Ну, значит, дело было в пятом классе. А у нас тогда учительница пения появилась - Мария Степановна, дама строгая, с голосом, как труба иерихонская. Любила она, чтобы все хором, дружно, с чувством пели. А я, признаться, к пению способности не имел. То есть совсем. Мама говорила, что я "пою, как мартовский кот", а папа добавлял, что "молчание - золото".
И вот однажды Мария Степановна решила устроить смотр талантов. Вызывает по одному к роялю и заставляет спеть сольно. Я сижу, дрожу, как лист на ветру, и молюсь про себя: "Только не меня, только не меня!"
А она, будто назло, пальцем в меня тычет:
- Иванов! Выходи, покажи нам своё искусство!
Я выхожу, ноги ватные, в горле ком. Мария Степановна бьёт по клавишам, выдаёт мне ноту. Я открываю рот… и из меня вырывается нечто среднее между кошачьим воем и скрипом несмазанной двери.
Весь класс - в хохот. Кто‑то в голос, кто‑то в кулак, а кто и под парту сполз от смеха. Я стою красный, как варёный рак, и не знаю, куда провалиться.
Мария Степановна морщится, как от кислого лимона, и говорит:
- Ну, Иванов, ты… э‑э‑э… оригинально подходишь к музыке. Садись. Ноты тебе пока не даются, зато актёрский талант налицо!
Я плюхаюсь на место, а сосед по парте, Витька, шепчет:
- Ну ты даёшь! Я думал, ты сейчас окно выбьешь этим воплем!
На следующий день вся школа знала, что я - "певец‑террорист"». Меня окликали: "Эй, соловей!", а на доске в раздевалке кто‑то нарисовал облезлого кота с подписью "Иванов на уроке пения".
Но самое смешное началось через неделю. Мария Степановна вдруг вызывает меня снова:
- Иванов, у меня к тебе предложение. Мы готовим сценку на праздник осени, и там нужен персонаж - леший, который страшно воет в лесу. Ты идеально подойдёшь!
Я сначала в шоке: "Меня? На сцену?!" А потом думаю: а почему бы и нет? Раз уж я так "пою", пусть хоть польза будет.
В итоге на празднике я так завывал в кустах, что малыши в первом ряду аж пригибались от страха. А Мария Степановна потом сказала:
- Вот видишь, Иванов, у каждого свой талант. Ты не певец - ты артист!
Так я из "позорного солиста" превратился в "страшного лешего". И знаете, даже гордился этим. Потому что, как говорится, если не можешь быть лучшим - будь запоминающимся!