1 глава. Велика разность между христианами и людьми этого мира. Одни, имея в себе духа мира, в сердце и в уме связаны земными узами; а другие вожделеют любви небесного Отца, Его единого имея предметом всех своих желаний.
У христиан – свой мир, свой образ жизни, и ум, и слово, и деятельность свои; совсем иное образ жизни, и ум, и слово, и деятельность у людей этого мира. Иное – христиане, иное – миролюбцы; между теми и другими расстояние великое.
Глава 4. Этим-то истинные христиане отличаются от всего человеческого рода; и как сказали мы выше, велико расстояние между христианами и прочими людьми. В силу того, что ум христиан всегда занят размышлением о небесном, в общении Святого Духа созерцают они вечные блага; потому как рождены они свыше от Бога; в самой действительности и силе сподобились стать детьми Божиими; многими и долговременными подвигами и трудами достигли постоянства, твердости, безмятежия и покоя, не рассеиваются и не волнуются уже непостоянными и суетными помыслами: и этим самым выше и лучше они мира; потому что ум их и душевное расположение пребывают в мире Христовом и в любви Духа, как и Господь, рассуждая о таковых, сказал, что перешли они «от смерти в жизнь» (Ин.5:24). Поэтому, отличие христиан состоит не во внешнем виде и не в том, что снаружи, как многие [ошибочно] думают, что в этом вся разница, и что христиане различаются между собою внешним видом и образом. Из среды христиан есть такие, которые умом уподобляются миру: у них, как и у всех прочих людей, то же колебание и неустройство помыслов, те же неверие, смятение, смущение, боязнь. Хотя могут отличаться они от мира внешней принадлежностью, однако же, в сердце и уме связаны земными узами, не приобрели сердцу своему Божьего покоя и небесного духовного мира; потому что не стали искать и не уверовали, что могут получить это от Бога.
Глава 5. Обновлением ума, умирением помыслов, любовью и небесной приверженностью ко Господу от всех людей в мире отличается новое творение – христианин. Для того было и пришествие Господне, чтобы истинно уверовавшие в Господа сподобились этих духовных благ. Христианам принадлежат и слава, и красота, и небесное непостижимое богатство, приобретаемое трудом, потом, испытаниями, многими подвигами, но не иначе, как при Божией благодати. Многим хотелось бы увидеть в живую людей, признанных идеалом в своём деле: звёзд культуры, спорта, эстрады, кино, увидеть их лица, гардеробы, машины и прекрасные их дома. Разве только живущие духовно не высоко это ценят, потому что опытно знают иную небесную и неплотскую славу, сердца их поражены иной, неописуемой красотой, имеют свою часть в ином богатстве, живут по внутреннему человеку, приобщены к иному Духу. А людям этого мира, имеющим в себе духа мира, весьма вожделенно увидеть красоту и роскошь успешных и знаменитых людей, а если увидят, то думают в себе: «вот бы и мне такого богатства и красоты»!. Так восхваляют они людей подобных себе, земных, с теми же страстями и немощами, смертных, но привлекающих их внимание временной красотой своей и временной славой.
Глава 6. Но если плотским людям столько вожделенна слава земных кумиров; то люди, на которых сошла роса Духа Божественной жизни, и поразила сердце божественной любовью к небесному Царю-Христу, тем более привязываются к красоте небесной, к несказанной славе, к нетленному благолепию, к неописуемому богатству истинного и вечного Царя-Христа. Они отдаются в плен духовного вожделения и любви, всецело стремясь ко Христу, и желают получить те несказанные блага, какие созерцают духом, и ради этого ни во что не ставят всякую на земле красоту, и успех, и славу, и благолепие, и честь, и богатство людей знатных; потому что сердца христиан ранены божественной красотой, и в души их поселилась жизнь небесного бессмертия. Поэтому и желают одной любви небесного Царя, с великим желанием Его одного имея пред взором своим, ради Него отстраняются от всякой мирской любви и удаляются от всякого земного бремени, чтобы возможно им было это одно желание иметь всегда в сердцах, и не примешивать к нему ничего иного.
Глава 7. Но очень немного таких, которые с добрым началом соединили добрый конец, дошли до цели, имеют любовь к единому Богу и от всего отстранились. Многие приходят в умиление, многие делаются причастниками небесной благодати, в сердцах их поселяется небесная любовь; но, не выдерживают встречающейся на пути борьбы, подвигов, трудов и искушений от лукавого, ведь у каждого есть желание любить что-либо в этом мире (различные привязанности, привычный бытовый строй, приятная зона комфорта), и по причине слабости воли своей, малодушия, маловерия, страхов они остаются привязанными к миру и погрязают в глубине его. А те, которые действительно намерены до конца пройти добрую христианскую жизнь, должны, приобретая любовь к Небу, не принимать в себя добровольно и не примешивать никакой другой любви и приверженности, чтобы не положить этим препятствия духовному, не возвратиться назад к прежнему греховному, безбожному образу жизни, и, тем самым лишиться истинной жизни. Насколько обещания Божии велики, неописуемы и неисповедимы; настолько нужны нам вера, и надежда, и труды, и великие подвиги, и долговременное испытание. Не маловажны те блага, какие надеется получить человек, желающий Небесного Царства. Со Христом желает он царствовать бесконечные веки; неужели не решится с усердием, в продолжение краткого времени этой жизни, до самой смерти, терпеть борьбу, труды и искушения? Господь взывает: «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф.16:24). И еще: «если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лк.14:26). Но весьма многие из людей, хотя, по-видимому, имеют намерение получить Царство Божие и желают унаследовать вечную жизнь, однако же, не отказываются жить по собственным своим хотениям и следовать этим хотениям, лучше же сказать, следовать тому, кто сеет в них суетное; и не отвергнувшись себя, хотят они наследовать вечную жизнь, что – невозможно.
Глава 8. Истинно слово Господне. Уверенно идут духовным путем только те, которые, по Господней заповеди, всецело отреклись от себя, ставят ни во что все мирские пожелания, связи, развлечения, удовольствия и занятия, пред взором их только Господь, и они весьма желают творить Его заповеди. Поэтому, каждый добровольно отворачивается от Господа, когда нежелая получить Царство и отречься от себя, более любит различные земные удовольствия и привязанности, а к Господу всецелой любви не имеет, насколько возможно это для человеческого произволения и хотения. Поймешь все это из одного примера. Всякий человек бывает понимает, что дело, им задуманное - не к пользе, и не к добру, но привычка поступать именно так берет верх над человеком. Сперва внутри сердца его бывают брань, борьба, и равновесие, и склонение, и перевес то любви к Богу, то любви к миру. И тогда человек начинает рассуждать, входить ли ему в ссору и спор с ближним; он говорит сам в себе: «скажу ему; нет, не скажу. Заведу с ним речь; нет, не заведу». Помнит он о Боге, но и свою бережет славу, и не отрекается от себя. А если любовь и наклонность к миру перетянут несколько на весах сердца; тотчас лукавый помысл готов подвигнуть и уста. Потом ум, как бы натянутою стрелою, изнутри устреливает ближнего языком, и в сбережение славы своей, без всякого уже препятствия, начинает метать стрелы непристойных слов. Потом же продолжает язвить ближнего непристойными словами, пока грех не разольется по всему телу; и иногда лукавое вожделение доводит тело до ударов и ран, а иногда, расширившись и до убийства, готовит смерть. Смотри же, чем началось дело, и какой конец получила любовь к мирской славе, по собственной воле человека перевесив на весах сердца. Так как человек не отрекся от себя, и любит что-нибудь в мире; то происходят от этого все подобные несообразности.
Глава 9. То же представляй себе о каждом грехе и плохом начинании; грех обольщает и склоняет ум к мирским пожеланиям и плотским удовольствиям (комм.: плотские удовольствия - не значит, что все грех, что связано с плотью, но плотской на духовном языке означает греховный, чуждый Бога, что в свою очередь не обязательно связано только и именно с плотью). Так происходит всякое порочное дело, прелюбодейство и воровство, чрезмерная любовь к приобретению и пьянство, порабощение себя деньгам и тщеславие, зависть и высокомерие, и какое бы то ни было порочное желание. Иногда хорошие, по-видимому, начинания совершаются ради славы и людской похвалы; а это пред Богом равно неправде, и воровству, и другим грехам. Ибо сказано: «Бог рассыпет кости человекоугодников» (Пс.52:6). И в добрых, по-видимому, делах, лукавый ищет себе место; он весьма разнообразен и обманчив в мирских пожеланиях. Для какой-нибудь земной и плотской любви, которой человек связывает себя по собственной воле, уловляет его грех, делается для человека оковами, узами, тяжким бременем, которое потопляет и подавляет его в веке лукавом (комм.: лукавый век - это нынешняя временная земная жизнь, которая названа лукавой по причине скоротечности своей и изобилию различных вещей и занятий, отвлекающих от Господа), не давая ему собраться с силами и возвратиться к Богу. Что возлюбил человек в мире, то и обременяет ум его, овладевает им и не позволяет ему собраться с силами. От этого зависит и равновесие, и склонение, и перевес греха; этим испытывается весь род человеческий, испытываются все христиане, живущие в городах или сельских местностях, или в горах, или в обителях, или в полях, или в местах пустынных; человек легко склонен к тому, чтобы увлекаться и привязываться крепко к чему-либо, и от этого любовь его не всецело уже устремлена к Богу. Например, один привязался к имуществу своему, иной к золоту и другим украшениям, иной полюбил разные психологические и эзотерические системы из-за кичения поврежденного ума своего; иной возлюбил начальствовать, иной – славу и человеческие почести, иной – гнев и досаду; любит же это потому, что быстро предается этой страсти; иной любит праздные компании, а иной – зависть; иной весь день проводит в рассеянии и удовольствиях; иной обольщается праздными помыслами; иной для человеческой славы любит строить свою карьеру; иной услаждается ленью и нерадением; другой привязан к одежде; иной предается всецело земным заботам; иной любит излишний сон, или непотребные шутки, или сквернословие. Чем привязан кто к миру, малым ли, или великим, то и удерживает его, и не позволяет ему собраться с силами. Если человек решительно не борется со страстями своими, то они обладают им, и обременяют его, и делаются для него оковами и препятствием уму его обратиться к Богу, чтобы угождать Ему, служить Ему единому, и стать вполне годным для Царствия Божия и получить вечную жизнь.
Глава 10. А душа, действительно стремящаяся ко Господу, вся и всецело к Нему обращает любовь свою, и сколько есть сил, к Нему единому стремится своим намерением, и в этом приобретает помощь благодати Божьей; отрицается сама себя, и не следует желаниям ума своего, который по причине неотлучного с нами и обольщающего нас зла, имеет лукавство. Напротив того, она всецело открывает себя слову Господа, отходит сердцем от всяких видимых цепей, насколько возможно это для воли, и совершенно отдает себя в руки Господа. И в таком случае она в состоянии будет перенести борьбу, труды и скорби. Ибо что любит душа, в том находит для себя и пособие и обременение. Если любит что в мире, то это делается для человека бременем и цепями, которые держат ум человека внизу, только лишь в земных заботах и не позволяют уму возноситься к небу, к Богу. А если любит Господа и Его заповеди; то в этом находит для себя и пособие и облегчение: от того самого, что всецело соблюдает любовь свою ко Господу, легкими делаются для него все заповеди Господни. Это погружает человека в добро, лучше сказать: облегчает его и делает для него нетрудными всякую брань и всякую скорбь; Божьей силой побеждает он мир и силы греха. Таким образом, как скоро душа возлюбила Господа, – освобождается из мирских сетей своей верой, усилием воли и при помощи Господней, не лишается уже вечной жизни.
Глава 11. Но чтобы яснее доказать нам самым делом, как многие гибнут по собственной своей воле, тонут в море, похищаются в плен, – представь себе, что горит какой-нибудь дом; один, желая спасти себя, как только узнал о пожаре, бежит вон, оставляет все, решив позаботиться только о жизни своей - он спасается; другой, решив взять с собой некоторые домашние вещи или иное что, вошел в дом, чтобы забрать это, и пока забирал, огонь взял силу над домом, и его захватил в доме и сжег. Видишь, что этот человек погиб в огне по собственной своей воле, возлюбив на время нечто кроме себя? Подобно этому плывут иные морем, и застигнуты сильной бурей; один, раздевшись донага, бросается в воду с намерением спасти только себя: и вот, он, гонимый волнами и ничем не связанный кроме заботы о жизни своей, плавая над волнами, нашел возможность выйти из горького моря; а другой, решив спасти кое-что из одежд своих, подумал, что и с ними, если возьмет их с собой, можно плыть и выйти из моря; но взятые им одежды обременили его и потопили в глубине морской, и вот, ради малой выгоды он не позаботился о душе своей и погиб. Заметил, что по своей воле он стал жертвой смерти? Представь еще, что прошел слух о нападении соседней страны; один, как только услышал об этом, немедленно обратился в бегство, не замедлил и отправился в путь ни с чем; а другой, не поверил, что идут враги, или желая что-то из вещей своих взять с собой, замедлил с бегством; и вот, неприятели пришли, взяли его, отвели пленником в свою землю, и заставили жить там в рабстве. Видишь ли, что и этот только по своей воле, по причине своего недоверия, по недостатку в мужестве и по любви к некоторым вещам, отведен в плен?