Продолжение поста «Девушка и баран. (опять не про отношения)»

Вторая часть.

Так вот потихоньку перезимовали мы с Амкой и Беком зимку, и весной у Бека на фоне гормонов крыша поехала. Стал он к козе Амке приставать. Зайдёт сзади, и на неё прыгает. А она, не будь дура, поворачивается к нему головой и бац его рогами. У неё-то рога есть, а у Беки рогов не было. И ходит Бека целый день вся башка в крови. Только подзатянется, а и опять он к Амке лезет, и опять получает от неё.

Ну, я взяла машину, съездила на Чкаловский, и купила ему там несколько овечек. Чтобы у него была своя компания. Он овечек принял, и начала у нас жизнь налаживаться, больше к козе он не приставал.

Вообще-то за зиму он подрос, окрепчал, и стал очень красивый баран. А я научилась многому с ним: и подрезать копыта(он терпел, и прощал все ошибки, если где-то я дофига резанула, и зачастую ходил в носке с перевязкой, пока заживёт, и не сдирал повязку.) И стричь его научилась большими ножницами, без машинки, так, чтобы шерсть была одним руном, будто бы шкурку сняли. А после стрижки он был такой красивый, серебристый весь. Так-то старая шерсть сверху засаливается, и собирает пыль(поэтому барашки кажутся серыми), а на самом деле она была серебристо-белая, как снег на солнце. Он мне показал, как пасти стадо, как ухаживать, вырастил мне пастушьего щенка Дишу, я про него когда-нибудь отдельно напишу, овчарка за 500р))).

С ребятами этими, которые его тогда купили на Чкаловском, я виделась часто, и они участвовали в его жизни ещё один раз. Когда у меня овца провалилась в канализационный люк, они её доставали, а Бек был рядом, и смотрел. На них не бросался. Он простил им всё. Он вообще был очень добродушным, незлобливым животным. Даже когда у козы родились козлята, он подошёл, их понюхал, и принял, как своих. Водил их. Хотя это не были его - я козу специально к козлу возила, покрывать. При нем подросла моя дочка, и на нем же училась сама стадо пасти, и управлять животными, и потом гоняла со мной даже 42 головы быков и не боялась.

И вот пришла пора нам покидать Балашиху, и переезжать во Владимирскую область. А у нас был автоприцеп. Бека, и две овцы мы разместили в автоприцепе. А козу посадили в салон на заднее сиденье, и накрыли одеялом. И поехали.

И уже на въезде во Владимир, около поста ГАИ нас остановили ДПСники. Долго разговаривал ДПСник с моим мужем, проверил все документы, и на машину, и на прицеп, а я стояла рядом, и смотрела, как шевелится тент от прицепа, оттого, что животные там двигались, но баранов в нем гаишник так и не заметил. И козу в одеяле на заднем сиденье тоже не заметил. Хотя дочку в детском кресле через окошко увидел, что она там пристегнутая спит, и одеялком вместе с козой прикрыта, а то что козья морда у неё на коленках легла, он не увидел, ну может быть подумал, что собака такая, их же каких только не бывает.

И так мы приехали в Лемешки уже ночью. Выгрузили овец из прицепа, а когда стали выгружать козу, то она сломала себе переднюю ногу, когда неудачно прыгнула из машины. И пришлось мне до утра её лечить, мотать ей гипс, благо он был у меня, а вместо бинтов марли и тряпки взяла. Марли вниз, а тряпки уже поверх, для прочности. Ну, два бинта, если честно, у мужа из автооптечки слямзила, у него была старого образца, там было два бинта.

В результате, все овцы ходили пастись, а коза стояла или лежала на куче песка около дома, и я ей туда траву и ветки таскала. А Бека периодически сваливал с пастбища, и бегал её проверять, навещать. Прибежит, понюхает её, что она тут, и бегом обратно к овцам на лужайку. И так несколько раз в день. А около козы дочка моя из песка куличики лепила. Так что козе скучно не было. Дочка моя её даже закапывала в песок по самую шею.

А я как раз в это время на ферму устроилась работать, и познакомилась там с теперешней моей подругой, ветврачом Тамарой Васильевной, она меня и взяла на работу, потому что у меня была коза в гипсе, и она видела, как я из леса на своём горбу ей веточки таскаю повкуснее, целую вязанку. И мимо этой козы со сломанной ногой ходила на ферму работать, и оказывается, останавливалась около неё, и смотрела, как нога заживает, и даже ей колола какие-то уколы, глюконат кальция что-ли, а я даже не знала об этом тогда, только недавно узнала, она проговорилась. Она подумала, когда принимала решение, взять ли меня на работу: козу жалеет, и коров на ферме будет жалеть. Так и было.

Так что всё в моей жизни настолько взаимосвязано, что когда я оглядываюсь назад, мне страшно становится. Ведь если бы коза не сломала ногу, навряд ли бы меня без прописки, без всего, взяли бы работать, и тогда я б не подружилась никогда с Тамарой Васильевной, которая теперь как мама, к ней с любой бедой бегу, и всё можно рассказать, она и поругает, и посмеется, и посоветует дельное. А к родной маме я не могу с бедой пойти, только с хорошим надо, с победами. Больная, неудачливая - я ничего, кроме негатива, не услышу. Услышу только : "Яжтибеговорила!" Не, с бедой, это только к Васильевне бежать.

Продолжение следует)