Защитники. Часть 2

«Пчелки» действительно поумнели. Ведут себя очень осторожно: маневрируют там, где кораблю их не достать, молниеносно бросаются вперед, выстрелят один-два раза и отступают.

Часть 1. Прорыв

10 июня. 3 часа 51 минута по Ташкенту. 0 часов 40 минут оперативного времени

- «Пчелка-8» уничтожена... «Пчелка-2» уничтожена... «Пчелки»-13, 14, 15, 16 вошли в боевое соприкосновение с противником... - возбужденный голос координатора полностью соответствует накалу событий. Бросаю взгляд на тактический экран. Жирная красная клякса инопланетного корабля в окружении зеленых точек наших перехватчиков. «Пчелкам» приходится несладко.

- Какие потери? – поинтересовался я, пытаясь стряхнуть остатки сна.

- Уничтожено пять перехватчиков, - бодро отрапортовал Антон.

Он находится на орбите, на первой станции геостационарного «Октета». «Октет» - это восемь наших станций управления. Мы их тихой сапой разместили на стационарной орбите в середине 90-х годов. Восемь мощных орбитальных платформ, по три тысячи тонн каждая, нашпигованные оружием и системами радиоэлектронного противодействия. Это чтобы с Земли нас не заметили. Вот черт, скрываться приходится прежде всего от своих же сородичей. На эти самые орбитальные платформы завязана остальная наша спутниковая группировка.

Антон на экране выглядит растрепанным и возбужденным. Если ему на голову надеть наушники с микрофоном земного образца - он бы точно походил на сумасшедшего ученого из фильмов. А так он, наверное, похож на новичка-ветеринара, попавшего на образцовую ферму в самый разгар отела скота.

- Сколько осталось до расконсервации орбитальных платформ? – Что же так спать-то хочется! Глаза просто слипаются!

- Семь минут. – Антон бросил взгляд вбок, туда, где у него расположен тактический компьютер. - «Гиппогрифы» будут готовы через три минуты, - предвосхищая мой вопрос, добавил он.

- Это хорошо... Очень даже хорошо. Черт, откуда он взялся?! - Смотрю на часы: поспать удалось всего два часа.

- Не поверишь, шеф! – Нервно хохотнул Антон. - С луны свалился!..

Ну что за жизнь... Что за жизнь... Я хочу спать!.. И больше ничего. Ну надо же так прошляпить этот чертов корабль! Сегодня, 10 июня, в 2 часа 11 минут ночи по Ташкенту начался отсчет. Именно в это время на журнальном столике противно заверещал коммуникатор, и напряженный голос дежурного офицера донес до моего сознания короткую фразу: «Командир, прорыв в третьем секторе!» И вот теперь я, стараясь окончательно проснуться, несусь на стареньком «Опеле» на резервную базу. Ну ничего, ничего, не одного меня с постели подняли. Прикидываю, сколько сейчас времени в Мариуполе, Минске, Рязани, Омске, Красноярске и Питере. Интересно, почему мы не поселимся более компактно, ближе друг к другу? Разбежались! Черт бы нас всех подрал! Надо будет поднять этот вопрос. Когда-нибудь это нас погубит. Дорога матово поблескивает в свете фар. За окнами проносятся глинобитные домики со светящимися в ночи желтыми прямоугольниками окон. Двадцать первый век, а тут ничего не меняется, дома всё такие же - глиняные. Как и сто, и пятьсот лет назад... Технология, пережившая века. Меня не будет, мой прах развеется, а эти домики так и будут стоять.

- Через четыре минуты в бой пойдут «Гиппогрифы»,– прервал ход моих сумбурных мыслей голос Антона. - Над Южной Америкой. Проблем с энергией у пришельца, похоже, нет. Смотри, какая у него сложная траектория полета.

- Понял. Потери? – «Все, надо просыпаться!» - решил я и зевнул.

- Больше нет, тьфу-тьфу-тьфу... – Координатор постучал по панели приборов перед собой. - «Пчелки» поменяли тактику. Да ты сам посмотри!

Бросаю взгляд на компьютер. «Пчелки» действительно поумнели. Ведут себя очень осторожно: маневрируют там, где кораблю их не достать, молниеносно бросаются вперед, выстрелят один-два раза и отступают. Молодцы! Все-таки мы гении в программировании... Мы хорошие, мы крутые, мы крутые! Нам наркота не нужна! Отличный у «Пчелок» интеллект. Да, они сильные, сильные! Но легкие, и пушки у них слабенькие. Ну, давайте, грифы-стервятники, не спите, замерзнете!

«Пчелки» - это рабочие лошадки. Орбитальные перехватчики легкого класса. Их главная цель - принять на себя первый удар. Разведать слабые и сильные стороны противника. Накопить статистику и передать ее более мощным «Гиппогрифам» и «Соколам». Вот только почему их прозвали «Пчелками», не пойму. «Пчелка» больше похожа на утюг без ручки. Мощный такой утюг. Милитаризированный. С блоком излучателей сверху и причальным приспособлением – на подошве, на корме блок двигателей: основной и маршевые - по кругу. Утюги, в общем, а не «пчелки».

Когда проезжаю Чирчикскую плотину[29], окончательно просыпаюсь. Черт, я до сих пор не знаю, откуда взялась на орбите земли эта каракатица! Включаю запись отчета, вывожу его на дополнительный экран, закуриваю сигарету. За окнами машины столпотворение. Сколько раз проезжал здесь, часто ночью, тут всё время люди. Масса людей. Интересно, что они делают? Продают-покупают? Или просто тусуются, в азартные игры режутся?

- 21 час 11 минут по Гринвичу, - пояснил компьютер то, что творится на экране. - Получен краш-сигнал со станции «Лагранж-1». Станция успела передать телеметрическую информацию о пришельце. В результате боестолкновения с кораблем станция уничтожена. На ее месте находится облако фрагментов.

- 21 час 15 минут. Вторжение в третий сектор неопознанного космического объекта искусственного происхождения. Размеры: 152 метра в длину, максимум 85 метров в поперечнике.

- Форма... - На экране вертится изображение инопланетного корабля.

Развитые кормовые надстройки, силовая установка, основной, маршевые двигатели. Обтекаемая средняя часть плавно переходит в заостренную носовую. Красавец, черт возьми.

- Результат косвенного анализа типа двигательной установки: регистрируется аннигиляционный выхлоп.

- Станции «Лагранж-2», «Лагранж - 3», «Орбита-36-октет» пытаются выйти на связь с пришельцем. Постоянно передаются параметры безопасной лунной орбиты и запрет на посадку на Землю. Все станции переведены на режим «боевой-боевой». Попытка пришельца уничтожить станции «Орбита-36-октет» номер один и номер два пресечена. Пришелец уничтожил восемь американских и российских спутников: три телекоммуникационных и пять разведывательных. Имеются незначительные повреждения на первой станции «Орбита-36-октет». Пресечена попытка отстрела пришельцем двадцати малых объектов неизвестного предназначения. Возможно, устройства дальней связи. Все объекты перехвачены и уничтожены.

- Принятые меры: для перехвата использованы две эскадрильи орбитальных перехватчиков легкого класса «Пчела», эскадрилья перехватчиков среднего класса «Гиппогриф», пара разведзондов серии «Аргус». Анализ первого боестолкновения: вводить в бой перехватчики тяжелого класса, нецелесообразно. Есть опасность взрыва двигателей корабля на низкой орбите. Заканчивается расконсервация боевых орбитальных платформ серии «Стальной пояс». Задействованы две орбитальные производственные платформы. Оперативный штаб развернут на станции «Орбита-36-октет» номер один.

- Выводы: цель вторжения - неясна. Прорыв корабля в нашу зону ответственности стало возможным в результате неполного окончания монтажа первой линии обороны, «Пояс астероидов - Марс-орбита», а также сворачивания установки сенсоров на Луне. Пришелец блокирует попытки установить с ним связь. Технологический уровень пришельцев неясен. Биозондаж корабля пришельцев пресечен с его стороны.

Да уж, неплохой расклад. Профукали. Проспали пташку. Черт... Черт...

- Сет, «Грифы» в бой вошли! – завопил Антон.

- Ты, - зло прошипел я, - чего орешь?

Антон сконфузился и что-то пробормотал, отводя взгляд. Перенервничал наш Гефест, подумал я, рассматривая координатора. Да и все мы нервничаем. Ладно. Сейчас он успокоится и все будет хорошо. Не стоило мне на него злиться и шипеть.

На тактическом мониторе суета. «Пчелки» оттянулись к своим более сильным коллегам. Как будто младшенькие пацанята с ревом и плачем, шмыгая разбитыми носами, бросились жаловаться старшим братьям на своих обидчиков. Эх, ябеды! «Гиппогрифы» сразу взяли быка за рога. После короткого раздумья они перестроились, захватили пришельца в «коробочку».

- Командир, наблюдается выброс газов в районе кормы пришельца! – в голосе Гефеста осталось только веселое возбуждение. Нервные нотки исчезли. - Они его раскололи! Орешек гнилой попался!

- Сам вижу, не шуми... – проворчал я.

- Да радуюсь я, шеф! – засмеялся Гефест. - В районе кормы выброс деталей корабля. Направляю туда один «Аргус». Посмотрим, что там!

- Ну, ну… Радуйся, только про себя, - проворчал я, «мигнув» водителю встречной машины «дальним» светом фар, чтобы тот выключил-таки свои ксеноновые сверхмощные «прожектора».

Никакой военной дисциплиной у нас и не пахнет. Зверствуй не зверствуй, этого уже не изменить. Ладно. Лишь бы работа шла. Так. Что там у нас на тактическом компьютере?

Первые же выстрелы мощных орудий «Гиппогрифов» достигли своей цели. Так, ребятки, слабоваты вы. Опережаете Землю-матушку, но до нас не дотягиваете. И то хлеб. Наши хищные птички начали методично разносить корму пришельца. Так его, так!..

- Шеф, есть! Они пытаются с нами связаться на нашей рабочей частоте! Испугались, черти!

- Да вижу я, и слышу, комментатор... Озеров! Давай, работай!.. – сказал я успокаиваясь. - Первый контакт с тебя, эмоциональный ты наш. Если не получится на Луне, сажай их в Устюрте[30]. Там достаточно безлюдно, да и нам всем будет удобно. Пусть туда сбросят маяки.

По-моему, я лишний на этом празднике жизни. Торможу и останавливаюсь на обочине. Теперь можно и не спешить. Закуриваю новую сигарету. Прислушиваюсь к скороговорке голосов в динамиках коммуникатора. Дежурному отвечает мужской голос, слегка картавый, но английский… вполне сносный английский язык!

- Они прекрасно нас понимали, шеф! С самого начала! Болтают со мной на английском! У них была масса времени для лингвистического анализа земных языков! – Гефест тряхнул головой. - Нет, так не пойдет, пусть на русский переходят! Как наказание за плохое поведение!

- Я тебя на Луну переведу! – а я и не знал, что умею так рычать.

Тем более из-за поворота выскочили сразу несколько машин, ослепляя меня фарами. Вот уроды! Выключать надо дальний! Выключать!

- Помощником младшего комментатора учебных боев «пчелок»! Работай, не отвлекайся!

- Извини, командир... – стушевался Антон. - С вами говорит дежурный офицер оперативного штаба сил планетарной обороны! – С инопланетянами он заговорил ровным и жестким голосом. Причем, когда он говорил со мной, бортовой компьютер станции блокировал звук и изображение на втором канале, отчего наши противники не знали, что я тоже участвую в «беседе». - Ваше вторжение в зону нашей ответственности незаконно, и мы рассматриваем его как прямую агрессию против нашей планеты! Мы были вынуждены применить силу против вас. Вам следует в точности выполнять все наши предписания, в противном случае вы будете уничтожены!

Голос ответивший ему лишен эмоций. Такое ощущение что говорит компьютер. Никаких обертонов – ровный и механический. Но на русском, так же как и до этого, не английском – говорит правильно и без ошибок:

- Мы были вынуждены защищаться. Первыми силу применили вы. Вы повредили нашу главную силовую установку. Требуем компенсации и полного ремонта!

- Компенсации мы оговорим отдельно. В данный момент вы должны подчиняться всем нашим приказам. Вы получили данные по выходу на орбиту естественного спутника нашей планеты и дальнейшей посадки на него?

Умеешь же разговаривать! Бог ты наш огня, хозяин всех кузниц на земле! Я начал мысленно дополнять разговор, который слышался мне в коммуникаторе, при этом чувствуя, что эти инопланетяне будят во мне две эмоции – веселье и злость.

- Да. Получили. Тем не менее, мы не сможем выполнить эти предписания. Основная силовая установка выведена из строя. Максимум, что мы можем сделать, это произвести посадку в указанную точку вашей планеты.

- Что скажешь, шеф? – поинтересовался у меня Гефест.

- Врут, наверное... - я пожал плечами, - Черт, не хотелось бы их на Землю сажать. Проблем будут полные карманы. А на орбите их рвануть - тоже хорошего мало. Ай, ладно, кривая вывезет, – махнул рукой я. - Спроси, какой вид топлива используется на маршевых движках.

- Мне нужны данные о типе используемого вами топлива, - отчеканил Антон обращаясь к инопланетнику.

- Водород.

- Хорошо. Включите двигатели на холостой тяге. Мы проанализируем выхлоп. Если через секунду вы не выключите двигатель, будете уничтожены! Готовы?

- Да.

- Включайте!

В корме пришельца расцвел огненный цветок и тут же завял.

- Не соврали, шеф: спектральная линия водорода. Да уж, умники, ничего лучше водородного движка не придумали на маршевые... Тупицы!.. – начал потешаться Антон.

- Не отвлекайся! – оборвал его я.

- В каком формате вам передавать данные по посадке? – поинтересовался Антон у пришельца деловым тоном. - Вы обеспечите канал обмена?

- Лучше всего подойдет этот канал. Мы достаточно хорошо ориентируемся в ваших терминах, - в голосе инопланетянина послышалась насмешка.

Интересно, у них есть чувство юмора?

- Хорошо, - кивнул Антон. - Вы сейчас пролетаете над самым большим континентом. Уходите на следующий виток. А мы пока подготовим место для вашей посадки. Садиться будете по радиолучам с наших маяков. Они отслеживают ваш корабль.

- Понятно.

- После посадки вы не имеете права предпринимать никаких действий, – продолжил координатор. - Район будет оцеплен. Любые ваши действия вне пределов корабля будут расцениваться как враждебные.

- Но нам нужно произвести ремонт силовой установки! – возмутился голос.

О! Мы умеем еще и возмущаться. Надо же, какие мы фон-бароны! Я стряхнул пепел в окно, чувствуя, как оттуда тянет сыростью; где-то рядом в темноте журчала вода в полноводном арыке[31]. Лягушка попыталась вывести замысловатую руладу, но внезапно булькнула и прервала свою песню. «Захлебнулась бедняга», - пронеслось в голове и губы растянулись в невольной улыбке.

- Все это будет обговариваться отдельно, - выкрутился Антон.

- Это насилие. Ваши действия противоречат статьям галактического права о свободе исследования планет!

Ты еще нам права будешь «качать»?! Вот сукин сын! Нет… ну надо же!

- Мы не знакомы с этими статьями и поэтому в подконтрольном нам пространстве действует наше законодательства, - Антон стал произносить слова подчеркнуто сухо, похоже, тоже с трудом сдерживая приступ смеха.

- Мы тоже не знакомы с вашим законодательством. В таком случае можно рассматривать это как недоразумение...

Вот даже как. Я ни я и лошадь не моя. Точно – сукин сын. Хотя… может и не сукин. Ящерицын или амёбин. В общем, шушера инопланетная.

- Вы уничтожили несколько наших орбитальных платформ, – напомнил зарвавшемуся инопланетнику Антон. - Не считая пяти перехватчиков.

- Они все проявили агрессию по отношению к нам!

А что еще нам к тебе было проявлять? Я ощерился, представляя себе это мерзкое существо, которое сегодня не дало мне поспать и чей голос я сейчас слышу в коммуникаторе. Ничего приятель… ничего. Недолго тебе осталось.

- Насчет перехватчиков – согласен. Но они были введены в дело после уничтожения орбитальной платформы, - напомнил Антон. - С каких пор попытку сообщить правильный курс стали считать атакой?

- Платформа не только задействовала радиоканал, но и хотела просветить наш корабль на частотах, которые могли представлять угрозу для экипажа! – не сдавался инопланетник.

- Ваши аргументы по меньшей мере смешны, – разговоривая, Антон обретал уверенность, его голос стал тверже. - Ваш корабль предназначен для космических перелетов и обладает космической защитой. Вы вполне могли выйти на связь и разрешить это недоразумение мирным путем.

- По нашим нормам права мы действовали вполне законно!

Ну ты и нудный. Слушай… скажи спасибо, что мы тебя все еще не сожгли. Возражает он. Собака такой! А может, тебя все-таки грохнуть?

- Мы не знакомы с вашими нормативными актами. А в рамках наших мы тоже действовали вполне законно, - пожал плечами Антон, посмотрел на меня, улыбнулся и покрутил пальцем у виска, мол, «уроды совсем тупые или просто прикидываются?».

- С самого начала переговоров мы не можем найти компромисс... - упрямо продолжал гнуть свою линию инопланетянин.

- Вы ошибаетесь! - сообщил Антон. - Я не уполномочен вести с вами переговоры! Моя миссия заключается в том, чтобы с минимальным вредом для нашей планеты посадить вас в указанную нами точку! И только тогда начнутся переговоры!

- Под ваши действия подходит только одно определение - пиратство. Мы тоже знакомы с этим понятием!

Вы умные… я знаю. Умные, но доставучие, как Маугли. Я устало потер переносицу и зевнул.

- Я не собираюсь с вами спорить. Вы прекрасно понимаете, какая у вас есть альтернатива. Вас никто не принуждает. Вы абсолютно свободны в своем выборе, - развел руками Антон.

- И вы говорите, это не проявление агрессии? – в голосе инопланетянина появилась горечь. - Хорошо, мы подчиняемся насилию. Только одно условие: вы предоставите нам полную информацию о вашем законодательстве. Дополнительная информация о вас нам также не помешает.

- Момент, - бросил Гефест инопланетянину и тут же обратился ко мне. - Шеф?

- Законодательство - да, - я пожал плечами, закрывая глаза. - Все остальное... пусть предоставят список, мы его рассмотрим, и будем выдавать информацию только после нашей цензуры. И с их стороны нам тоже нужны все нормативные акты. Все ясно? - резюмировал я, откинувшись в кресле.

- О'кей, все понял, - ответил мне дежурный и снова обратился к пришельцам:

- Вам предоставят все нормативные акты нашего космического права. От вас мы ждем того же. По остальным вопросам прошу передать нам список. Каждый пункт мы рассмотрим отдельно. Это все ваши требования?

- Да, еще нам потребуется четверо ваших суток для обработки информации и подготовки к переговорам... Минуточку...

- Шеф, как думаешь, классно у меня получилось?! – Весело произнес Антон, обращаясь ко мне. - Дадим им время «на подумать»?

- Ну, ты прямо Молотов... или Риббентроп... – сказал я, не открывая глаз. - Выбирай на свой вкус. Орден тебе. И когда-нибудь быть тебе главой МИД. – «Всем-то ты хорош Антон, только вот говоришь очень много», - лениво подумал я, а вслух добавил:

- Да, я думаю можно. Пусть думают.

- Смеешься? Твоими бы устами да мед пить... – он хотел сказать что-то еще, но осекся. На связь снова вышел пришелец. - Извини!

- У нас еще одно требование! – в ровном голосе пришельца слышалась нервозность, я насторожился и открыл глаза. - Мне только что сообщили о том, что один член нашего экипажа пропал без вести. Он находился в кормовом отсеке во время попадания. Скорее всего, он погиб! Мы требуем вернуть тело!

- Шеф!

- Быстро! – обрадовался я, - то, что подобрал «Аргус» - в биолабораторию! Подготовить аппаратуру для экспресс-анализа. Если он еще жив, попытаемся его спасти. Если нет... исследуем и вернем тело. Давай, приноси свои соболезнования, извиняйся, шаркай ножками. Вперед и с песней, мистер госсекретарь!

- Я приношу вам свои глубокие соболезнования... Если бы не ваши агрессивные действия, этого бы не было... Мы сейчас же начинаем поиск!

- Надеемся на вашу порядочность, господа пираты. Жду от вас новостей.

- Если у вас повреждены двигатели, мы можем посадить ваш корабль с помощью нашего вспомогательного модуля... – предложил Гефест.

- Это исключено! – отрубил голос. - Любые попытки сблизиться с нами будут рассматриваться как акт агрессии со всеми вытекающими отсюда последствиями. До связи.

- До связи...

- Так, приятель, нам везет! Дай мне связь с Гором, Ра и Анубисом. Быстрее –только! - сказал я после непродолжительной паузы.

Очень хорошо. Есть пища для размышлений. Кто агрессор, мы или они? Достаточно принципиальный вопрос для нас, хотя они в это и не верят. Это тонкий психологический момент. Мы балансируем на грани. Что можно давать человечеству, чего нельзя. Мы не имеем права бросить тень на будущую космическую репутацию человечества. Мы взвалили на себя эту ответственность, теперь приходится решать, с кем можно знакомить дитятко, с кем нельзя. Няньки при сопливом и капризном ребенке. Бесплотные няньки. Так как наш ребеночек и не подозревает или почти не подозревает о нашем существовании. И что они хотят? Да уж, задачка.

Неприятный привкус во рту и не менее неприятный запах в воздухе. Черт! Сигарету до фильтра скурил, мать!.. Огонек, описав небольшую дугу, полетел в обрыв. Можно просто походить, подумать. Надоело сидеть в машине. После полутора лет затишья - снова кризис. «Кино, стрельба, погони». Форму мы потеряли. Так затянуть строительство внутрисистемного оборонительного пояса... Вот и получили щелчок по носу. Да и со мной неладное что-то творится. Действует, действует на меня этот город! Это сонное царство под стеклянным колпаком безвременья. Последний, «австралийский» кризис вымотал меня по полной программе. Потом проектировал систему обороны… синекура, в общем. И все. Затишье. Тишь да гладь, да божья благодать. И кем я стал за последние девять месяцев безделья? Богема. Фрилансер. Перекати поле без корней и привязанностей. Что же со мной происходит? Кураж? Нет. Нервы расшатались. Мои стальные нервы, которыми я так гордился. Быть неприятностям. Интуиция меня еще не подводила.

Вытаскиваю из кармана пачку. Она уже полупуста. Зубами выдергиваю сигарету, щелкаю зажигалкой. Так, брат, ты что так много куришь? Да пошел ты! Моралист чертов! Воды что-то маловато в этом году. Бесснежная зима, сухая весна. На дне обрыва видны разливы Чирчика. Камни, камни, камни... Каменная река, дающая жизнь Каменному городу[32]. Что-то со мной не то! Явно!

Опять коммуникатор. Да будь он неладен! В мгновении ока оказываюсь на сидении машины. На лобовом стекле уже светятся три информационных экрана. Гор, Ра, Анубис. Здравствуйте, братцы, Сет с вами!

- Привет, Сет!

- Салют!

- Хай, шеф!

Почти одновременно получилось. Тренировались они, что ли?

- Привет, привет!

И все-таки дисциплина и субординация у нас начисто отсутствует. Разбаловались, черти.

- Товарищи офицеры. Как вы уже все знаете, у нас очередной кризис. Я думаю, мне не надо вам повторять то, что каждый из вас уже прочитал и увидел?

Все трое отрицательно мотают головами. Точно, тренировались. Перед глазами стоит картина: сидят мои заместители в позе лотоса и до одурения учатся синхронно мотать головами. Что со мной творится?! Что за фигня лезет в голову! Встряхнись, умник чертов!

- Замечательно, джентльмены, как только корабль удастся посадить в указанной нами точке, переходим ко второй фазе операции. У нас в запасе имеется четверо суток. Потом начнем переговоры. Гор и Анубис, вылетайте с ближайших наших опорных баз на точку. Отвечаете за организацию блокады пришельца. Действуете по обстоятельствам. Операцию назовем... - я задумался, - «Летний дождь». Нас с комиссаром четыре дня не теребить! Мы будем решать свои мелкие проблемки. Ра, самолет из Питера в Ташкент будет сегодня в 20.00 по Ташкенту. Жду тебя, – я посмотрел на Султана и Диму и добавил, со всей убедительностью, на которую был способен. – Ребята… если вас прижмет даже до такой степени, что дальше уже некуда, и вам покажется, что без нас с Андреем не обойтись, просьба, подумайте еще десять раз, прежде чем связаться с нами. Я все внятно объяснил?

- Да, - нахмурился Гор, сверля меня взглядом. – Понятно.

- Понял, Тима, - сказал Андрей, в его взгляде мелькнуло удивленно.

И только Султан пожал плечами и кивнул. «Ну, хоть синхронность вашу нарушил!» - возликовал я в душе.

Все. Домой и спать! Спать! Спать! Устал как собака.

10 июня. 4 часа 31 минут по Ташкенту. 1 час 20 минут оперативного времени.

- Антон! Мы с Анубисом прибудем на точку по возможности быстро. Твоя задача - обеспечить посадку и блокировку объекта. Сколько у тебя человек? - В голосе Гора звучали злые нотки.

- Две десантно-штурмовые группы. Тридцать человек на двух десантных ботах. Восемь человек в оперативном штабе, - отчитался Гефест.

- Подключи еще три группы. Поднимай аналитический отдел. Удачи. Работай, – отдал распоряжение Гор.

- Тебе легко говорить, а мне эту каракатицу надо будет протащить практически на виду у всех американских и российских радаров и посадить почти в центре Евразии. Ну и что прикажешь делать? – обиженно протянул Антон.

- Действуй по обстоятельствам. Тебе и карты в руки. Не первый раз живешь, - Гор пожал плечами и тут же отключил связь.

- Вот так всегда! Паны пируют, холопы мусор убирают. Ладно. Жду тебя с Султанкой. А пока попробую я протащить этого вашего верблюда сквозь игольное ушко. Олежка... слышишь меня? – обратился офицер-координатор к оперативному дежурному. - Во-первых, две суборбитальные платформы на точку. Во-вторых, сажай десантников в боты и отправляй туда же. Все остальное с меня. Надо будет прикрыть посадку этого корыта. Сажать придется по баллистической траектории. С шумом, треском и фейерверками. Сделаем вот что...

Короткая среднеазиатская ночь готовится передать бразды правления новому дню. Ничто не нарушает тишины. В лунном свете спит долина, окруженная с трех сторон серовато-красными скалами изъеденными солью. Дно долины, покрытое осколками камней, представляет собой почти идеальный круг радиусом около двух километров. То тут, то там из земли пробиваются чахлые кустики верблюжьей колючки. И нет в этом мире скал, камней, и растений, больше похожих на причудливые каменные изваяния, ничего живого. Нет, и не может быть.

Тишина... В камнях по периметру долины притаились три невиданных железных монстра. Небольшие, высотой около полутора метров, они похожи на фантастические трехногие чудовища с разверстыми пастями и светящимися призрачно-голубыми жалами. Головы чудовищ синхронно отслеживают одну точку в небе и медленно поворачиваются. Они ждут чего-то...

Но в эту мертвую тишину летнего утра ворвался оглушительный свист и грохот. Огромный, прекрасный корабль завис над долиной, опираясь на огненно-белый хвост раскаленной плазмы. В мгновение ока долина превратилась в кромешный ад. Все, что там находилось: камни, кустарник, деревца, животные забившиеся в норы, - сгорело, расплавилось и потекло. Волны пыли и пара окутали стены каньона и взметнулись к небу. Корабль, зависнув на уровне скал, стал медленно, как бы нехотя, снижаться...

- Пилоту - пятерка. Чисто! Высший пилотаж! - воскликнул координатор.

Пилот-пришелец мастерски провел все маневры на орбите и в атмосфере и, выведя корабль точно на маяки, готовился к приземлению.

- Пора уж холодную тягу включать. Не тяни, брат. Нефига попой в пекло лезть.

Из боковых ниш корабля выдвинулись посадочные стойки. Их широкие платформы медленно коснулись расплавленных пород. Сразу же выключились маршевые двигатели и заработала холодная тяга. С глухим хлопком из кормы корабля вырвалось облако цементирующего вещества, и тут же из дополнительных дюз брызнули струи хладагента, с шипением ударили по раскаленной земле. Облако пара заполнило всю долину и окутало корабль. Расплавленная земля начала быстро остывать и превращаться в стеклянистую твердую массу. Корабль грузно осел.

- Ноль в момент касания! Класс! Молодца! Великолепная посадка! Мои поздравления пилоту! - не смог сдержаться дежурный.

- Чудит наш шеф, - хмыкнул Гор, садясь за руль машины. – Чудит не по-детски.

Он мало изменился с той поры, как ездил в Нукус. Может, только в серых глазах появилась усталость. На нем была майка-безрукавка и шорты. Султан, устроившийся на переднем пассажирском сидении, тоже одетый на манер туриста-«дикаря», флегматично возился с автомагнитолой. При первом взгляде на него, могло показаться, что он спит на ходу. Это впечатление создавалось то ли из-за постоянно прищуренных глаз, то ли из-за губ, сложенных в едва заметную сонную улыбку. Но за этим сонным видом скрывалась кипучая, деятельная натура. Султан провел рукой по щетке жестких черных волос:

- Он всегда был таким, - хрипловато сказал он. – Наш Сет. Не от мира сего. Забыл, что ли?

- Поехали, брат, - выдохнул Гор, трогаясь с места. – Насчет Сета могу сказать одно. У меня его «не-от-мирость» во где сидит! - он провел ладонью по горлу. – Достало меня уже это, Анубис! Достало!

Султан осклабился:

- Устрой «бунт на корабле», Дима. Прямо как в песне, - он пробарабанил мотив на торпедке машины. – Десять человек на сундук мертвеца… Йо-хо-хо, и бутылка рома…

- И устрою! – кипятился Гор. – Вот увидишь! Он у меня дождется! Я ему такой бунт устрою!

- Награда любого бунтаря - новенький пеньковый «галстук» и тепленькое местечко под нок-реей, - заметил Султан. – Оно тебе надо?

- Приедет на точку, я ему выскажу! Я ему все выскажу! И что он гад безответственный! И что он скотина эгоистичная! В общем, что он – сукин сын самый последний!

- А сукины дети бывают еще и первыми? – спросил Султан.

Он с улыбкой кивал на каждый негодующий возглас друга, потом включил магнитолу и, выбрав песню, повысил громкость, заглушая ругательства Гора.

Докладная записка. Особая папка "Устюрт". Аналитический центр ГРУ МО РФ.

С 2.11 по 3.00 по московскому времени перестали поступать телеметрические данные с ряда российских и американских спутников. Судя по всему, они были уничтожены. В связи с непонятными, возможно, атмосферными явлениями 10 июня с 3.25 по 5.15 московского времени все радиолокационные системы космического обнаружения вышли из строя. Причины неполадок выясняются. Стратегические наступательные силы были приведены в состояние повышенной боевой готовности. Весь этот промежуток времени поддерживался тесный контакт с командованием стратегических сил США. У них возникли те же трудности. С 3.30 по 4.15 по Москве тремя американскими оптико-электронными комплексами ГЕОДСС (расположение: остров Мауи (Гавайские острова), Соккоро (Нью-Мехико) и Португалия) и комплексом "Окно" (Таджикистан, оптоэлектронный комплекс, принадлежащий РФ) зафиксирован неизвестный объект. Анализ траектории и баллистики говорит об искусственном происхождении этого объекта. Он находился в стадии интенсивного торможения. Возможная область посадки объекта – юго-запад Казахстана, север Узбекистана, северо-восток Туркмении. Соответствующие службы этих стран поставлены в известность. В настоящее время прорабатывается комплекс мер по дальнейшему изучению данного инцидента.

Кризис (Сет)

10 июня. 20 часов 05 минут по Ташкенту

Я родился десять тысяч лет назад... тьфу, черт, опять! Мозги отказываются включаться и работать в «серьезном» режиме. Я проснулся три часа назад, умылся, побрился. Принял на грудь не менее полулитра водки. Ацетоновка... Узбекистан. Что еще сказать. Продавец утверждал, что казахская. Когда пытался рассмотреть этикетку, мне вдруг вспомнился Нукус. Девяносто пятый год. Интересный все-таки человек Владимир Андреевич. И мысли высказывал любопытные. Неужели я уже потерял цель, и мне осталось только пить «горькую»? Я потерял сладость жизни? Меня уже не радует вкус мартини, кьянти, хереса? Хотя… с другой стороны, какой смысл мне пить? Мы же все-таки неправильно устроены. Мы, дети из пробирок. Мы не можем опьянеть. Вот и сейчас наверняка мой организм, проанализировав свой энергобаланс и поняв, что к чему, принялся расщеплять спирты на более простые, но от этого не менее питательные соединения. Сука ты, а не организм! Я просто хочу быть пьяным! Я не знаю, каково это - быть пьяным. Не дано. Химию процесса - знаю. Философию - нет. Я просто хочу поверить в чудо и почувствовать в один прекрасный миг, выпив водки, что я отключаюсь от этого мира, что меня больше не беспокоят его невзгоды и трудности. Эх… наркота мне тоже до фени. Вот ведь паскудство какое, организм и в сизом дымке анаши, и в дозе героина, и в дорожке кокаина найдет, чем можно поживиться. Я закуриваю сигарету, осознавая, что даже смолы, которые осядут в моих легких, довольно быстро превратятся в протеины и жиры и просочатся в кровь. И регенерирую я как бешеный дождевой червяк! Существовать я могу в разных условиях. Главное, чтобы было несколько процентов кислорода, и организм сам перестроится, как надо. Да и в вакууме могу протянуть до двух часов. И жить мне придется очень и очень долго. Учитывая, что каждые три года происходит полное восстановление организма на клеточном уровне. Новый Мафусаил. Черт возьми.

Я посмотрел на себя в зеркало. Идеальная фигура греческого бога. Длинные темно-каштановые волосы, карие глаза и смуглая кожа. Чисто согдийские черты лица. Я до мозга костей среднеазиат. Странно, у меня было четыреста шесть братьев разных рас. Европеоиды, монголоиды и их сочетания. В общем – представители всех народов, что варились в большом евроазиатском котле. А негров почему-то нет. Наверное, в Союзе не нашлось подходящего семенного материала. Вот только осталось нас уже триста девяносто один человек. С самого начала нас рассматривали как производителей новой породы людей. Наверное, именно поэтому ни у кого из нас нет детей. Неприятно чувствовать себя производителем.

Мой стиль в одежде – небрежность. Старые джинсы, майка, потрепанные кроссовки. Обожаю носиться на большой скорости по автотрассам.

Ташкентский аэропорт мне больше напоминает колонию строгого режима. Этот ненавязчивый сервис, разбитые плитки пола и огромная толпа встречающих, сгрудившихся около небольшой дверцы, откуда выпускают людей по одному. Как из тюрьмы. Двадцать минут я стоял в сторонке с сигаретой в зубах и с ленивым любопытством разглядывал прилетевших. На каждого прибывшего тут же накидывалась толпа таксистов, наперебой предлагая свои услуги втридорога. Воздушные странники, как правило, быстро их отшивали и шли чуть дальше, туда, где скромненько стояли менее дорогие и менее нахальные извозчики. Ко мне несколько раз вальяжно подходили менты, выставив впереди себя необъятные пуза, и просили прикурить. Глядя на них, я начал понимать, откуда у нас в Ташкенте с такой скоростью прирастают новые блюстители порядка. Если каждый мент хотя бы раз в девять месяцев приносит по три-четыре детеныша, то их можно и за рубеж экспортировать. Они безучастно стояли, вперившись в рекламные плакаты. Потом уселись кучкой на скамейку и начали живо перемывать косточки отсутствующим коллегам.

- Шеф, привет! Давно стоишь?

О, дождался! Я пожал Андрею руку, взял одну из двух его огромных сумок и молча направился к машине. И куда он собрался? На войну, что ли? Чем он забил эту чертову сумку? Кирпичами? Чугунными чушками?

- Что у тебя, Тимка?! Зачем меня сюда вызвал вместо того, чтобы сразу на точку лететь?! Что у тебя за проблемки?! – Ра разозлился на мою бесцеремонности.

- Проблемки, проблемки, – сказал я, хлопнув свободной рукой его по плечу. – Да так... пойдем к машине. Позже поговорим.

- Жарко тут у вас, Тимка. – проворчал Андрей. – Обалдеть, просто.

- Нет. Ты не балдей, пожалуйста, – улыбнулся я в ответ. - Ты мне нужен в здравом уме и трезвой памяти.

Мы погрузились в автомобиль и выехали со стоянки, маневрируя среди машин, беспорядочно поставленных на парковке.

Аэропортовский мост остался позади. Я прикурил очередную сигарету.

- Сейчас приедем домой, поговорим. О'кей? – щурясь от ветра и сигаретного дыма, сказал я.

- Ладно. Как скажешь, - пожал плечами Андрей. – Надеюсь, это не то, что я подумал?

- И что же ты подумал? – заинтересовался я.

- Ну… - ухмыльнулся он. – То, что тебя кинула очередная твоя девка.

- Ах ты… паршивец, - губы непроизвольно расплылись в улыбке, на душе стало чуточку легче. – Я бы даже сказал – поганец…

Ра тоже улыбнулся, потом лицо его посерьезнело, и он задумчиво посмотрел на торпедку, где лежал камень. Простой камень, слегка оплавленный по краям, с блестящими серебристыми вкраплениями на сколе.

- Тот самый? – Он указал на камень.

- Да, – ответил я, – тот самый. "Лунный камень".

Неожиданно для самого себя я протянул руку к камню – осколку своего прошлого... Дотронулся до шероховатой поверхности... сжал в кулаке. Глядя на побелевшие костяшки, я вдруг увидел лицо командира, моего предшественника. В память всплыли воспоминания далекого девяносто третьего. Первая наша операция...

3 Октября 1993 года. 23.40 по Гринвичу. Луна.

Кратер Андронова. Операция "Лунный камень".

- Поверхность планеты в целом зачищена. Противник, скорее всего, укрылся на глубине. На данный момент мы имеем вот какую картину, – Осирис повернулся к информационному экрану. – Неприятель оттянул все свои силы сюда. Ваша задача – двумя отрядами космодесанта уничтожить основную базу пришельцев. Сет, ты зайдешь на нее с запасного входа. Ра – с основного. Через пятьдесят минут мы нанесем точечный ракетный удар. После этого наступит ваша очередь. У вас есть вопросы?

Для Сергея Югая, так же как и для всех нас, это все впервой. Настоящая война на настоящей Луне. Если я так устал то, интересно, каково ему? Заметно, что он прямо-таки заставляет себя держаться на ногах. За эти несколько дней на Луне его скулы заострились, а карие раскосые глаза лихорадочно заблестели. Но он молодец, наш Осирис. Держится. Ничего. Дай бог, здесь научимся воевать, а дальше уже будет легче.

- У меня вопрос, командир, – сказал я. – Где в данный момент находятся третий и четвертый отряды?

- Люди отдыхают, Сет, – спокойно ответил Осирис. – Они вымотались.

- В таком случае оставь хотя бы две группы для охраны штаба, - я посмотрел на Андрея, в поисках поддержки.

- Я не могу оставить вас с Андреем без оперативного резерва, Тимур, - Осирис упрямо сжал губы. - Успокойся. Штаб в полной безопасности. Мы находимся под прикрытием боевых платформ.

- Но, Сергей... – начал было Ра.

- Все! Хватит! Выполняйте приказ! – оборвал его командир. – Вы оба свободны!

- Есть! Есть!

- Еще вопросы?

- Больше вопросов нет, командир, - отчеканил я.

- Идите, подготовьте людей, - смягчаясь, сказал Осирис, - Через сорок минут выдвигаетесь.

Мы с Андреем молча отдали честь, вышли из штабного отсека "Пирамиды" и направились к шлюзу. Там мы все так же молча облачились в боевые скафандры. Да, для нас это первый бой, так же как и для нашего оружия. Здесь мы испытываем все те средства уничтожения, которые успели создать. "Пирамиды", десантные боты "Буран" и ударные "Ураган", индивидуальные комплексы "Альбарегия" и "Альгамбра". Испытание огнем людей и оружия.

А началось все десять дней назад, когда на орбите Луны появились штурмовые модули и под прикрытием боевых спутников начали методично «зачищать» поверхность. После этого здесь высадились люди, нанеся стремительные удары по мелким базам инопланетян. И вот теперь мы готовимся к последнему, решающему бою.

Слов не осталось. Только нервное напряжение. И червячок сомнения в душе. Спустившись к гравитационной платформе, мы направились в лагерь первого отряда.

- Нервничаешь? – раздался в наушниках голос Ра.

- Есть такое дело, – ответил я.

- Я тоже, – помолчав, признался он. – Курить хочу, а в скафандре нельзя.

- Курилка ты, – осуждающе протянул я. – И зачем тебе это – курить?

- Сам не знаю. Просто привык уже к этим дымящимся палочкам.

- Отвыкай.

- В Питер хочу переехать, обратно, – неожиданно заявил Ра. – Москва надоела. Слышал, что там творится?

- Ну да. И даже видел. Надеюсь, до убитых и раненых не дойдет, - хмыкнул я.

- А черт их знает! – в сердцах воскликнул Андрей. – Все митингуют и митингуют. Ладно, страну развалили и по кускам растащили. А теперь-то что делят?

- Власть и деньги.

- Или, может, к тебе в Ташкент переехать? – спокойно продолжил Ра. – Вроде, у вас более или менее все спокойно.

- Переезжай. Мне веселее будет. Какие проблемы? – я попытался пожать плечами, забыв, что в скафандре это практически невозможно.

Дальше мы двигались молча, разглядывая мертвые пейзажи Луны. На высоте пяти километров неподвижно зависли наши боевые платформы, отслеживая каждый квадратный метр поверхности. Их мощные прожектора заливали кратер синеватым светом. Скалы, не тронутые эрозией и выветриванием, отбрасывали резкие, хорошо очерченные тени. Я бросил взгляд на шкалу температурного датчика и непроизвольно поёжился: она застыла на отметке сто семьдесят два градусов ниже нуля по Цельсию. Ни движения, ни шума. Мертвые скалы мертвой планеты. Если это действительно кусок нашей родной Земли, вырванный с нее приливными силами, то ему очень не повезло. Черт, когда же мы, наконец, сможем детально заняться планетологией? Под ногами спутник Земли, едва-едва исследованный автоматическими станциями, американскими лунными миссиями и советскими "луноходами", а мы прилетели сюда только в войнушки поиграть. Занятый этими мыслями, я и не заметил, как мы прибыли в лагерь первого отряда.

- Ну что же, удачи тебе, – сказал Ра, соскочив с открытой платформы транспортера и похлопав меня по предплечью. – Давай, брат. Встретимся внутри этой чертовой базы.

- Пока, – я улыбнулся в ответ. – Ни пуха...

- К чертям собачьим. Вернее, к тем чертям, которые поселились в этой долине теней.

Развернувшись, Ра в несколько прыжков добрался до комплекса сборных зданий, где расположились его бойцы. По периметру комплекса были установлены скорострельные плазменные пушки. Чуть в стороне, у боксов с техникой, притаился дежурный "Ураган". Обычное военное поселение на самой обычной Луне. Я потряс головой, чтобы отогнать ощущение нереальности, развернул машину и понесся в расположение своего отряда…

- Сет, как у тебя дела? – уверенный голос Осириса вывел меня из задумчивости.

- Я на исходной, командир, – ответил я. – Жду.

- Хорошо.

Я опять сфокусировал оптику скафандра на базе противника. Что же у нас тут? Ага, запасной вход хорошо укрыт в скалах. Прямо перед ним - небольшая каменистая долина. Слева и справа - скалы. Однозначно, долина простреливается насквозь. Великолепное место для базы. Я бы тоже организовал ее именно здесь. До шлюза четыреста метров открытого пространства. Скрытных подходов нет. В скалах наверняка укрыты хорошо замаскированные орудия. Придется преодолевать этот участок лихим наскоком. И надеяться, что атака штурмовых модулей вскроет особенности обороны.

- Сет, пятиминутная готовность, – раздался в наушниках голос Осириса.

- Понял, - нервно улыбнувшись, бросил я.

У меня задергалось левое веко и задрожали поджилки. Опять! Вечно так. Предательское тело боится!

- Все, Дима, – пытаясь подавить в себе признаки первобытного страха, резко сказал я своему заместителю, Гору. – Пойдем к ребятам. Как и договорились, ты с четырьмя группами двинешься по левой стороне, прижимаясь к скалам, я - по правой. Держим под прицелом вход и противоположный склон. Ясно?

- О'кей, - Дима провел рукой по сенсорам на левом предплечье скафандра, тестируя боевые системы. - И не нервничай сильно, Тимка. У нас все получится.

- Куда мы денемся, когда разденемся, - ухмыльнулся я.

- Нет. Раздеваться, думаю, не стоит, – засмеялся Гор. – Эти места не похожи на Майами-Бич.

- Я тоже это заметил, - сказал я и, переключился на общий канал. – Ребята, через несколько минут нам предстоит атаковать нашим незащищенным носом бронированный кулак противника. Сразу предупреждаю: никаких попыток мародерства и изнасилования туземок я не допущу! Держите себя в строгих рамках и никогда не забывайте, что вы есть... да и будете есть! Это я вам гарантирую! Пока зубы от старости не выпадут! Ладно, ребята. Это неважно. Готовность две минуты!

В ответ послышались негромкие смешки. Бойцы в последний раз перед боем начали проверку систем оружия. Задвигались наплечные и поясные подвески излучателей. Замигали индикаторы сенсоров систем скафандров.

- А помародерствавать как хочется! - мечтательно протянул один из бойцов, по-моему, Локи - Руслан Хаитов, возясь с сенсорами скафандра. – Вечно ты так, командир. Все хорошие вещи на корню подрубаешь.

- Знаю я вас, лоботрясов, – весело ответил я ему, выставляя визир прицела на ближайшую скалу. – Вот так вот "помародерствуете" где-нибудь в темном закоулке, а потом лечи вас, спасай от звездного триппера.

- Ого! Ты хоть можешь себе представить, - излучатель на правом плече Руслана зашевелился и повел стволом из стороны в сторону, подчиняясь тестовому запросу устройства управления, - как можно с этими каракатицами, размножающимися почкованием, заниматься чем-нибудь таким, что окончится триппером?

- Ну, мало ли, – под дружный смех отпарировал я. – Мое дело предупредить. Чтобы потом в отчете выглядеть белым и пушистым.

- Формалист! Бумажный червь! – насмешливо фыркнул Руслан.

- Да, я такой! И не скрываю!.. Всё, ребятки! Все готовы? Техника и оружие в порядке? – я выслушал целый каскад утвердительных ответов. – В дальнейшем без особой надобности эфир не засорять. Действуем по ранее утвержденному плану!

Над нашими головами бесшумно пролетели штурмовые модули. На проекционном экране прямо перед глазами появилась картинка долины перед шлюзом. От штурмовиков отделились округлые контейнеры и, включив двигатели, ринулись вниз. Не долетев десяти метров до земли, они взорвались целым каскадом мелких фрагментов, которые, подчиняясь заложенной программе, уже самостоятельно рассеялись по долине. Каждый из этих субмодулей, коснувшись земли, вырастил по четыре стойки и, плазменным зарядом выкопав себе лунку, тут же там разместился. «Мы сажаем алюминиевые огурцы», - пронеслось у меня в голове. Вскоре вся долина была засеяна этими "огурцами", которые к тому времени уже успели "расцвести", вырастив мощные излучатели на вертикальной стойке метровой высоты. Интересно, за какие такие грехи мы назвали это чудо инженерной мысли легким плазменным орудием "Гиацинт", а не "Огурец"? За все это время пришельцы не сделали ни единого выстрела. Странно. Вслед за штурмовыми модулями неспешно, солидно показались ударные платформы. Одновременно с "Гиацинтов" пошла телеметрическая информация. Долина чиста. Абсолютно. Ни ловушек, ни орудий, ни прочих сюрпризов. Странно!

- Ра, что у тебя происходит? – озадаченный происходящим, я решил вызвать на связь командира первого отряда.

- Тишина. Никаких активных действий. – В голосе Андрея тоже чувствовалась растерянность. - Странно все это. А у тебя?

- То же самое!

- Осирис! Тут что-то непонятное, – пытаясь подавить волну дурных предчувствий, я связался с командиром.- Слышишь?! Поднимай отряды! И еще... можешь арестовывать, но я отошлю к тебе по четыре "Бурана" и "Урагана". Здесь они мне не нужны! Ра сделает то же самое.

- Хорошо. Действуй, - после некоторой паузы ответил Осирис. - Я с тобой согласен. Третий и четвертый отряды я подтяну к штабу.

Я отдал распоряжение, и восемь машин, сорвавшись с места, устремились к штабной "Пирамиде". К этому моменту с подвесок одной из ударных платформ сорвались две ракеты и, набирая ускорение, понеслись к шлюзу базы пришельцев. Два взрыва, две вспышки, поверхность под ногами вздрогнула, стекла скафандров мгновенно потемнели, защищая глаза от излучения, а я невольно сгруппировался, ожидая ударной волны. Тьфу! Что я делаю, это же Луна!

- Машины, вперед. Мы за ними, - коротко бросил я в микрофон, чувствуя, что левое веко дергается в нервном тике.

«Да что со мной творится?! Почему я такой нервный?!» - пронеслось в голове. Штурмовые модули, попарно прикрывая друг друга, выехали в долину.

- Чисто, - доложил пилот первой машины. - Заходите, мы прикрываем.

И мы, как стая фантастических кенгуру, огромными прыжками вошли в долину, заросшую "Гиацинтами"...

Да что случилось, в конце концов?! До этого момента наш противник оказывал бешеное сопротивление. Третий и четвертый отряды последние двое суток вели непрерывные бои. Пока обошлось без погибших, так как, встретив отпор, они тут же вызывали штурмовые модули, которые разносили очаги обороны вдребезги. Благо, небо Луны мы контролировали полностью. А тут! Заходите, пожалуйста, мы вас в гости ждем! Как это все понимать?

Термитные боеголовки ракет сделали свое дело. Вместо шлюза у входа в базу, на присыпанной песком поверхности похожей на гранит плиты, растеклась лужица остывающего металла. Перед нами открылся ведущими в боксы с техникой широкий коридор длиной метров двести с боковыми отводами. В конце коридора - перемычка с герметичной переборкой.

- Так... Теперь всем рассредоточиться, выжигаем дверь, - нервное напряжение понемногу отпустило, в голосе появилась уверенность, - Судя по всему, переборки автоматические, реагируют на падение давления и закрываются. Один "Буран" будет силовым полем перекрывать бывший шлюз. На базе атмосфера по кислороду близка к земной. Восемнадцать процентов кислорода, остальное - неон с незначительными примесями других газов. Давление чуть меньше земного. Но без самодеятельности мне! – мне самому понравились жесткие, командные нотки появившиеся в голосе. - Никаких попыток подышать! Возможно применение отравляющих веществ. Размер минимальной группы - три человека. По одному не ходить! Гор, возьми две группы, проверь боксы. Когда мы пойдем внутрь, останешься здесь. Группы Локи и Гермеса идут первыми в основной коридор.

- Есть!

- Есть!

- Есть! - зазвенели в наушниках голоса моих бойцов.

- С нами бог и два пулемета, ребята. Поехали! - внутри вскипела веселая злость.

Вот так-то оно лучше… намного лучше! Два "Урагана", въехавшие с нами в коридор, развернули башни и, поставив излучатели на непрерывный разряд, начали прожигать преграду. На переборке появились сначала две вмятины, потом они засветились бордовым, налились белым, и металл потек крупными каплями. Переборка вздулась, как мыльный пузырь, и рухнула в нашу сторону под давлением атмосферы внутри базы. Меня слегка покачнуло от потока воздуха, устремившегося наружу.

- Локи, Гермес, вперед! – проревел я в микрофон. - Гор, что у тебя?!

- Боксы пусты, командир!

- Черт! – Мне это нравилось всё меньше и меньше . - Оставишь мне транспортные боты, забирай две группы бойцов и на ударных ботах дуй на базу!

- Но, Сет... – попытался возразить Дима.

- Выполняй! – заорал я так, что от собственного голоса зазвенело в ушах.

- Есть!

Перед нами открылся сужающийся коридор, окрашенный в фиолетовые тона. Лишь пол рубчатый, стилизованный под переплетение металлических прутьев, серо-стального цвета. Орнамент на округлых стенах и потолке создавал иллюзию постоянного движения, от которого слегка кружилась голова. Черт, техника не пролезет! Дальше пришлось идти без ее прикрытия. За следующей переборкой нас ждали...

Противник относится к классу существ, для которого мы еще не придумали названия. Гладкая желтовато-коричневая кожа. Четыре конечности. По четыре пальца. Внешний скелет. Одинаково хорошо передвигается как на двух, так и на четырех ногах. Главный нервный центр находится в верхней трети тела и хорошо защищен внешним скелетом, так и мощной мышечной "сумкой". Светочувствительные рецепторы расположены там же и продублированы на псевдоплечах, чтобы не оставаться слепым при ходьбе на четырех лапах. Не имеет выраженных вторичных половых признаков. Зачем они им вообще нужны? Они размножается почкованием. Дыхание - кожное. Все это промелькнуло у меня в голове, когда передо мной, вынырнув из бокового коридора, замаячило четырехлапое существо с какой-то штуковиной, похожей на увеличенный во много раз револьвер, закрепленный на спине. Выстрелить оно не успело. Наплечные излучатели моего скафандра выплюнули два коротких импульса. Чудовище с визгом закрутилось на месте, словно пытаясь поймать свой несуществующий хвост, и, издав короткое "уф!", осело на пол, раскинув лапы. Водомерка-переросток подумал я, пробегая вперед, к следующему выступу коридора. Слева меня обошли Крон и Анубис.

- Командир, не лезь вперед. Мы и сами управимся! - бросил мне Анубис, прижимаясь к стене.

- Не могу понять одного: мы уже почти до центра базы дошли - и никакого серьезного сопротивления, - заметил я. - Странно.

- Наверное, ребята из других отрядов почти всех перебили на поверхности, - высказал предположение Крон. - Ладно, прикройте, я вперед пошел.

- Давай! - Мы с Анубисом одновременно вывалились в коридор, становясь на одно колено, чтобы прикрывать Крона, - и тут же расслабленно встали. Навстречу нам, отчаянно жестикулируя, бежал человек. Это был Локи.

- Может, ты связью воспользуешься, - иронично сказал Анубис. - Язык глухонемых мы в детстве не изучали.

- Да я так, руками махал, чтобы не подстрелили ненароком, - протараторил запыхавшийся Локи.

- Трудно тебя с этими уродцами спутать, - заметил Анубис

- Хорошо, - улыбнулся Локи, - в следующий раз буду орать так, что у вас уши завянут. Сет, базу мы вычистили. Скорее всего, тут был, в основном, гражданский персонал. В центральный зал мы согнали около трехсот этих чудиков. Что с ними делать?

- Ты не знаешь? - спокойно спросил я.

- Нет.

- Уничтожить.

- Но они безоружны... – Локи беспомощно развел руками.

- Что предлагаешь с ними делать? – поинтересовался я, повернув к нему голову.

- Они сдались... – тихо произнес Локи. – Они не представляют опасности…

- Что ты предлагаешь с ними делать? Конкретнее?! – я повысил голос.

Локи промолчал.

- Если у тебя нет предложений, - так и не дождавшись ответа, жестко резюмировал я. - Будь добр, выполни мой приказ!

Локи без возражений повернулся и побежал в обратно.

- Нет... что-то не так. Слишком слабо они обороняли свою основную базу, - задумчиво сказал я.

Анубис промолчал. Крон хмыкнул, развернулся и зашагал к выходу.

Позже, когда мы, покончив с базой пришельцев, грузились в транспорт, я связался с Осирисом.

- Сет, твои опасения не подтвердились, - бодро проговорил он. – Паникуешь, брат. Нервничаешь.

- Серега, что-то тут не так, - на душе все равно было неспокойно.

Бойцы расселись по машинам, и мы тронулись в обратный путь к штабной "Пирамиде". На полпути вышел на связь Гор.

- Командир, несколько боевых платформ сбиты, "Пирамида" тоже! – взволнованно сообщил он. - Третий отряд атакован на марше. Тараканы прут со всех сторон! Когда будешь на месте?

- Минут через десять! Держитесь! – «Вот оно… предчувствие!», - пронеслось в голове. - Ребята, приготовиться! Проверить оружие! - приказал я своим бойцам. - Не расслабляться! Штаб атакован!

Когда мы прибыли на место, бой был в самом разгаре. Судя по всему, противник неожиданно атаковал и сбил боевые платформы, а потом - лишившуюся прикрытия штабную "Пирамиду". Она лежала прямо в центре схватки, покореженная, с развороченным боком. "Ураганы" и "Бураны" из укрытий обстреливали серебристые, каплеобразные боевые машины пришельцев. Два подбитых "Урагана": один с оплавленным бортом, другой - с сорванной башней, замерли у гряды камней. Около них лежали трое убитых бойцов. Мы ударили сзади. Первыми шла группа Локи. И он же погиб первым из нашего отряда. Заряд плазменной пушки ударил ему в грудь. Несколько минут спустя в бой вступил подоспевший отряд Ра. Через сорок минут ожесточенной схватки с пришельцами было покончено. Еще шесть часов ушло на восстановление полного контроля над поверхностью Луны и подчистки следов. Через двенадцать часов мы уже были на боевой станции "Лагранж".

Мы все собрались на общем совете в конференц-зале станции. Триста девяносто семь человек - все кто участвовал в нашей первой крупномасштабной операции и остался жив. Приятно опять почувствовать нормальную тяжесть после лунной гравитации. Я сидел и рассеянно рассматривал увеличенное изображение Луны на обзорном экране, время от времени отвлекаясь, чтобы вслушаться в то, что говорят мои соратники.

- Товарищи офицеры, - из-за гибели практически всего командного состава председательствовал Ра. - В первую очередь, прошу почтить память наших погибших друзей.

Он нажал кнопку на своем терминале, и на экране у стены зала появилось изображение Осириса. Он глянул с экрана раскосыми глазами, улыбаясь, и канул в вечность. Под тихую речь Ра перед моими глазами прошли все, кого не стало.

- Сергей Югай - Осирис, наш командир. – Назвав очередное имя, Андрей делал паузу. Говорил он ровно, без эмоций, не отрывая взгляда от стола. - Виктор Ануфриенко - Атум, заместитель командира. Кирилл Мальцев - Хнум, начальник штаба. Виталий Крейн - Шу, начальник аналитического отдела. Стас Захарченко - Геб, аналитический отдел. Петр Кириченко - Себек, командир первой группы третьего отряда. Руслан Хаитов - Локи, командир первой группы второго отряда. Аветис Степанян - Арес, боец второго отряда. Вадим Плахов - Нерей, боец второго отряда. Виктор Воронин - Пан, командир третьего отряда. – Ра перевел дух. - Через два часа состоятся похороны. Ну, а пока мы должны решить административные вопросы.

Он пригубил апельсинового сока.

- В связи с последними событиями мы остались без руководства. – Андрей снова опустил взгляд. - Это самый главный вопрос, который мы должны немедленно решить.

- Решить? - переспросил Анубис. – Вроде, решено. В случае смерти командира командование принимает старший по должности офицер. Не вижу никакой проблемы, Андрей. Самый старший по должности - это ты.

- Единственная проблема, Султан, в том, - Андрей пожал плечами, - что я не смогу командовать вами. Я не чувствую в себе силы, чтобы взять на себя эту ответственность. Я понимаю, что не имею права на капризы. Но поймите меня правильно… Я бы взять самоотвод и порекомендовать на командование Сета.

Я оторвался от созерцания лунного пейзажа. Ра мне улыбался:

- Не думаю, что у кого-нибудь будут возражения насчет кандидатуры Сета. Кроме него самого.

- Меня... – сказал я. - Да вроде нет у меня возражений...

- У меня возражение! - пылко вступил в разговор Крон. - Он излишне жесток!

- В чем это выражается? - спокойно спросил Ра.

- Мне не понравилось его отношение к пленным пришельцам! Он хладнокровно отдал приказ на их уничтожение!

Я растерянно глянул на Ра, который выглядел так же обескуражено, и беспомощно развел руками.

- Хорошо, - обратился я к Крону. - Ты считаешь, что я поступил жестоко. Ладно, этот случай уже в прошлом. А теперь объясни мне, как я должен был поступить? Чтобы в дальнейшем уже не поднимать этого вопроса.

- Я не знаю, - помолчав, неуверенно сказал Крон, - их можно было оставить на базе...

- На базе? – парень ведь действительно так думает. - На базе?! Полностью функционирующей, откуда они могли бы в один прекрасный день подать сигнал соплеменникам?

- Мы могли бы вывести из строя все компьютеры, - не сдавался Крон.

- Компьютеры? Ты разбираешься в их логике? – я понял, что слишком сильно давлю на психику парня, но решил довести разговор до логического конца. - Ты знаешь, как устроена их автоматика? Ты бы смог разобраться в инопланетной аппаратуре и отключить функции, которые могли бы в дальнейшем представлять для нас опасность, не затрагивая систем жизнеобеспечения?

- Мы могли бы разобраться... через некоторое время, - судя по его виду, Крон уже сам был не рад, что поднял этот вопрос.

- Извини, у нас много работы на Земле. Мы не можем терять время на всякие глупости, - я внимательно разглядывал парня. Тот начал нервничать, пытаясь закруглить начатый разговор.

- Мы могли бы создать колонию для пленных, - привел он последний аргумент.

- Называй вещи своими именами, Крон. Концлагерь. Создание концлагеря подразумевает, что там будет охрана. И все сопутствующие этому заведению прелести. Я не думаю, что у нас есть возможность разбрасываться людьми.

- Ну, хорошо, - очень неуверенно предложил Крон. - Их можно было бы убить как-то иначе. Более гуманно.

- Леонид, - жестко улыбаясь, возразил я. – Смерть в любом обличье остается смертью. Я не собираюсь играть в гуманность. Ну а если ты хочешь полицемерить, что же, могу тебе напомнить историю. Нацисты тоже создавали очень гуманные комбинаты смерти. Бухенвальд, Освенцим и так далее. Если ты за такую гуманность, то нам с тобой не по пути. Для нас с тобой существует только две вещи: рациональность и необходимость. Нам необходимо защищать Землю, при этом затрачивая минимум ресурсов. Как это ни цинично звучит, главным ресурсом являемся мы с тобой и все остальные здесь сидящие. Это моя точка зрения, и пока меня кто-нибудь не переубедит, я буду ее придерживаться. Я все тебе объяснил?

- Да, - тихо ответил Крон. - Я тебя понял. Извини.

- Ничего страшного, - кивнул я. - Лучше сразу решать любые недоразумения. Спасибо тебе, что не промолчал, а высказал все свои сомнения.

- Хорошо, - после некоторой паузы, сказал Ра. - У кого еще есть возражения против кандидатуры Сета?

Возражений ни у кого не было.

- В таком случае разрешите вам представить нашего нового командира, Тимура Алимова - Сета. Я не буду рассказывать о его достоинствах и недостатках, мы все могли их оценить раньше, когда он командовал вторым отрядом. Сет, уступаю тебе свое место, дальше совет продолжишь ты.

Осирис был главным богом. По легенде, он появился на свет первым из пяти божеств, за ним родились Гор Старший, Сет, Изида и Нефтида. Когда Осирис подрос, он справедливо правил своим народом, заботился о его культуре. Он много странствовал, а во время его отсутствия страной правила жена Изида. Брат Сет завидовал Осирису и решил его убить. Так он и сделал, после чего разбросал куски тела Осириса по всему Египту. Да уж. Аналогии. Только Исиды нет. Я сел на место Ра и, увидев, что он собирается уйти, знаком попросил его остаться. Андрей сел рядом со мной.

- Что же, ребята. Спасибо за доверие. Постараюсь оправдать. Насчет тебя, Ра, - я перевел взгляд на него. - От работы тебе не отвертеться. Должность заместителя вакантна. Ты ее и займешь.

Ра кивнул.

- С остальными вакантными должностями мы разберемся позже, - пытаясь преодолеть неуверенность, заговорил я. - А теперь я бы хотел устроить разбор полетов. К сожалению, мы потеряли своих товарищей. Как показал опыт нашей первой боевой операции, мы плохо подготовлены и экипированы. Техника не оправдала возложенных надежд. Десантный бот «Буран» и ударный «Ураган» слабо бронированы и вооружены, так же как и суборбитальные модули «Пирамида». И вообще, нам пора отказываться от плазменного оружия. Защитные поля тоже не выдержали испытания огнем. Я думаю, что нам необходимо в кратчайшие сроки провести полное перевооружение. Мы не имеем права затягивать этот процесс. Мы максимально быстро должны вывести на полевые испытания новые боты, скафандры и оружие, основанные на новых физических принципах. Мы не можем позволить себе погибать. Наша цель - делать нашу работу и выживать! Разработчики новых систем вооружения получат доступ ко всем нашим ресурсам. Я надеюсь, что в ближайшие месяцы мы увидем результаты. Я ознакомился с вариантами, предложенными группами Анубиса и Тора. Мне они нравятся. Надо будет посмотреть в действии ваши тандемы из ударных и десантных ботов "Метель"-"Вьюга" и "Мистраль"-"Бриз". Когда это можно сделать?

- Моя группа выведет на испытание обе боевые машины в течение месяца, - уверенно ответил Анубис.

- У меня могут возникнуть проблемы с "Мистралем", - пожал плечами Тор, задумчиво проведя пальцем по столу и в уме прикидывая возможности своей группы. - Но постараемся уложиться в эти сроки.

- Хорошо ребята, у вас три месяца сроку, - отрубил я. - Вам все ясно?! – Тор с Анубисом одновременно кивнули. - Теперь по поводу новых суборбитальных платформ, боевых скафандров и личного оружия... Один, Гор, Ра, - я покосился на сидящего рядом Андрея. - Ускорьте, пожалуйста, работу. Моя группа продолжит заниматься системами защиты и теорий космической навигации. Не забывайте, что наша основная цель - создание его величества Флота. Мощного межзвездного флота. Что же, джентльмены, у меня все, отдыхайте. Через два часа встретимся на верхней палубе.

- Сегодня мы провожаем в последний путь наших погибших товарищей. - Я сам удивился тому, что мой голос может так звенеть. - Они до конца выполнили свой долг. Теперь мы должны жить и работать и за них тоже. Они навсегда останутся в наших сердцах. А для того, чтобы их имена не исчезли из памяти людей, после того, как нас не станет, предлагаю в недалеком будущем, когда мы создадим Флот, всегда иметь в его составе космические корабли, названные в их честь. Прощайте, ребята! Мы вас никогда не забудем!

После короткой прощальной речи я отошел в сторонку и уставился на десять герметичных пластиковых гробов. Первые похороны в открытом космосе.

Задняя часть палубы заполнена бойцами. В блестящих пластинчатых скафандрах они похожи на древних рыцарей, пришедших проводить в последний путь своего благородного и отважного сеньора. Перед глазами встала картина последнего боя, когда я с группой пробился к поверженной "Пирамиде" в безумной надежде найти живых. Но никому из людей в командном центре не удалось спастись. Осириса я увидел в командной рубке. Ракета попала прямо в двигатель модуля и, прошив его насквозь, взорвалась внутри. Сергей лежал на полу, у стены, неестественно вывернув голову и прикрыв ее руками в последнем инстинктивном жесте защиты. Порванный левый бок скафандра, пузырился ошметками сверхпрочной внешней оболочки и теплоизоляционной прокладки, заляпанными ярко-красными пятнами крови, успевшей заледенеть. Гермошлем изнутри покрывал слой льда, не позволявшим разглядеть его лицо. Рядом с его головой лежал невесть как попавший сюда осколок скалы. Простой камень, слегка оплавленный по краям, с блестящими серебристыми вкраплениями на сколе. Я, не задумываясь, подобрал его и положил в набедренный карман скафандра. И вот теперь я нащупал его. Лунный камень. Операция "Лунный камень", дорого ты нам далась.

Тем временем гробы под троекратный залп оружейного салюта плавно взмыли с палубы и, направляемые силовым полем, поплыли к маршевым двигателям платформы. Когда они все оказались в растворе дюз, вахтенный офицер включил двигатели. Ослепительно белая струя плазмы вспыхнула в небе, растворяя тела ребят, расщепляя их на атомы и рассеивая по пространству, даруя вечный покой.

Позже в моей каюте, когда мы остались с Ра, я задумчиво подошел к обзорному экрану и уставился на звезды.

- Не знаю даже, благодарить тебя или ругаться и ногами топать за такую твою услугу, - наконец сказал я, тоже подходя к экрану.

- Определяйся, - коротко ответил Ра, покосившись на меня.

- Дай сигарету, - попросил я.

Ра протянул мне пачку сигарет.

- Ну и гадость, - сказал я, прикурив сигарету и глубоко затянувшись. - Что в этой мерзости хорошего?

- Сам до сих пор пытаюсь понять. Может, они помогают ощутить себя человеком? - Ра усмехнулся и закрыл глаза, мышцы его лица напряглись, проявив на нем гримасу отвращения. – Правда, нашим лунным "тараканам" хоть по пачке дай в каждую лапу, а физиономией все равно не вышли...

Я помолчал, раскуривая сигарету.

- Чем там все в Москве закончилось? – поинтересовался я, пытаясь понять, нравится мне курить или нет.

- Этот... - Ра сдержал готовое сорваться с его языка красочное определение этого. - Президент, в общем, приказал ввести в город танки и обстрелять здание парламента.

- Весело. Ну так как, ко мне в Ташкент переедешь? – спросил я, делая вывод, что сигарета мне таки не нравится.

- Нет. Я в Питер, – улыбнулся Ра. - Жарко у вас, в Ташкенте. Мне холод больше по душе.

Я пожал плечами:

- Хозяин – барин.

- Вот и не стало ребят, - помолчав, добавил Ра. - Когда-нибудь и нас так же запаяют в пластиковые гробы и отстрелят под дюзу корабля.

- Надеюсь, это случится нескоро, - спокойно ответил я, снова покосившись на Андрея. Нет, на нервный срыв не похоже, просто легкая меланхолия. - Работы непочатый край, парень. Но в любом случае обещай мне, что, когда меня убьют, в составе флота появится лидер "Ташкент".

- Именно лидер? - усмехнувшись, переспросил Ра. - А что это за зверь такой?

- На море самые мощные корабли - это авианосцы. Не будем же мы называть космические корабли авианосцами. Они будут называться лидерами. Обязательно будут...

10 июня. 20 часов 35 минут по Ташкенту.

Дом. Мой дом. Нет... у меня нет дома. Есть только иллюзия уюта, призрак домашнего очага, остывшие угольки теплоты.

- Вот мы и дома, брат. Как ты? – я улыбаюсь, у меня все хорошо.

Ра огляделся:

- Что. С тобой. Случилось?

- Ничему не удивляйся, - развел я руками, все еще продолжая улыбаться. - У нас с тобой есть чуть больше трех суток, комиссар. За это время я должен опять полюбить людей.

- Это невозможно, командир! – горячо возразил Ра, усаживаясь в кресло у компьтера. - У тебя в генах прописана любовь ко всему человечеству... И вообще, хватит ерундой заниматься! Я тебя к себе в Питер заберу. Тут ты форму теряешь!

Мне стало смешно.

- Питер, говоришь, - улыбнулся я. - Что я там не видел? Так ты не знаешь, чем я занимался все эти месяцы? И даже не догадываешься? Я хвосты подтирал за нами. И все, что под хвостами. Удивлен? Николай Сергеевич изъял из архивов все документы, касающиеся нас. Я недавно ездил к нему, в Ростов. Родственникам представился сыном его старого сослуживца. Мне удалось найти эти документы. Не беспокойся, никто из его родственников меня не помнит. Пришлось поступиться принципами и помочь им "забыть" меня. – Я хмыкнул и пожал плечами. - Да, да, теперь я более точно знаю, кто мы. Нас с тобой зачали в пробирке, собрав сперму со всего Союза. После этого долго возились с нашими геномами, чтобы мы стали такими, какие мы есть: мышцы параллельно, мозги перпендикулярно. Нашим суррогатным матерям объяснили, что они вынашивают будущих гениев и строителей истинного светлого будущего. Только забыли предупредить, что вынашивать нас смертельно опасно. Но они выполнили свое предназначение, родили нас и выкормили. Включи комп и посмотри базу. – Я перевел дух, собираясь с мыслями. - Папка Mothers. Я собрал информацию про всех них. Все как одна, молодые красивые, наши мамы. Они все умерли, когда нам было от 2 до 3 лет. Мы их почти не помним. Когда нам исполнился год, с нами начали работать лучшие военные психологи. Ведь мы, как и всякое высокоточное оружие, нуждались в тонкой настройке. – Я подошел к окну и уселся на подоконник. - Им тоже не повезло, брат. Выжили единицы. Практически никто не может выстоять против нашей ментальной мощи сейчас. А представь, каково им было работать с нами, маленькими чудовищами? Смотри, смотри, комиссар. Они все собраны в папке Psychologists. Они нас и воспитали сентиментальными альтруистами.

Я открыл окно и закурил очередную сигарету. Ра растерянно смотрел на меня из кресла у компа.

- Потом наступила очередь оружейников и боевиков. Им повезло больше. Процент выживших - тридцать. Ты смотри, смотри... Weaponry&Fighting. – Запах сигареты похож на запах горящей помойки. - Но больше всего повезло нашим профессорам, доцентам и офицерам - менторам проекта. Все, кто умер, сделали это без нашей помощи. Смотри, парень, в папке Тeachers. Как там было, дословно не помню: «родиться не успел, а я уже сержант Преображенского полка». Там расписана вся наша жизнь, детская и юношеская, короткая, но очень насыщенная.

Звезды... какие звезды. Я хочу к ним. На их фоне загадочно тлеет уголек сигареты. Ра ошарашен. Что же, братик, не мне одному нести этот крест. Тем более, тебе это сподручнее. По твоей христианской легенде.

- А ты помнишь нашу присягу звездам? – я снова повернулся к Андрею лицом. - Первого января восемьдесят восьмого на Северном полюсе, а первого июля - на Южном? «Я, свободный гражданин свободной планеты, перед лицом звезд торжественно клянусь до последней капли крови отстаивать интересы всех народов, населяющих земной шар...» Мы сами добрались туда. И никто не погиб по пути. Они ведь поняли, что мы не можем принадлежать одному отдельно взятому государству!

- Я помню... Я все это помню, Сет... – растерянно проговорил Андрей.

- Молодец, – я заулыбался, вернее, на лице появилась гримаса, похожая на улыбку. - Понимаешь, братец, мы с тобой не люди. Нас просто воспитали как человеков. А философия тут проста: чтобы уничтожить зло, надо стать злом. Чтобы убить дракона, надо стать драконом... И поэтому, братец, у нас осталось ночь сна, три полных дня и большая... ну совсем не то, что ты подумал... деревня под названием Ташкент, чтоб мне склеиться. Ничему не удивляйся и веди себя естественно. Понял?

- Пон... - он нервно сглотнул. - Понял, Тимка...

10 июня. 22 часа 05 минут по Ташкенту.

- Уютную ты себе квартирку завел, брат, - выдал мне результат осмотра Ра.

- Не жалуюсь, - я сидел на кухне и чистил лук. - Ты бы это... помог бы, что ли.

- Нет, ну ты подумай сам!.. Я к тебе в гости за три... кривые версты приехал, а ты хочешь меня за готовку усадить! - на его лице была написана неподдельная обида.

Да уж. Назвался груздем - полезай в кузов. Ладно. Плов сегодня полностью с меня.

- Ну и что мы будем делать с твоим тяжелым случаем? Будем тебя лекарствами пичкать или просто током долбанем? - взяв с полки нож, он все-таки сел мне помогать.

- Там видно будет... –дыша ртом, чтобы унять слезы, сказал я.

- Нет... ты не увиливай. Что делать будем?

Отложив нож, я посмотрел ему прямо в глаза. Он мне ответил тем же.

- Приготовим еду. Поедим. Поспим. И будем просто ездить... Ты только будь таким как всегда... правильным... чтобы я дел не натворил... понял?

- О'кей, - ответил Ра, сосредоточенно, со слезами на глазах разрезая луковицу. - Буду правильным, хорошим, добрым... в общем, положительным во всех отношениях. Самим собой буду.

- Угу.

11 июня. 01 час 20 минут по Ташкенту.

- Мяяяяяяяяуууууууу!!! Уааааааааууууууу !!!

Душераздирающий кошачий вопль заставил меня слететь с кровати. Мгновение - и я уже на кухне. Щелчок включателя - и мне открылась следующая картина: Андрей держал левую ногу на весу, а на полу – Рыжий прикрывал своим телом миску от посягательств и, все еще обиженно урча, поглощал накрошенные с вечера сосиски.

- Ребята, я вас друг другу забыл представить, - сказал я, прислонившись к прохладному кафелю. - Андрей, познакомься, это Шамиль, он же Рыжий, он же Ред. Шамиль, познакомься, это мой братишка, Андрей, или более привычно - Ра. Помнишь, я тебе о нем рассказывал?

Шамиль сделал вид, что занят поеданием сосисок, и по-хамски проигнорировал это официальное представление. Андрей осторожно поставил ногу на пол и шагнул назад.

- Воды захотел попить, а тут хвост, понимаешь, - попытался оправдаться он. - Шамиль... значится. А где он прятался до этого?

- Значится, да. Шамиль, по-престецки – Шамка, – я энергично тряхнул головой. – Он у меня не гордый, по имени-отчеству величать не просит. А насчет того, где он прятался, - а шут его знает. Он все-таки свободная личность.

Шамиль внимательно поводил ушами, не прекращая жевать сосиски, но при это я готов был руку дать на отсечение, что он все понимает.

- Варвар и бродяга в лучшем понимании этих слов. Гуляет, где ему вздумается. Там с кошкой познакомится, помилуется, тут коту какому-нибудь хвост открутит, да и сам сполна получит, - Я медленно сполз по стенке и присел на корточки, чувствуя, как кафель холодит спину. - Черт. А мне приснилось, что мы на Индигирке. Бот наш сбили, я вылез из него, отбежал, и в этот момент рядом что-то рвануло. Нервы ни к черту.

- Да. Нервный ты стал, братец, - улыбнулся Андрей. - Прямо-таки институтка.

Кот, очистив миску, полакал воды, потом сел, обернув хвостом задние лапы, благожелательно посмотрел на Андрея и начал умываться. Ра потрепал Шамиля по голове. Тот мгновенно встал в боевую стойку на задних лапах, широко раскинув передние и угрожающе прижав уши.

- Боевой котяра, однако, - рассмеялся Андрей, отдергивая руку.

- А ты что думал. Это тебе не халям-балям. Это настоящая, воплощенная рыжая усато-полосатая смерть с когтями.

- Я вот что хочу у тебя спросить, - сказал Андрей, сделав ложный выпад к хвосту кота, и, когда тот дернулся на перехват руки, быстрым тычком в грудь опрокинул Шамиля на спину. - Ты был в гостях только у Николая Сергеевича?

- Нет, - помолчав, ответил я. - Я проведал всех... всех, кто остался жив. Правда, они меня не видели. Извини Андрей, не выдержал. Понимаю, что не имел права.

- Все нормально, Тима, - ответил Андрей, отбиваясь от не на шутку развоевавшегося кота. - Было бы ненормально, если бы ты этого не сделал. И еще... - Ра замялся. – Там, в компьютере, есть сведения о наших матерях. А об отцах? О биологических отцах ты не нашел ничего?

- Нашел, - кивнул я.

Андрей вопросительно посмотрел на меня.

- Зачем тебе это знать?

- Ну...

- Понятно, – я тяжело вздохнул и закрыл глаза. - Мой отец погиб... в 73-м... в Египте. Твой прошел Эфиопию, Анголу, Афганистан. Несколько раз был ранен. Сейчас у него подрастают внуки. Ты это хотел знать? – Я вновь открыл глаза. - Пойми, мы для них никогда не существовали. И не существуем. И они для нас были только отправной точкой. Вряд ли генетически мы на них походим.

- Да я все это понимаю, - махнул рукой Ра. - Я одного только не понимаю: как могли "Миноровцы" допустить гибель наших матерей?

- Они боролись до конца. Не осуждай их. Просто они не учли нескольких факторов. При вынашивании организмы наших матерей подверглись шоковому удару. Мы и сейчас не подарки, а тогда были действительно монстрами, – Я попытался улыбнуться, и у меня это даже получилось. – Носить нас под сердцем было все равно, что контейнеры с радиоактивными отходами. Нашим матерям не повезло: «миноровцы» не смогли их спасти. - Я задумчиво пошевелил пальцами. - Мы все-таки... не совсем люди.

- Значит, если мы с тобой захотим иметь детей?..

- Нет, нет, - слабо улыбнулся я. - Я тебе лично гарантирую, что все с твоей девушкой будет нормально. И с ребенком. Не сравнивай уровень медицины 70-х годов с нашим уровнем. Не робей, брат. Мне давно хочется понянчить племянников и племянниц!

- Нянька, - проворчал Андрей. - Так уж и будешь... нянчиться?

- Мое слово одно, - заверил я. - Сказал «буду» - значит, буду!

Я протянул руку и, схватив за шкирку неосторожно приблизившегося Шамиля, повалил его на пол. Бешено извиваясь, кот пинал мою руку задними лапами и пытался ее укусить.

- Ну все. Хватит. Хватит, Шама! - сказал я, щелкнув кота по носу. - Вот вроде вы и познакомились. Рыжий, всех в дом впускать, никого не выпускать. Пальцы ног откусывать до коленок. Хвост лучше всего аккуратно складывать под собой, а не раскидывать по всей квартире. Вы можете пообщаться еще, но лично я иду спать. Спокойной ночи.

- Мррррр...

- Споки ноки...

11 июня. 07 часов 40 минут по Ташкенту.

- «Вставай» пришел! Подъем! Вставай, солдат!.. Вставай, вставай - ботинки надевай! - И все-таки какой у Ра противный голос, особенно по утрам.

- Пошел нафик! – Я попытался прикрыться подушкой.

- Вместе и пойдем! Смотри, какое солнце! А ты что, собираешься проспать все на свете? Ты помнишь, что у нас сегодня мероприятие? Мы должны съездить на электростанцию и найти там две волшебные клеммы, схватившись за которые, ты придешь в себя! - Говоря все это, он методично хлещет меня мокрым полотенцем. Мокрым, противным и холодным..

- Садист!..

Отвертеться не получится. Сажусь на диван. Так, брат, вставай пришел. Чтоб с утра спасти нам душу, поплескаться надо в душе.

Холодный душ. Упругие струи воды ожесточенно бьют по телу. Потом стою у зеркала и усиленно растираюсь огромным махровым полотенцем. Когда я возвращаюсь в комнату, меня уже ждут на столе чашка кофе и яичница с беконом.

- Я подумал, что твой вчерашний плов мы вечером доедим, с утра лучше перекусить чем-нибудь полегче.

Пожимаю плечами:

- Можно и вечером.

- Каков план действий? – спрашивает Андрей, когда я приступаю к завтраку.

- Ага... – мычу я в ответ.

- Что ага? – удивляется мой братец.

- План действий, – неопределенно махаю я вилкой.

- Ну? – еще больше удивляется Андрей.

- Баранки гну. Дай позавтракать нормально.

Кофе мы пьем на балконе. У меня в зубах неизменная сигарета. Ра почему-то неодобрительно поглядывает на нее.

- Ну, - не выдерживаю я. - Что смотришь на меня, как заботливый папочка на лоботряса-сына?

- Куришь ты много, друг ситный, - спокойно отвечает он мне. - Паровоз.

- И что? – я слегка задираю подбородок, чтобы сигарета не дымила мне в глаза.

- Да так, просто... зачем тебе это?

Я окончательно проснулся. Краски стали ярче, звуки – отчётливее. Ирония заиграла в моем голосе:

- Мир ходит по кругу. Теперь моя очередь отвечать на этот вопрос. Дай подумать... Как же ты тогда... Ах, да. Они мне помогают ощущать себя человеком! Забыл?

Не меняя выражения лица, он коротко резюмировал:

- Дубина.

- Брат, ты сходишь с праведного пути на узенькую тропинку сквернословия и очернения, тебе не попасть в рай, имей в виду. И на мою поддержку даже не рассчитывай, на меня святой водой в детстве не брызгали.

- Можно подумать, на меня брызгали... Ладно, в Рай я все же собираюсь, поэтому лекцию о вреде курения тебе выслушать придется.

Не удержавшись, я захохотал, запрокинув голову. Звуки лились из меня, пульсируя, с каждой волной становясь все более похожими на стоны.

Спустя полминуты Ра прервал мое упоение собственными эмоциями:

- Ты сегодня весьма убедителен, поэтому я тебе как старший брат рекомендую вступить в драмкружок, - заметил он, - Ну, а пока у тебя есть свободное время, ответь мне: куда поведешь меня, Сусанин герой?

Я резко перестал смеяться и сказал, излучая довольство:

- Купаться я тебя повезу, милостивый пан польский захватчик, на Чарвак.

- Поехали, что сидишь-то?! – воскликнул Андрей, вскакивая с табурета.

Дорога. Бесконечная лента ложится под колеса. Местами ровная, как стол, местами выщербленная и побитая. Ветер в лицо и дорога за лобовым стеклом. Яркое утреннее солнце заливает землю лучами. Под колесами шелестит асфальт.

- Сразу признавайся, Андрюха, ты любишь мясо, запеченное в тандыре?

- Люблю, наверное... А еще я люблю, когда ездят по правилам, а не с той сумасшедшей скоростью, которую показывает твой спидометр. Имей совесть, мы все-таки в городе, Тимка.

- Что сгниет, то не сгорит... расслабься и получай удовольствие, - отмахнулся я и, подумав, добавил: - Хотя лучше не надо; если ты перестанешь брюзжать, я потеряю приятное ощущение нашкодившего сынка добропорядочной мамочки.

- Ага... - Ра, повозившись, пристегнул ремень безопасности. - А ты что не пристегнут?

- Здесь это воспринимается как признак плохого воспитания. Успокойся, братишка, все схвачено... – вглядываясь в дорогу, пояснил я.

- Мамочка... – Андрей схватился за голову.

- Что? – удивленно посмотрел я на него.

- Проехали, – ухмыльнулся он.

Я завертел головой. Андрей затрясся от сдавленного смеха.

- Ой, нехорошо, Ра... – я выпятил нижнюю губу и переключил скорость.

- За дорогой следи, сыночек!

- В общем, не нервничай так сильно, братец. Все будет в ажуре, - обнадежил я его.

- Я надеюсь, - с сомнением покосился на меня Андрей.

- Надейся.

- И не лень тебе с ментами разговоры лишние разводить? – поинтересовался Андрей когда мы проехали стоящую на обочине милицейскую машину с мигалками. - Наверняка попадаешь на радары постоянно.

- Ты, наверное, не знаешь, как в народе называется этот город. ТашМент, - ухмыльнулся я. - Так что в любом случае всегда приходится иметь дело с этими "форменными" типами. А насчет семейства ГАИ, отряда ментообразных... я себе активный постановщик помех установил против них. И он у меня постоянно включен.

- Развлекаешься? - Андрей высунул руку в окно.

- А ты как думал?

Базары - это визитная карточка Ташкента. Большие и маленькие, шумные и тихие. Правда, в последнее время их пытаются облагородить: поставить торговые точки и посадить людей в клетушки. Нет, я этого не понимаю... совсем не понимаю. Глупости. Базар должен быть беспорядочен. И в своей беспорядочности он обретает строгий порядок. Наверное, во всем Ташкенте остался единственный правильный базарчик. Круглосуточный. Около него-то мы и остановились.

Андрей брезгливо смотрит на большие тазы с мясом, вареными языками, жареными куриными лапками и тушками, котлетками и солеными огурцами. Я наблюдаю за ними украдкой.

- С каких пор ты стал таким мнительным?

Вопрос застиг Ра врасплох.

- Эээ...

- Не бойся, здесь все вкусно. Язык проглотишь, обещаю.

- Опа (сестра), почем у вас сегодня мясо? - обратился я к продавщице мяса.

- А... клиент постоянный! Келинг, келниг! (подходите, подходите), - обрадовалась та. - Вы у меня всегда по ночам мясо берете! Вкусное оно сегодня! От души готовила! Берите, берите!

- Брат, картошечка... жареная... вкусная!

- Водка, пиво... братан, нужны?!

- Это мой постоянный клиент! Брат, скажи им! Вы же у меня постоянно все берете! - Мгновение - и мы окружены продавцами. Каждый тянет в свою сторону.

- Попробуй мясо, Андрюха, - отбиваясь от толпы торговцев, посоветовал я.

Продавщица, услышав меня, шустро отрезала ломоть и протянула Андрею.

- Ну как тебе? Берем? – спросил я его.

- Вкуснятина... берем! - ответил Ра, прожевав.

- Взвесьте нам вот этот кусочек, добавьте четыре лепешки, огурцов соленых, картошки, в общем, я на вас надеюсь... А я пока за водочкой. Брат, "Парламент", казахский, четыре бутылки, холодненький, надеюсь, не самопал?

- Обижаешь, братан! – картинно обиделся мужчина, продающий напитки.

- И пива... Какое будешь пиво, Андрюха?

- Пожалуй, что "Балтику". Троечку, - ответил Андрей, разглядывая огромные, пышные лепешки.

- Восемь бутылок "Балтики - 3", - заказал я. - Что еще будешь, братишка?

- Хватит нам этого, - Андрей провел ладонью по горлу. – Обожремся.

- Чуть не забыл, еще нам две баклажки «Колы» и восемь пачек сигарет "Camel".

Когда мы грузились в машину, к нам подошла цыганка. Очень колоритная цыганка, вылитая баба-яга из старых советских фильмов.

- Сигареткой угостите бабушку? - Они, наверное, все проходят курс психологии, завязка хорошая.

- Минутку, бабуля. Сложим все - обязательно угощу.

- Ты не торопись, сынок, - задребезжала бабка сиплым прокуренным голосом. - По тебе вижу, ждет тебя счастье большое, суженая твоя все глаза проглядела, тебя ожидая.

Я сел за руль. Открыв пачку сигарет, угостил цыганку и закурил сам.

- А ждать тебе счастья, сынок, недолго, - продолжала настойчиво вещать цыганка.- Запомни мои слова! 21-го июня встретишь ты свою ненаглядную, и будет она с тобой до самой смерти. А другу твоему надо опасаться злой женщины с черными волосами...

- Бабуля, мы спешим... – Попытался отмахнуться я.

- На добро я тебе гадаю, не на зло... – сурово поджала та губы. - Запомни мои слова, будет тебе счастье! Неужели жалко дать старой женщине немного денег?

Вытащив из кармана две серенькие банкноты, я отдал их цыганке:

- Спасибо бабуля, дай Бог, чтобы ваши слова сбылись... А деньги и за меня, и за него. Он еще обменять не успел, нет у него наших денег.

- Мои слова сбудутся, вот увидишь! А я и российскими деньгами не побрезгую, - заверила старуха.

- Обойдешься нашими, спешим мы, - улыбнулся я, заводя машину и трогаясь с места.

- Сколько ты ей дал? - спросил меня Андрей, когда мы отъехали от базара.

- Две тысячи... два бакса.

- Классная бабулька! А что, здесь все на русском разговаривают: и торговцы и цыганки?

- А что ты хотел? Не самый маленький осколок большого Союза. Эх, братишка... Брат у тебя узбек, а в Узбекистане ты и не был никогда! - смеюсь я.

- Так ведь брат мой, лентяй, ни разу меня не пригласил к себе на родину!

Дорога. Верный друг рядом. Ветер в лицо и скорость. Что еще мне нужно от жизни?

Докладная записка. Особая папка "Устюрт". Аналитический центр ГРУ МО РФ.

11-го июня в 10.00 московского времени были проведены всесторонние консультации со всем заинтересованными сторонами. Результатом переговоров являются: приведение в состояние повышенной боеготовности частей и соединений Приволжско-Уральского и Сибирского военных округов с возможностью срочной передислокации в оперативную зону необходимого количества войск; начало переброски войсковых частей Республики Казахстан и Республики Узбекистан в зону приземления неизвестного объекта. Переброска войсковых частей армии США в зону возможных боевых действий...