Данила познакомился с Нонной на одном курсе медицинского института. Сначала просто общались. Потом она его попросила помочь в учёбе. Через несколько дней Данила спросил у Нонны:
— Как ты собираешься стать врачом, если ни бум-бум?
— А я и не собираюсь, Даня. Диплом мне нужен для престижа.
— А как сюда поступила?
— Так не я, а деньги папы. Откажется от меня, если диплом не получу. Такое его условие. Надежда только на тебя, Данька.
— Нонна, а кто у тебя папа?
— У него своя клиника в Саранске. Но я туда не вернусь.
***
На пятом курсе у Данилы с Нонной начались близкие отношения в квартире, которую ей купил отец. Нонна забеременела, и они с Данилой подали заявление в ЗАГС. Бракосочетание им назначили через неделю после вручения дипломов.
Накануне свадьбы Даниле пришло сообщение от Нонны: «Меня не ищи. Я вышла замуж за влиятельного человека и шикарно устроила свою жизнь. Я тебя до сих пор люблю, но ты для меня неперспективный. Достигнешь нужного мне уровня, тогда и поговорим. Ты москвич, но не из той семьи. Нас уже ничего не связывает. Я сделала аборт».
ПРОШЛО НЕСКОЛЬКО ЛЕТ.
Данила — хирург в муниципальной больнице своего района. Проработал пока неделю. Перед этим уволился из элитной клиники, никому ничего не объясняя.
Светлана — врач-педиатр в этой же больнице. Между ними возникли отношения. Когда Света забеременела, Данила сделал ей предложение и попросил:
— Светочка, у тебя сильный токсикоз. Переходи работать в поликлинику. Это же второе здание в нашем комплексе, и мы будем часто встречаться.
— А ты прав, Даня. Там мне будет проще.
— Справку о беременности возьми, и нас сразу зарегистрируют.
— Это хорошо! Не хочу никакой свадьбы.
После регистрации брака у Светланы начались проблемы. Из райздравотдела пересылали жалобы от родителей её маленьких пациентов. Многих детей она лечила в больнице и получала словесные благодарности. Пятеро из них сообщили, что Светлана требовала от них взятки, но это была неправда. Странно, что пятнадцать жалоб было датировано одним вчерашним днём. Столько детей у неё даже на осмотре не было. Разбираться не стали, а главврач предложил:
— Уволить тебя, Света, не могу. Напиши по собственному, иначе это не прекратится, а мне пять лет до пенсии, и я должен как-то реагировать. Понимаю, что беременная, но судьба у тебя такая.
Откуда ветер дует, Данила понял, когда в больнице появилась Нонна. А встретились они на улице у ворот во двор.
— И что тебе нужно? — Данила вспылил, но у него запикал телефон. Прочтя сообщение, он незаметно включил видеокамеру и продолжал держать в руках телефон, продолжая общаться с Нонной.
— Данечка, возвращаюсь из-за границы и такое о тебе узнаю. Ты же достиг вершин, став главврачом клиники. Зачем уволился?
— Понял, что не по мне такая заслуга. Стремительный рост от простого хирурга на пост заведующего отделением и вдруг бац, главврача на пенсию, а меня вместо него. Понял, что это ты? А у бывшего главврача Владимира Семёновича в аварии погиб сын, а невестка — инвалид. У жены от горя инсульт случился. Она теперь к постели прикована. Он вынужден был пригласить сиделку. Ты вторглась в его семью, сломав всё. Восьмилетнего его внука забрали в детский дом. Мне не нужна эта должность такой ценой. Восстанови Владимира Семёновича.
— Могу всё исправить, если проведёшь со мной ночь в гостинице.
— И тебе не стыдно такое предлагать? Зачем организовала травлю моей Светлане? Она уволилась, и теперь оставь её в покое.
— Ты мою цену уже услышал. Могу назначить тебя главврачом, раз тебе мила твоя больница. Подумай о своей Светлане. Её увольнение — это не предел. Ну что, поехали в гостиницу?
Данила вспылил:
— Навредишь моей беременной жене, сядешь. Твой влиятельный муж тебя не отмажет.
— У тебя нет доказательств. Да и кто тебе поверит, что за этим всем стою я? Мой муж Борис в такое даже не вникает.
— Ошиблась ты, Нонна. Есть у меня доказательства, — Данила включил видео и показал Нонне. Она хотела отобрать у него телефон, но не вышло.
— Мы ещё посмотрим, чей верх будет. Ты обо всём пожалеешь, Даня. Хотела по-хорошему, но не вышло, — Нонна села в свой розовый автомобиль и уехала.
Данила понял, что ему нужно предпринять, и спешно пошёл по тротуару в сторону своего дома. По пути купил новый телефон и сим-карту. В этот аппарат он перекинул видео с Нонной и, дойдя до дома, вошёл в подъезд. Там в квартире на первом этаже жила Ирина Фёдоровна. Он часто к ней заходил измерять давление и узнать о самочувствии. В этот раз тоже к ней зашёл.
— Ирина Фёдоровна, несите в кухню свой аппарат. Будем проверяться, — она ушла, а Данила спрятал свой новый аппарат у неё на антресолях. И после измерения давления соседке вернулся в больницу отдежурить свою смену.
Как и предполагал Данила, Нонна не успокоилась. Только не верил, что она зайдёт так далеко. Рано утром, передав смену дежурному, Данила вышел за ворота. До дома ему минут пять ходьбы. У здания кафе на Данилу напали двое в масках и с битами в руках. Охранник кафе вызвал скорую и полицию.
Данила уже в своей палате на кровати узнал, что ночью на лестничной площадке у двери его квартиры кто-то разлил бензин и поджог. Сосед напротив погасил пожар своим огнетушителем, и никто не пострадал. Об этом ему сообщила Светлана, когда пришла его проведать после операции. Данилу зашили глубокие раны на лице и шее. Кто это сделал, Данила не признался следователю. Те, кто напал, ему незнакомы. Причастна ли Нонна, не этим же сообщать? В одном районе трудно идти против мужа Нонны. Тем более у Данилы забрали только телефонный аппарат. Видеозапись на нём интересна только Нонне.
Выписавшись из больницы, Данила восстановил сим-карту. Пришлось покупать ещё один телефонный аппарат, но это не беда.
Уже из дома Данила позвонил бывшему однокурснику, у которого отец работает в министерстве здравоохранения. С этим Ромой они и встретились.
ЭПИЛОГ
Нонну арестовали, а её муж Борис — глава районного отдела здравоохранения — ничего не знал. Следствие, опрашивая подозреваемый круг людей, установило, что она действовала от его имени, подделывая подпись на его документах. А эти бумаги даже не были зарегистрированы. Борис до суда с Нонной развёлся. Детей у них нет, имущественных претензий тоже.
Светлана родила сына. То, что с ними произошло, они вспоминать не хотят.