В парикмахерской я чётко озвучила свои пожелания: «Я бы хотела уйти от желтизны волос, и сделать холодный блонд. И еще слегка подравнять волосы, буквально на один-два сантиметра.» «Поняла, сделаю»- энергично отрапортовала мастер.
И сделала. Прежде всего, она подняла все мои волосы вверх, и бодро отстригла сантиметров десять. «А можно было поменьше отстричь?»-робко спросила я, понимая, что волосы уже не приклеить. «Нет, не получится, технология такая»- отчеканила мастер. А затем, приступила к окраске. После окончания всех манипуляций, мои волосы оказались цвета пшенной каши с тыквой. Я не ушла от желтизны волос, а пришла к ней, в её самом сочном проявлении. Скандалить было бесполезно. Мне хотелось только одного- поскорее покинуть это опасное место.
«Отлично! То, что я и хотела- успокаивала я себя, выходя из парикмахерской- правда, с точностью, до наоборот!»
Сокрушаться о желтом цвете волос мне долго не пришлось. Потому что, он, вдруг, стал мутировать в зеленый. И это стало проблемой поважнее. Вначале, это был слегка заметный зеленоватый оттенок. А затем, каждый день стал дарить мне сюрпризы. Из цвета горохового супа волосы плавно перешли в тон болотного мха. И было совершенно ясно, что останавливаться на этом цвет не собирается. Не дожидаясь, пока голова станет похожа на малахитовое яйцо Фаберже, я понеслась в другую парикмахерскую- перекрашиваться.
Новый мастер задумчиво посмотрел на меня, и задал только один вопрос: «Скажите, как долго Вы терпели этот цвет?»
«Месяц»- ответила я. А про себя продолжила: «Пока не поняла, что на Новый год ёлку можно будет не покупать. Зелёной красавицей в этот раз буду я.»
Екатерина Полякова