Перестановка в списке «любимчиков» у актёров, рождённых в 1987-88 годах и чуть позже, пошла резче, чем ожидали: кто-то ушёл с верхних строчек, кто-то только что подсел к «праздничному столу» зрительского внимания.
Лидеры прежних сезонов — Линь Гэнсин и Ло Юньси (на них сейчас на китайских платформах сыпется много критики) — сейчас чувствуют, что хайп от них отскакивает, а Чэнь Сяо и Чжу Илун, наоборот, поднялись вверх и держатся там уже не за счёт «одного лица», а за счёт свежих ролей и честной игры.
Линь Гэнсин ещё недавно подписывал контракты на горячих правах: миллионы подписчиков в Weibo, хештеги в тренде, каждый пост — взрыв. Постепенно он стал появляться реже: иногда — в трэвел-шоу, иногда — в веб-сериале среднего бюджета.
Публика быстро подхватила новых героев, и теперь даже фан-клубы решают, «тащить» ли его имя дальше или переключить бюджет на молодёжь. Мораль проста: в эпоху, когда зритель живёт «сторис за сторис», пропустил день — и тебя уже заменили.
Ло Юньси до сих пор узнают по образу «холодного красавца в белых одеждах» династийных саг. Кажется, он навсегда закрепился в этом амплуа: длинные волосы, взгляд с высоты, ритуальные поклоны. Зрителям стало не хватать сюрприза. Когда в прошлом году он вышел в городской мелодраме в кедах и худи, рейтинг показал, что аудитория всё равно ждёт от него «дворцового» кэмпа.
Иллюзия узнаваемости превратилась в клетку: ты красив, но один и тот же.
Противоположная история у Чэнь Сяо. После женитьбы и рождения ребёнка его стали приглашать чаще на «семейные» мероприятия, чем на съёмочные площадки. В какой-то момент казалось, что карьера ушла в «запой». Но он взял тайм-аут, ушёл в театральные мастерские, сменил агента и вернулся с ролью обычного полицейского в криминальном триллере «Свет за окном».
Без грима, без «фэйс-контроля» — просто уставший человек с морщинами. Картина собрала не хит-кассу, а репутацию: «Чэнь Сяо наконец-то стал актёром». Зрители увидели трещины и поверили. Предложения посыпались — уже не про «романтику для школьниц», а про взрослые драмы.
Чжу Илун пошёл ещё дальше: сознательно отказался от «трафиковых» съёмок, где гонорар выше, но образы шаблонны. Он выбрал кино: «Инспектор Чэнь», «Жизнь, проданная на развес», «Дорога дождя». Каждая лента — ниже среднего бюджета, но выше среднего актёрского стандарта. Он снимается у дебютантов, ездит на фестивали, где его никто не узнаёт без бейджа, и учится у операторов, как работать в кадре без слов. Результат: «Золотой петух» за лучшую мужскую роль и приглашение в жюри Каннской недели критики.
Постепенно в соцсетях началась шутка: «Если Чжу Илун согласился на сериал, значит, сценарий реально хорош».
Что выяснилось из всей этой мозаики?
- Платформа не прощает пустоты. Неважно, 8 или 80 млн подписчиков — если следующий проект слаб, алгоритм втолкнёт в ленту новое лицо буквально за ночь.
- Амплуа — удобная штука, но со сроком годности. Зависнуть в образе значит добровольно сузить рынок сбыта.
- Работать «на выгорание» и «на любовь» — разные вещи. Первое приносит деньги до первого провала, второе — репутацию, которая потом деньги приносит сама.
- Зритель повзрослел. Он всё ещё любит красивые лица, но готов остаться только с теми, кто умеет удивлять.
- «Молодость» как капитал заканчивается быстро. Родившиеся в 1985–1989 годах актёры уже не «мальчики», и если за тридцать с хвостиком не заполучить реальных профессиональных достижений, в сорок придётся играть «старших товарищей» без блеска.
Что дальше? Те, кто «сошёл со стола», рано или поздно попробуют вернуться: кто-то — через реалити-шоу, кто-то — через театр, кто-то уйдёт в продюсерские стартапы. Те, кто «подсел к столу», столкнуться с новым циклом: любовь публики кончается в среднем через два-три успешных проекта, и процесс начнётся сначала. Главное — не подменить профессию хроническим самопиаром (как Ван Ибо например): трафик уходит, искусство остаётся.