Я стояла на пороге своей квартиры и смотрела, как свекровь меряет шагами мою гостиную, постукивая рулеткой по ладони.
— Вот сюда диван поставим, — бормотала она себе под нос. — А тут стол раздвижной. Поместится человек двенадцать, не меньше.
— Галина Петровна, что вы делаете?
Она обернулась, улыбнулась.
— О, Надюша! Как раз вовремя. Помоги мне замерить — вот здесь для шкафа место есть?
У меня похолодело внутри.
— Для какого шкафа?
— Ну как для какого? Мы же с вами на Новый год тут собираемся! Вся семья! — свекровь махнула рукой, будто это само собой разумелось. — Я уже всем сказала — тридцать первого идём к Игорю с Надей. У них квартира самая просторная.
Я поставила сумку с продуктами на пол.
— Галина Петровна, мы с Игорем ничего не планировали на Новый год.
— Как не планировали? — она удивлённо подняла брови. — Вы же семья! Конечно, вместе должны праздновать!
— Мы хотели встретить вдвоём...
— Вдвоём? — свекровь фыркнула. — Что за глупости! Новый год — семейный праздник! Уже всем сказала — моей сестре Зое с мужем, племяннице Оле, Игорёву двоюродному брату Максиму. Человек десять наберётся, не меньше.
Я почувствовала, как руки начинают дрожать.
— Галина Петровна, это наша квартира. Вы не можете просто взять и пригласить сюда кого хотите!
Лицо свекрови стало каменным.
— Не могу? Игорь — мой сын. Его квартира — значит, и моя тоже.
— Это не работает так...
— А как работает? — она подошла ближе. — Надюша, я вижу, ты совсем границы потеряла. Свекровь в дом пустить — это святое! А ты мне указываешь!
Входная дверь открылась — вернулся Игорь. Увидел нас, замер.
— Мам? Надя? Что случилось?
— Ничего не случилось, — Галина Петровна натянуто улыбнулась. — Я просто померить пришла, как мебель лучше расставить к празднику.
Игорь посмотрел на меня. Я молча прошла на кухню.
Слышала, как они разговаривают в коридоре — свекровь что-то быстро говорила, Игорь односложно отвечал. Потом хлопнула входная дверь.
Игорь появился на кухне.
— Надь, не обижайся на маму. Она просто хотела помочь...
— Помочь? — я резко обернулась. — Игорь, она пришла сюда без предупреждения, начала мерять комнаты и объявила, что пригласила сюда десять человек на Новый год!
— Ну... семья же...
— Семья — это мы с тобой! — я почувствовала, как голос срывается. — Мы планировали встретить праздник вдвоём! Первый раз за четыре года брака!
— Надь, ну подожди...
— Нет! Я устала, Игорь! Каждый праздник одно и то же! Твоя мать приходит, всем командует, приводит кого хочет!
Игорь отвёл взгляд.
— Она одна живёт. Ей грустно.
— А мне не грустно? Когда каждый Новый год я сижу с твоими родственниками, которых еле знаю?
— Надя, это моя семья!
— А я что, не семья? — я схватила сумку. — Знаешь что, делай как хочешь. Зови кого хочешь. А я на Новый год буду у мамы.
— Надя, стой!
Но я уже вышла. Хлопнула дверью. Спустилась по лестнице, вызвала такси.
У мамы я проплакала весь вечер.
— Доченька, — мама гладила меня по голове, — может, стоит поговорить с Игорем? Спокойно?
— Говорила уже. Сто раз. Он всегда на её стороне.
— Тогда поставь условие.
— Какое?
— Либо он меняется, либо ты уходишь.
Я посмотрела на маму.
— Страшно.
— Знаю. Но терпеть вечно тоже нельзя.
На следующий день Игорь приехал. Принёс цветы.
— Надь, прости. Я не хотел тебя расстраивать.
— Игорь, я не могу так больше. Твоя мама лезет в каждую щель нашей жизни.
— Я поговорю с ней.
— Ты говорил уже. Ничего не меняется.
Он опустил голову.
— Надь, вернёшься?
Я помолчала.
— Только если ты скажешь маме — на Новый год мы будем вдвоём. Никаких гостей.
— Но она уже всех пригласила...
— Тогда пусть отменяет.
Игорь кивнул.
— Хорошо. Скажу.
Я вернулась домой на следующий день. Игорь обещал поговорить со свекровью.
Двадцать девятого декабря вечером позвонила Галина Петровна.
— Надюша, я тут подумала. Может, правда не стоит всех звать? Давайте встретим втроём — я, ты и Игорь?
Я сжала телефон.
— Галина Петровна, мы с Игорем хотим вдвоём.
— Вдвоём? — голос свекрови стал холодным. — То есть я, мать, лишняя?
— Мы просто хотим побыть одни...
— Понятно. Значит, так. — Она повесила трубку.
Игорь вечером выглядел виноватым.
— Мама обиделась.
— Знаю. Она мне звонила.
— Может, правда позовём её? Хотя бы на час?
— Игорь! Ты обещал!
— Я знаю, но ей так плохо...
Я встала, прошла в спальню. Начала собирать вещи.
— Ты что делаешь?
— Уезжаю. К маме. До Нового года.
— Надя, не надо...
— Игорь, я устала быть на втором месте. После твоей мамы.
Он стоял в дверях, не зная, что сказать.
— Когда решишь выбрать — позвони.
Я уехала. У мамы было спокойно. Мы готовили, украшали ёлку, смотрели фильмы.
Тридцать первого декабря в десять вечера позвонил Игорь.
— Надь, можно я приеду?
— А мама?
— Она у тёти Зои. Я ей сказал, что еду к тебе.
— И она отпустила?
— Нет. Кричала, что я её предаю. Но я всё равно еду.
Через час он был у нас. Мама открыла дверь, впустила его.
Мы сидели на кухне, пили чай.
— Надь, прости меня. Я понял — ты права. Мама действительно залезла во все углы нашей жизни.
— И что ты сделаешь?
— Установлю границы. Скажу ей — она не может приходить без предупреждения. Не может решать за нас.
— А если она не согласится?
— Тогда буду видеться с ней отдельно. Но наш дом — это наша территория.
Я взяла его за руку.
— Правда?
— Правда. Надь, я хочу жить с тобой. Нормально. Без постоянного вмешательства.
Мы встретили Новый год втроём — я, Игорь и мама. Было тихо, спокойно, хорошо.
Утром первого января Игорь позвонил Галине Петровне.
— Мам, нам надо поговорить.
Он объяснил ей всё. Про границы, про уважение, про то, что у них с Надей своя жизнь.
Свекровь молчала. Потом тихо сказала:
— Значит, я больше не нужна.
— Нужна, мам. Но по-другому.
Повесила трубку. Не звонила неделю.
Потом позвонила сама.
— Игорь, я подумала. Попробую. Только обещай — не забудешь меня.
— Не забуду, мам.
Прошло три месяца. Галина Петровна изменилась. Звонила перед визитом. Не приводила гостей без спроса. Даже извинилась передо мной.
— Надя, прости. Я не понимала, что так себя вела.
Мы помирились. Не стали лучшими подругами, но научились уважать границы друг друга.
А Игорь... Игорь научился делать выбор. В мою пользу.