Ранним утром 23 сентября 2015 года на тихой окраине деревни Спасс в Торжокском районе Тверской области было обнаружено тело депутата Законодательного собрания региона Николая Ивановича Попова. Он лежал у своего автомобиля. Преступник застрелил народного избранника, который также был известен как успешный руководитель крупного колхоза.
Резонансное преступление сразу же взяло под контроль СК РФ по Тверской области. Было возбуждено уголовное дело по статьям «убийство» и «незаконный оборот оружия».
Учитывая статус потерпевшего, расследованию было уделено особое внимание. Уже через несколько часов после обнаружения тела в Тверскую область для оказания методической помощи прибыли криминалисты из федерального центра.
Первые версии: Отчаяние или бизнес-интересы?
Вечером того же дня, 23 сентября, следователи обозначили приоритетное направление работы. Основной версией убийства стала жесткая кадровая политика, которую Николай Попов проводил на посту председателя колхоза «Мир». Эта версия активно обсуждалась среди местных жителей и колхозников.
– Рассказывали, что некоторое время назад Николай Иванович принял на работу в хозяйство несколько семей. И даже выделил им жильё. Но через какое-то время люди стали подрабатывать кем-то в Москве, – так передавали суть местные жители.
Естественно, руководитель предприятия не стал мириться с таким положением дел и потребовал освободить служебное жилье, чтобы заселить туда более добросовестных работников. Следователи предполагали, что один из тех, кого должны были выселить, мог пойти на отчаянный шаг. Особенно если у него была семья, дети, и он не хотел терять доход в столице, одновременно лишаясь крыши над головой в деревне.
Тем более, что совершить преступление было относительно несложно. Распорядок дня председателя не был секретом: охраны у Попова не было, в 6:15 утра он всегда был на работе и обычно ездил одним и тем же маршрутом.
Параллельно с первой версией рассматривалась и вторая, связанная с бизнес-интересами. Колхоз «Мир» был крупным и процветающим хозяйством. Многие колхозники открыто говорили, что кому-то мог быть выгоден его развал или ослабление.
Предприятие владело более чем 4000 гектарами сельхозугодий, содержало 3000 голов крупного рогатого скота, включая племенное стадо. Молочное производство показывало высокие надои – более 5000 литров на корову. Кроме того, хозяйство занималось семеноводством, выращивая элитные сорта зерновых.
Однако эксперты сомневались, что можно было просто завладеть таким сложным активом. Для его успешного управления требовались глубокие знания и опыт, которыми в полной мере обладал только Николай Попов. Более вероятной целью могли быть земли.
Но, как отмечали аналитики, времена 90-х годов, когда можно было силовым давлением заставить колхозников продавать паи, прошли. Процесс перевода земель сельхозназначения в другие категории и их последующей продажи стал куда сложнее.
День траура в колхозе «Мир»
25 сентября 2015 года в колхозе «Мир» Торжокского района был объявлен день траура. Впервые за много лет никто из работников не вышел на поля и фермы. Даже школьников отпустили с занятий раньше. Проститься со своим Председателем, как его называли с большой буквы, пришли все – от пожилых жителей до молодых семей.
Друг покойного, помощник главы Торжокского района на общественных началах Вадим Максимов, делился своими воспоминаниями и эмоциями:
– Он очень любил землю. А как он радовался в последние дни – хорошей погоде, огромному урожаю, своему предстоящему юбилею, к которому мы все готовились. Я считаю, мы вправе потребовать от правоохранительных органов тщательного расследования этого гнусного преступления. Не должны негодяи ходить по нашей земле!
«Простите, что не смогли вас спасти»
На церемонии прощания от имени правительства Тверской области и губернатора выступил первый заместитель председателя правительства области Сергей Дудукин. В своей речи он отметил:
– Николая Ивановича я знал четыре года. Его потерял не только колхоз, но и вся область. Он не только защищал село, он думал о всём регионе. Простите, Николай Иванович, что не смогли вас защитить. Раньше мы знали, что есть вы, а значит всё в жизни просто и стабильно. Теперь это не так.
Трагическую символику событиям придавал один факт из прошлого. За три года до гибели Николай Попов увидел в кабине трактора у одного из рабочих табличку с надписью «Умру за село!»
Он попросил отдать ему эту табличку. С тех пор она стояла на подоконнике в его личном кабинете. Эти же слова он использовал как девиз одной из своих предвыборных кампаний. Фраза, к сожалению, оказалась роковой.
Раскрытие преступления: «До конца не верю, что это может быть он»
На десятый день после убийства, в начале октября 2015 года, СК РФ по Тверской области сделало заявление: убийство депутата и председателя колхоза раскрыто. Подозреваемым оказался 64-летний Михаил Голубев.
Старший помощник руководителя следственного управления Валерия Павлова в комментарии для «Комсомольской правды» рассказывал:
– Установлено, что стрелявший сумел незаметно сесть в его машину на заднее сиденье, когда Попов закрывал ворота у своего дома. Когда автомобиль отъехал от дома, подозреваемый произвел в жертву выстрел из гладкоствольного обреза.
На первых допросах задержанный сообщил, что совершил преступление на почве личных неприязненных отношений, сложившихся с Николаем Поповым за время совместной работы. Конкретные причины он поначалу не называл.
Как выяснилось, убийцей оказался бывший агроном колхоза «Мир». По информации людей, близко знавших обоих, они много лет работали плечом к плечу. Затем Голубев уволился из колхоза и устроился лесничим, где и проработал около трех лет. Что происходило между бывшими коллегами в этот период, было неясно, но известно, что в последнее время Голубев пытался вернуться на работу в колхоз. Попов ему в этом отказывал.
Один из местных фермеров, хорошо знавший обоих мужчин, выразил недоумение в разговоре с журналистом:
– До конца не верю, что это может быть он. Да, был конфликт. Да, их пути разошлись. Но в разговоре с ним никакой агрессии в отношении Попова я никогда не наблюдал.
Собеседник также привел красноречивую деталь:
– В день убийства я как раз ему позвонил. Он был расстроен наряду со всеми. Сказал мне: «Мы сами в шоке. Ничего не понимаем». Да и в день похорон он стоял у гроба в карауле с повязкой. Лично мне странно, что на него вышли.
«Я взял обрез, чтобы заставить его говорить»
В итоге, в ходе дальнейшего следствия, Михаил Голубев дал более подробные показания. Он подтвердил, что хотел вернуться в колхоз, но встречал постоянный отказ со стороны Попова. Именно это, по его словам, и стало мотивом для рокового поступка.
В интервью порталу Tverigrad Голубев рассказал:
– Я хотел восстановиться. А он и разговаривать со мной не хотел. Я взял обрез, чтобы заставить его говорить. Хотел восстановиться на работе.
Оказалось, что Михаил Голубев проработал агрономом в колхозе «Мир» 35 лет и пользовался уважением. Уволился он по собственному желанию из-за болезни жены, его никто не принуждал.
Спустя год он решил вернуться, но Николай Попов не поддержал эту идею. По версии следствия, многократные отказы и накопившаяся обида в итоге вылились в план мести, реализованный утром 23 сентября.
«Он – оборотень!»
На судебных заседаниях Михаил Голубев вел себя сдержанно, часто молчал, стоял, накинув капюшон спортивной куртки на голову. В своем последнем слове он заявил:
– Люди добрые, если можете – простите.
Приговор был оглашен 11 февраля 2016 года Тверским областным судом. Прокурор просил назначить Голубеву 13 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Однако суд счел возможным смягчить наказание. Окончательная мера составила 9 лет колонии строгого режима. Помимо этого, суд удовлетворил гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 800 тысяч рублей в пользу семьи погибшего.
Решение суда не всеми было воспринято как однозначно справедливое. После того, как Голубева увели из зала, среди собравшихся жителей поселка, где жил и работал Николай Попов, звучали возмущенные реплики о том, что наказание слишком мягкое.
Особенно эмоционально высказался друг и бывший заместитель Николая Попова Алексей Вервейко:
– Он как киллер, маньяки так не поступают, уходят от своих жертв, а этот даже на похороны пришел, у гроба стоял, осуждал того, кто убил председателя, слезу ронял. Не человек он – оборотень!
По материалам «КП»-Тверь