Шестая игорная зона может появиться в России. Кабмин одобрил законопроект Минфина о создании такого объекта в Республике Алтай. Сейчас в России функционируют четыре игорных зоны — в Алтайском, Краснодарском и Приморском краях, а также Калининградской области. В Крыму этот проект на стадии строительства. Новый объект позволит создать новые рабочие места и увеличить турпоток в регион, отмечают авторы. А в Институте законодательства и сравнительного правоведения полагают, что проект также будет способствовать «преодолению дотационности» региона. О том, как будет функционировать новая площадка, — в материале «Известий».
Развивать Алтай
Шестую легальную игорную зону планируют открыть в России. Такой законопроект Минфина в понедельник, 22 декабря, одобрила правительственная комиссия по законопроектной деятельности. Об этом «Известиям» сообщили источники в кабмине.
Новым субъектом, на территории которого будет создана такая зона, станет Республика Алтай.
Законопроект предлагает сбалансированное развитие сложившейся модели локализации азартных игр, полагает председатель правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев.
— Это решение носит прикладной экономический характер и нацелено на создание нового центра притяжения для определенного сегмента туристов, — сказал он «Известиям».
Сейчас в России функционируют четыре игорные зоны: «Сибирская монета» в Алтайском крае, «Приморье» в Приморском крае, «Янтарная» в Калининградской области и «Красная Поляна» в Краснодарском крае. Пятая находится в Крыму, но пока проект на стадии реализации. Игорную зону «Золотой берег» сначала планировали строить в поселке городского типа Кацивели, но в 2024 году президент России подписал закон о ее переносе на место морского порта в Ялте.
Запрет на азартные игры и казино действует в России с 1 июля 2009 года. Любая игорная деятельность, проводящаяся вне официальных игорных зон (за исключением букмекерских контор, тотализаторов и лотерей), запрещена.
Основная цель законопроекта — создать дополнительный импульс для социально-экономического и туристического развития Республики Алтай, сказал Владимир Груздев.
— Запуск игорной зоны позиционируется как инструмент регионального развития, который позволит раскрыть существующий туристско-рекреационный потенциал территории, обеспечит приток инвестиций в инфраструктуру и сервис, а в долгосрочной перспективе создаст новые рабочие места и увеличит налоговые поступления в бюджет, — пояснил председатель правления АЮР.
По его словам, с правовой и экономической точек зрения законопроект — последовательный шаг в рамках действующей жесткой регуляторной модели. Он не меняет общих запретительных принципов российского законодательства, а лишь адаптирует перечень территорий под актуальные задачи регионального развития.
— Инициатива демонстрирует подход, при котором сохраняется баланс между строгим госконтролем над оборотом азартных игр и использованием этого регулирования как инструмента региональной политики, — подчеркнул Владимир Груздев.
Как развиваются игорные зоны
За последние годы действующие игорные зоны России показали стабильный рост туристической привлекательности и экономической активности, рассказали «Известиям» в пресс-службе Ассоциации операторов индустрии развлечений и событийного туризма (АИРИС). За неполный 2025 год российские игорные зоны посетили более 1,7 млн гостей, что превышает прошлогодний показатель примерно на 4%.
«Формат многофункциональных развлекательных кластеров, реализованный в таких регионах, как Сочи, Приморье, Калининградская область и Алтайский край, стал одним из факторов развития событийного туризма, формирования новых рабочих мест и поступлений в региональные бюджеты, — подчеркнули там. — Развитие сопутствующей инфраструктуры и событийной программы позволяет этим кластерам интегрироваться в туристическую экосистему регионов и формировать устойчивый поток внутренних путешественников».
Исполнительный директор АИРИС Дмитрий Анфиногенов подчеркнул, что главной задачей остается формирование прозрачного и легального образа игорной индустрии.
— Мы живем в новой реальности, где игорные зоны — это легальные туристические территории, полностью работающие в правовом поле, — сказал он. — Сегодня их посещает около 2 млн гостей ежегодно, и более 5 тыс. человек заняты в этой сфере. Мы стремимся к тому, чтобы казино воспринимались не как место риска, а как часть цивилизованного досуга, где азарт становится элементом эмоции, а не заработка.
«Известия» направили запрос в правительство Республики Алтай — об ожиданиях региона от этого проекта, требуемом объеме инвестиций и возможных сроках реализации. На момент выхода материала ответа не поступило, но в сопроводительных документах к законопроекту приводится позиция регионального правительства.
«Проект федерального закона в целом соответствует приоритетным направлениям развития Республики Алтай и документам долгосрочного стратегического развития территории, — говорится в документе. — Правительство Республики Алтай согласовывает проект федерального закона».
А в отзыве Института законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ отмечается, что «идея о создании новой игорной зоны на территории Республики Алтай может быть поддержана». В нем говорится, что реализация проекта позволит обеспечить дополнительный стимул для развития республики: увеличить туристические потоки на территорию региона, создать новые рабочие места для его жителей и таким образом способствовать преодолению дотационности субъекта федерации.
Влияют ли игорные зоны на ситуацию с лудоманией
В октябре 2025 года группа депутатов от «Единой России» внесла в Госдуму законопроект, направленный на борьбу с нелегальным рынком азартных игр — он предусматривает увеличение штрафов за рекламу онлайн-казино в 200 раз — до 500 тыс. рублей для физических лиц и до 7 млн рублей для юридических. Как отмечалось в пояснительной записке, Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования Минздрава предупреждает о неуклонном росте числа пациентов с диагнозом «Патологическое влечение к азартным играм», обращающихся за медпомощью.
Один из авторов законопроекта председатель комитета Госдумы по молодежной политике Артем Метелев отметил, что открытие еще одного региона с игровой зоной не идет в противовес системной политике, направленной на борьбу с игроманией.
— Речь идет об очень локальном туристическом продукте, за которым нужно будет поехать в республику, — сказал он. — И для раскрытия туристического потенциала это понятная практика. А мы продолжим нашу работу в целом по борьбе с лудоманией и регулированию рынка букмекерских контор.
Развитие игорных зон требует осторожной оценки именно с позиции рисков для психического здоровья, отметила нейропсихолог Мария Тодорова.
— Азартные игры не формируют зависимость сами по себе: уязвимыми оказываются люди с дефицитом устойчивых привязанностей, нарушенным чувством опоры и недостаточно сформированной саморегуляцией, — сказала она. — В таких случаях игра становится способом ухода от внутреннего напряжения, тревоги и ощущения небезопасности.
Игорная зависимость, как правило, развивается не из стремления к выигрышу, а из потребности пережить чувство вовлеченности, возбуждения и временного контроля над жизнью, пояснила эксперт.
— Для человека с нарушенными привязанностями это может быть суррогат близости и смысла, когда эмоции легче регулировать через риск, чем через отношения, — добавила психолог. — Именно поэтому игромания часто сочетается с депрессивными состояниями, эмоциональной изоляцией и трудностями в построении устойчивых социальных связей.
С экономической точки зрения развитие игорных зон в России следует рассматривать не как узкоспециализированную поддержку азартного бизнеса, а как элемент региональной инвестиционной и туристической политики, отметила управляющий партнер аналитического агентства «ВМТ Консалт» Екатерина Косарева.
— Их вклад в экономику выражается прежде всего через мультипликативный эффект: рост занятости, развитие гостиничной и транспортной инфраструктуры, увеличение внутреннего туристического потока и расширение налоговой базы по смежным отраслям, — сказала эксперт. — Прямые поступления от игорной деятельности важны, но они не становятся ключевыми: основная отдача формируется за счет сопутствующего сервиса и потребления.
Сосредоточение деятельности в специально выделенных кластерах позволяет одновременно контролировать социальные риски и стимулировать инвестиции в регионах, которые не обладают мощной промышленной базой, полагает Екатерина Косарева.
— Игорная зона в этом смысле выступает якорным проектом, вокруг которого формируется устойчивый туристический спрос и долгосрочные частные вложения, — отметила она. — Алтай занимает особое место в этой логике. Регион обладает уникальным природным и рекреационным потенциалом, но при этом испытывает ограничения по развитию капиталоемких производств.
По ее словам, размещение здесь двух игорных зон недалеко друг от друга — в Алтайском крае и Республике Алтай — объясняется стремлением усилить туристическую специализацию территории и распределить потоки между различными кластерами, ориентированными на разные категории посетителей. Одна зона интегрируется в уже сложившуюся туристическую инфраструктуру, другая — работает как точка роста для менее освоенных территорий.
— В экономическом смысле такая конфигурация позволяет сгладить сезонность, увеличить среднюю продолжительность пребывания туристов и повысить отдачу от уже вложенных государственных средств в дороги, энергетику и социальную инфраструктуру, — пояснила эксперт.
Для региона это попытка перейти от точечных проектов к более устойчивой модели роста, основанной на сервисной экономике и внутреннем спросе, что соответствует общей логике пространственного развития и диверсификации экономики, отметили эксперты.