К сожалению, мы не можем попасть в прошлое и увидеть своими глазами события ушедших эпох. Мы – очевидцы только своей современности, тех событий, которые застали сами. Поэтому, заводя разговор об истории, закономерно обнаруживаем: «вопросов больше, чем ответов». И еще больше вопросов (а вместе с ними и интереса) вызывают «дискуссионные моменты» - те исторические события, что со временем стали окутаны множеством мнений, догадок, легенд, смотря через которые уже не отличить: где здесь миф, а где реальность? Одним из таких событий стало Великое посольство Петра I в Европу, породившее известнейший слух: «А не произошла ли подмена Царя в иностранных землях?». Давайте разбираться.
Версии подмены Петра I
Начнем издалека. Стоит заметить, что Петр Алексеевич в целом являлся фигурой неоднозначной. Подобные легенды о "подмене" царя стали появляться еще до его дипломатической миссии в Европу. Например, по одной из версий, немцы хитростью подменили младенца (настоящего Петра I) на «немчонка» из Немецкой слободы. Более того, бытовало мнение, будто сама царица Наталья Кирилловна родила девочку и, опасаясь гнева мужа, осуществила эту подмену. Даже передавали, будто перед смертью она призналась Петру: «Ты не сын мой, ты подменный». Другая же легенда гласила о том, что истинным отцом Петра являлся швейцарец Франц Лефорт. Этим якобы объяснялись его небывалая близость к царю, высокие чины и последующая возможность лично возглавить Великое Посольство.
Доказательства этих слухов для простого человека были очевидны: царь благоволит немцам - значит и сам немецкой породы. Его будущие нововведения: бритьё бород, иноземное платье, женитьба на протестантке Марте Скавронской - ломали весь привычный, «праведный» уклад жизни и воспринимались как кощунство, что, несомненно, подпитывало почву для укоренения подобных легенд.
Но, безусловно, самый популярный миф был связан с поездкой в Европу. После возвращения Петра из Посольства с новой силой поползли слухи о том, что «нашего царя в немецком государстве оставили, а вместо ево подменили». В более изощрённых вариантах настоящего Петра заключили в темницу шведской королевы Христины, а в Россию прислали «самозванца-немца». И это не случайно: ведь Швеция на тот момент являлась главным геополитическим противником России. Потому народ и проводил простую логическую параллель: враги не могли отпустить сильного царя, его обязательно должны были устранить или обмануть.
Позднее, уже в XIX веке, появляется еще одна версия легенды: будто бы настоящего Петра I тайно заключили в Бастилию (французская крепость), где он стал знаменитым узником в «Железной маске». И правда, даты пребывания Петра в Европе (1697-1698 гг.) и узника в маске (арестован в 1669/1670 гг., умер в 1703 г.) примерно совпадают - и этого оказалось достаточно, чтобы объявить Петра и "Маску" одним лицом. Сам факт подмены объяснялся сговором европейских элит для возможности будущего контроля России.
Итак, миф о подменённом царе оказался удивительно гибким и живучим. Он эволюционировал вместе с царствованием Петра, предлагая всё новые объяснения его неординарной личности и радикальных поступков - от тайны рождения и иностранного происхождения до масштабного заговора европейских держав с жестоким удержанием в Бастилии.
Почва для формирования мифа
Ни один миф не живет без почвы, в которой рождается и развивается. В данном случае, такой "почвой" выступало само российское общество XVII-XVIII вв., абсолютно не готовое к новаторским реформам Петра. Еще В.О. Ключевский определял основную причину рождения слухов: "Пётр был странным царём". Если прежние монархи правили отстранённо, сохраняя явственную дистанцию между собой и народом, то Петр стал полной противоположностью прежнему устоявшемуся образу - он "спустился к людям", работал руками, ругался и пил с солдатами. Это ломало сакральный образ царя-помазанника. Негативно воспринималась и насильственная ломка быта: под реформы попали многие сферы жизни - от покроя кафтана и длины бород до семейного уклада (развод Петра с царицей, женитьба на будущей Екатерине II). Это воспринималось не как политика, а как покушение на «праведную жизнь».
Отдельно стоит отметить пропасть между целями петровских преобразований и их абсолютным непониманием простыми людьми. Построение современной сильной армии, борьба за выход к морям, развитие промышленности - все это было абсолютно неясно и неважно для большинства. Куда очевиднее были последствия: рост налогов, рекрутские наборы, усиление крепостного права - все это ощущал на себе каждый из поданных государя. Но если раньше в народном сознании виноватыми были бояре, которые скрывают правду от доброго царя и сами творят бесчинства, то теперь царь действовал открыто и сам ужесточал повинности. И здесь, объясняя подобную политику, люди вновь сходились к единой и простой мысли: если действия царя причиняют страдания и непонятны — значит, он ненастоящий царь.
Своего рода триггером в сложившейся ситуации и стало Великое посольство. Мало того, что Царь осуществлял данную миссию инкогнито (под ненастоящим именем «Петра Михайлова»), так еще длительное время находился в иноверческих странах, что с точки зрения православного человека, было просто опасно для души.
Почему данный миф не выдерживает критики?
Современная историческая наука не признает факт подмены Петра I в ходе Великого Посольства, хотя до сих пор существуют многообразные конспирологические теории. Но в любом дискуссионном вопросе стоит, прежде всего, опираться на факты и прямые свидетельства тех лет, а их имеется достаточно.
Во-первых было слишком много свидетелей. Великое посольство являлось не "тайная вылазкой", а полноценной экспедицией в европейские страны, в ходе которой царя сопровождала свита из 250 человек, включая десятки приближённых - тех, которые знали Петра в лицо. Если и допустить факт подмены государя, в таком случае всплывает вопрос: "как подменить и всех остальных?", что, в свою очередь, было просто физически невозможно. Кроме того, от других участников Посольства остались письма, дневники, отчёты, в которых подробно зафиксирован ход дипломатической миссии. Сейчас они хранятся в архивах.
Во-вторых в 2022 году Следственный комитет РФ провёл криминалистическую экспертизу автографов Петра I. По результатам данной экспертизы было выявлено, что рукописные тексты в документах и заметках, сделанные до, во время и после Великого посольства, принадлежат одному человеку - то есть Петру Алексеевичу. Данный аргумент полностью исключает возможность "подмены" царя, так как в ином случае стали бы очевидными и отличия в его почерке, даже самые незаметные, как показывает практика почерковедческой экспертизы. Поскольку почерк является сложнейшим психомоторным навыком - его практически невозможно полностью скопировать и стабильно воспроизводить десятилетиями, имитируя все особенности нажима, связки букв, росчерков и т.д.
Кроме того, Петр привез из Европы не просто «идеи», а конкретные профессиональные навыки, которые тут же начал применять. Стоит отметить, что до поездки он уже был опытным плотником и корабелом - в европейских странах он углублял эти знания, работая на верфях, изучая теорию кораблестроения. После возвращения он лично проектировал и спускал на воду корабли. Здесь справедливо будет предположить, что самозванец не смог бы сходу поддержать прежний уровень профессионализма и энтузиазма, свойственный царю как до Посольства, так и после его окончания.
Стоит отметить еще одну интересную деталь, на которую часто ссылаются сами конспирологи - наличие «припадков» у Петра и их появление якобы после возвращения. Однако исторические источники фиксируют сильные головные боли, судороги и потерю сознания у Петра ещё в 1690-х годах, то есть до Посольства. Вероятно, это была эпилепсия или последствия тяжелого детства (испуги во время стрелецких бунтов). Болезнь действительно прогрессировала с возрастом на фоне различных нагрузок. Однако это не являлось свидетельством подмены, а наоборот говорило о наличии хронического заболевания, которое, вероятно, с течением времени закономерно усугублялось.
Таким образом, почва для мифа была подготовлена одновременным существованием нескольких факторов:
- Крушением сакрального образа монарха;
- Ломкой традиционного уклада жизни и прежней идентичности;
- Непониманием целей реформ на фоне их болезненных последствий;
- Резким увеличением гнёта, ассоциирующимся непосредственно с волей царя.
Так, миф о подмене становится своеобразным «народным защитным механизмом». Он позволяет объяснить необъяснимое, сохранив в целости картину мира, где настоящий, добрый царь где-то существует, а значит, есть надежда на возвращение к «старине и правде». Это была не просто легенда, а форма сопротивления стремительной и жестокой модернизации, навязанной сверху, которая со временем приобрела еще больше версий, став настоящей конспирологической теорией.