В преддверии 80‑летия Евгений Стеблов стал гостем программы Андрея Малахова — разговор коснулся самых сокровенных тем: жизни, любви и веры. Хотя многие ждали, что актёр последует за сыном в монастырь, сам Стеблов ясно дал понять: его судьба — «более мирская».
Сын в монастыре, отец — в миру
Трагедия в семье Стебловых стала поворотной точкой для его сына Сергея: после смерти матери, Татьяны, он написал отцу письмо с решением стать монахом. По словам Сергея, мама не перенесла бы такого выбора, но отец — человек стойкий и сможет это принять. Сегодня Сергей несёт послушание в Соловецком Спасо‑Преображенском монастыре.
На вопрос Малахова, не планирует ли сам Евгений последовать примеру сына, актёр ответил сдержанно:
«Я пока не думаю уйти в монастырь. У меня более мирская судьба, как мне кажется. Знаю, что бывает так: человек решает уйти, приедет туда, а с ним проводят беседу и ему говорят: „Тебе не надо“. Там как‑то чувствуют всё».
«Говорит — в монастыре, а сама в Москве торгует»
Разговор о вере невольно вывел на тему Екатерины Васильевой — актрисы, чьё решение уйти в монастырь несколько лет назад шокировало общественность. Её блестящая карьера, казалось, обещала долгие годы на экране, но судьба распорядилась иначе.
Однако Евгений Стеблов, знакомый с Васильевой не один год, смотрит на её «духовный путь» с долей скепсиса. В эфире он поделился наблюдениями, которые звучат как лёгкий стёб:
«Катя совершенно другой человек. Она больше говорит и рассказывает, чем на самом деле делает. Мне говорят: „Вот, Васильева ушла в монастырь“. А потом я смотрю, она в Москве на свечном ящике торгует. Это совсем другая позиция. Не хочу сказать ничего предосудительного, но иная судьба у неё. Я был с ней знаком, когда она была в другом качестве, была успешной актрисой. Внешне ничего не предвещало, что у неё будут с церковью особые отношения».
Что это значит?
Слова Стеблова — не столько осуждение, сколько констатация контраста между громкими заявлениями и реальными поступками. С одной стороны — образ отрекшейся от мира монахини, с другой — вполне земная деятельность в столице. Возможно, это просто разные грани одного пути, но для Стеблова они выглядят как «две большие разницы».
В итоге беседа с Малаховым показала: даже в вопросах веры нет единого шаблона. Кто‑то уходит в монастырь навсегда, кто‑то остаётся в миру, а кто‑то балансирует на грани двух миров — и не всегда понятно, где заканчивается духовность и начинается шоу.