Я не собирался оставаться там на ночь.
Это важно сразу сказать.
Мы с другом просто поехали на рыбалку — обычный выезд, километров сорок от города, глухое место у старого лесного озера. Навигатор вёл уверенно, дорога была накатанная, даже следы свежие — значит, кто-то сюда ездит.
Только вот в последней деревне, через которую мы проезжали, на нас смотрели странно. Не враждебно — скорее с жалостью. Один дед даже махнул рукой и сказал:
— До темна вернётесь — хорошо.
Тогда мы не придали этому значения.
Друг уехал раньше — срочный звонок, работа. Я остался один. Решил переночевать: палатка есть, погода тёплая, место красивое. Лес стоял плотный, тёмный, но спокойный. Ни ветра, ни птиц — странно тихо, но я списал это на вечер.
Костёр горел ровно. Телефон ловил одну палку, но интернет был. Я даже выложил фото в чат: «Нашёл шикарное место, завтра покажу».
Примерно в десять вечера я понял, что тишина стала неправильной.
Не просто отсутствие звуков — а будто кто-то выключил фон. Ни сверчков, ни далёких машин, ни шорохов. Даже костёр трещал глухо, как под одеялом.
И тогда из леса кто-то шагнул.
Не вышел — именно шагнул. Один шаг. Потом второй. Медленно, будто пробуя землю. Я замер, свет фонаря выхватил стволы, кусты… и ничего.
— Эй? — сказал я вслух. Голос прозвучал чужим.
Ответа не было.
Зато шаги продолжились. Они не приближались. Они ходили кругом.
Я сидел у костра и вдруг отчётливо понял: тот, кто там, знает, где я. Ему не нужно выходить на свет.
Когда шаги остановились, стало ещё хуже.
Потом раздался голос.
Точный, спокойный, почти мой:
— Ты здесь один?
У меня похолодели руки. Голос шёл из-за спины, оттуда, где начинался тёмный коридор между деревьями. Я не оборачивался. Почему-то был уверен — нельзя.
— Я спрашиваю, — повторил голос, — ты один?
Я не ответил. Просто сидел, уставившись в огонь. Тогда кто-то тихо усмехнулся. Не злобно. Скорее… понимающе.
— Жаль.
После этого костёр погас. Сам. Без ветра.
Я вскочил, включил фонарь — и увидел следы.
Они начинались у самой кромки света. Босые. Нечёткие. Слишком длинные, будто ноги сгибались не там, где должны.
Следы шли к моей палатке.
Я не собирал вещи. Не тушил ничего. Просто побежал к машине, спотыкаясь, царапаясь, слыша за спиной шаги — уже быстрые, но всё ещё не догоняющие.
Машина завелась не с первого раза. Когда двигатель наконец взревел, в зеркале заднего вида я увидел силуэт между деревьями. Он не бежал. Он смотрел, как я уезжаю.
На выезде из леса стоял тот самый дед. Будто ждал.
Он посмотрел на меня, потом на пустой багажник и сказал:
— Значит, отпустило.
Я хотел спросить — кого? что?
Но он уже отвернулся.
Прошло полгода. Других историй я не рассказываю. Но иногда ночью мне снится лес — и голос, который спокойно спрашивает:
«Ты здесь один?»
И каждый раз во сне я не знаю, что ответить.