Ересь стригольников: первое протестантское движение на Руси

Ересь стригольников: первое протестантское движение на Руси?

Знаете, что на Руси за полтора века до Мартина Лютера уже были свои «протестанты»? Да-да, не удивляйтесь. В тихом, но деловом Новгороде XIV века возникло движение, которое потрясло основы церкви. Его сторонников прозвали «стригольниками». От слова «стричь» — по одной из версий, многие из них были ремесленниками, теми самыми цирюльниками. Но стригли они не только волосы, а и церковные догмы под корень.

Кто они такие и что не поделили с церковью?

Всё началось, как водится, с денег. Новгород был богатым торговым городом, и церковь здесь тоже вела дела активно — брала плату за обряды, продавала высокие должности. Стригольникам это претило. Они задавали простые, но неудобные вопросы: зачем платить за поставление в священники, если благодать от Бога дается даром? Если иерарх живёт в роскоши и грехе — обладает ли он духовной силой? Их ответ был резок: такой священник — не настоящий, а его таинства — пустышка.

По сути, стригольники объявили: между человеком и Богом не должно быть посредников, тем более корыстных. Священником, считали они, может быть любой праведно живущий мирянин. Библию нужно понимать своим умом, а не слепо верить тому, кто в рясе. Звучит знакомо, правда? Прямо эхо будущей Реформации.

Не просто бунт, а система взглядов

Их учение было удивительно цельным для того времени. Они отвергали церковный суд, монашество, поминовение усопших за плату — видели в этом пустой обряд, не связанный с искренней верой. Главным делали личную нравственность, честный труд и прямое обращение к Богу через молитву и совесть.

И что важно — это не были безграмотные бунтари. Среди них были и дьяконы, и купцы, и те самые грамотные ремесленники. Их идеи находили отклик у горожан, уставших от обрядоверия и жаждущих настоящего, простого смысла.

Чем всё закончилось и почему это важно?

Церковь и власти, разумеется, не стерпели такого вольнодумства. Стригольников обвинили в ереси, преследовали, казнили — сбрасывали с моста в Волхов. К концу XV века движение было жестоко подавлено.

Но зерно сомнения и мысли было брошено. Их идеи не исчезли бесследно. Многие вопросы, поднятые стригольниками, позже отозвались в спорах нестяжателей, а потом и в старообрядческом расколе. Они первыми на Руси попытались очистить веру от «накипи» формализма и симонии, поставив во главу угла искренность, а не обряд.

Так были ли они первыми русскими протестантами? Строго по учебнику — нет, это было свое, доморощенное явление. Но дух их протеста, жажда веры без надстройки из золота и власти — удивительно схож с тем, что позже перевернул Европу. Они напоминают нам, что поиск духовной искренности, борьба за чистоту веры — это история, которая повторяется. Просто кто-то начинает её, рискуя всем, в тихом Новгороде, а кто-то — прибивая тезисы к дверям церкви в Виттенберге. Суть-то одна.