай с невероятно вкусным вишнёвым пирогом. Мы проговорили весь вечер. Она оказалась студенткой-ветеринаром, и щенок был её первой «личной ответственностью». Я рассказал, что работаю удалённо и могу помочь с выгулом, если нужно. Так и началось. Я приходил утром, и мы шли гулять с Боней в лес. Щенок рос не по дням, а по часам, и его энергию нужно было куда-то девать. Прогулки стали длиннее. Мы открыли для себя новые тропинки. Юля рассказывала о своей учёбе, я — о проектах. Боня бегал вокруг, гоняя бабочек. Как-то раз мы пошли на дальнее поле, и началась гроза. Спрятались в заброшенной сторожке. Было тесно, пахло старым деревом и мокрой собакой. Мы смеялись над тем, как Боня трясёт ушами. В тот момент я поймал себя на мысли, что мне очень хорошо. После грозы мы вышли на чистый, промытый мир. И наши руки как-то сами собой сплелись. С тех пор всё изменилось. Теперь мы гуляли не только с Боней, но и вдвоём, по вечерам. Сидели на крыльце и смотрели на звёзды. Она учила меня понимать повадки животных, я показывал ей, как монтировать видео. Когда Юле нужно было уехать на две недели на практику, Боня остался со мной. Мы с ним стали настоящими друзьями. Я скучал по ней невероятно. А когда она вернулась, я встретил её на станции с огромным букетом полевых цветов и виляющим хвостом Бони. Она сказала, что это самый лучший приём в её жизни. И теперь у нас есть общий пушистый секрет, который спас нас от одиночества.
### 9. Библиотека под открытым небом
На нашей даче был скворечник, который много лет не использовался. Я решил его обновить. Когда снял старую крышку, внутри, помимо пыли, обнаружил тайник: несколько детских книжек в целлофановом пакете и потрёпанный дневник с надписью «Лена, 1998». Стало любопытно. В дневнике были детские стихи и зарисовки о дачной жизни. Последняя запись гласила: «Спрятала тут свои сокровища. Кто найдёт — тому удача!». Я решил найти Лену. Спросил у старожилов. Оказалось, это дочка прежних хозяев нашей дачи, которая сейчас живет в городе, но иногда навещает свою тётю в том же посёлке. Через неделю я увидел на соседнем участке молодую женщину, помогавшую пожилой дачнице. Решился подойти. «Извините, вы не Лена?» — спросил я. Она удивилась. Я показал дневник. Её глаза округлились. «Боже мой, я и забыла про это! Мне было десять лет». Мы сели на лавочку, и она с волнением листала пожелтевшие страницы. Она смеялась над своими детскими мыслями. Её звали Елена, но все звали её Лёля. Она приезжала к тёте на неделю. Мы говорили часами. Она оказалась иллюстратором детских книг. Я работал библиотекарем. Совпадение было невероятным. На следующий день я принёс ей её «сокровища». В благодарность она нарисовала мне смешной скетч дачи со скворечником. Мы начали гулять по местам её детства, и она показывала, где что было. Эти прогулки были похожи на квест. Как-то раз она предложила: «Давай сделаем библиотеку для всех?» Идея была в том, чтобы поставить на остановке старый шкафчик и складывать туда книги по принципу «прочитал — отдай другому». Мы с энтузиазмом взялись за дело. Нашли старый шкаф, отреставрировали его, покрасили в яркий цвет. Лёля разрисовала его сказочными персонажами. Открытие было торжественным. Мы положили туда первые двадцать книг, включая те самые, из скворечника. Соседи поддержали идею, библиотека стала популярной. Мы дежурили там по очереди, пополняли полки. Это общее дело очень сблизило нас. Вечерами мы обсуждали прочитанное, спорили о литературе. Она была умной и тонко чувствующей. В последний день её отпуска мы сидели у библиотечного шкафа. «Знаешь, — сказала она, — я написала тогда, что тому, кто найдёт, — удача. Я не знала, насколько буду права». Она уехала, но мы продолжили общаться. А библиотека осталась, напоминая мне о ней каждый день. И о том, что иногда самые важные находки ждут нас не в будущем, а в прошлом.
### 10. Спасательный круг
Я решил навестить родителей на дачу, но они уже уехали в город. Решил остаться на ночь. Вечером пошёл купаться на озеро. Заплыл далеко от берега, и тут свело ногу. Боль была адской, я начал тонуть, хапая воздух. Кричать сил не было. Вдруг рядом плеснулась вода, и ко мне подплыла девушка на надувном круге. «Держись!» — крикнула она. Я ухватился за круг, и она, работая одной ногой, потащила меня к берегу. Вытащив меня на песок, она принялась разминать сведённую мышцу. Боль понемногу отступала. Я лежал, тяжело дыша, и смотрел на своё спасение. Её звали Оля, и она была медсестрой, отдыхающей на соседней базе. Она сделала всё чётко и профессионально, без паники. Когда я пришёл в себя, мы разговорились. Я был в неоплатном долгу. Наутро я принёс ей огромный букет и коробку конфет. Она жила в маленьком домике на территории базы. Мы пошли пить кофе в её крошечной комнатке. Разговор снова пошёл легко. Она оказалась весёлой и ироничной, смеялась над моей «героической» попыткой утонуть. В благодарность я пригласил её на ужин — приготовил шашлык на мангале. Она пришла с бутылкой вина. Мы просидели до глубокой ночи. Я узнал, что она любит рыбалку и разбирается в грибах лучше любого лесника. На следующий день мы пошли на её любимое место с удочками. Она ловила рыбу, а я в основном запутывал леску. Но было невероятно спокойно и хорошо. Она показала мне, как правильно закидывать спиннинг. Её руки были уверенными и сильными. Мы ловили окуней и потом сварили уху на костре. Это была лучшая уха в моей жизни. Мы стали видеться каждый день. Она была практичной и земной, и это уравновешивало мою легкомысленность. Как-то раз я заболел, и она пришла меня «лечить»: принесла лекарств, сварила куриный бульон. Я чувствовал себя ребёнком, но мне это нравилось. Когда её отпуск подошёл к концу, я понял, что не хочу её отпускать. В последний вечер мы сидели на берегу того самого озера. «Знаешь, — сказал я, — в следующий раз, когда у меня сведёт ногу, я буду знать, кого звать». Она улыбнулась: «Надеюсь, не придётся. Но зови в любом случае». Она уехала, но мы продолжили общаться. А через месяц я приехал к ней в город, чтобы пригласить её в кино. И теперь мы вместе ходим в бассейн — на всякий случай.
### 11. Фотограф из прошлого
На чердаке дачи я нашёл старый фотоаппарат «Зенит» в кожаном футляре. Внутри была плёнка. Из любопытства я отдал её на проявку в город. Когда получил снимки, ахнул. На них была не наша семья, а незнакомая девушка лет восемнадцати в платье в горошек. Она позировала на фоне нашей же беседки, смеялась, качалась на качелях, которых уже нет. Фотографии были трогательными и живыми. Я решил найти её. Стал спрашивать соседей-старожилов. Одна бабушка вспомнила: «А, это же Танька, дочь Семёновых! Они лет тридцать назад тут жили, потом продали и уехал». Она даже дала старый адрес в городе. Я написал письмо по этому адресу на удачу. Через две недели мне позвонила женщина. Голос был удивлённым и взволнованным. Она призналась, что это она на фотографиях, и попросила показать. Мы встретились в кафе. Передо мной сидела эффектная женщина лет пятидесяти, но в её улыбке я узнал ту самую девушку. Её звали Татьяна Владимировна. Она смотрела на снимки и плакала. «Это мой первый фотоаппарат, — сказала она. — Я его потом потеряла, думала, навсегда». Я вернул ей и фотоаппарат, и снимки. Она была бесконечно благодарна. В знак благодарности она пригласила меня на свою фотовыставку. Там я познакомился с её дочерью, Катей. Катя была чуть младше меня, с умными серыми глазами и тихим голосом. Она поблагодарила меня за то, что вернул маме кусочек молодости. Мы разговорились. Продолжение следует...