Известно, что под гипнозом многие люди вспоминают свои прошлые жизни. Побывав в ином времени, они порой сообщают настолько удивительные факты древней истории, обычаев, деталей одежды, что для науки они становятся откровением. Феномен этот, подтверждающий возможность реинкарнации, не перестает удивлять…
С самого утра двор двухэтажного дома в небольшом провинциальном городке ходил ходуном – дети, перемазанные сажей, бегали от квартиры к квартире и дружно коптили стекла спичками. Взрослы бродили, что-то бурно обсуждая, бабушки расселись на скамейке – все ждали то, что должно было произойти на небе: хоть одним глазом увидеть! День-то был редкий — ожидалось Солнечное затмение. «Старайся сделать стекло почернее! – подсказывали взрослые, — Долго не смотри на солнце, вредно это!»
Небо, прозрачное, как стекло, вдруг скрылось в густой темноте. Свет пропал. Солнце исчезло. «Оно больше не появится?» – затеребила я взрослых, такая вдруг наступила чернота. Мне, ребенку девяти лет, казалось сверхъестественным, что от солнца остался лишь ободок. Но вот, прорвав тьму, ободок вспыхнул яркой золотой короной, и в это мгновенье во мне вдруг что-то ухнуло и разорвалось, как крик.
Я оказалась в центре золотого огня, окруженного черной гнетущей темнотой, совсем одна. Передо мной открылся золотистый тоннель. Хотелось убежать, но куда? Прочно стоя на земле, рядом с домом, я видела, как неподалеку ходили мои соседи. Что же так страшно? И что за боль разрывает изнутри? И крик отчаяния? Он прозвучал так явственно, что сердце чуть не лопнуло от страха. Где я оказалась и почему?
Понадобилось несколько лет, прежде чем о крылось то сокровенное, что вспоминаю я с терпкой горечью, то эхо из прошлого, которое настигло меня в день солнечного затмения и уже не отпускало.
Египетские Пирамиды
Перед глазами поплыли силуэты египетских Пирамид, воинов, и меня, маленькой девочки, которая вдруг перенеслась в бескрайние просторы пустыни Египта.
Солнце висело ярким округлым шаром, изнуряя округу пламенным жаром. От каменных блоков Великой Пирамиды, раскинувшейся на песчаном плато, ввысь струилось марево, отражая пронзительные солнечные лучи. Накаляясь, камень плавился и трещал. Стекая с каменных боков, свет проникал вглубь Пирамиды, туда, где виднелся вход, обозначенный острыми выступами блоков, и останавливался. Молчаливые камни, словно зная, что там, внутри Пирамиды, скрыта тайна, не пропускали лучи. Чтобы попасть в Пирамиды, был другой путь, но найти его мог только тот, кто ЗНАЕТ. Кто ЗНАЕТ – тот знает путь. Камни – знали.
… Перед входом в Пирамиду остановились двое богато одетых мужчин. Белоснежные хитоны из дорогой ткани, расшитые золотой нитью, украшала россыпь драгоценных каменьев. На головах грелись замысловатые уборы, наподобие высоких круглых цилиндров, украшенных вставкой из сверкающих камней, сложные узоры которых подчёркивали значимость их владельцев. Несмотря на несусветную жару, оба чувствовали себя превосходно
– Звёзды говорят: сегодня необычный день, – разглядывая пустынное небо, произнес один из странников. Голос глухо покатился по долине и осел в жёлтом песке. – Солнечное затмение!
Второй, чуть крупнее в плечах, вторил ему, раскатывая застоявшийся воздух:
– Да, затмение – это великое явление Небес. Время Перехода. День, когда открываются ВРАТА. Сегодня нам вновь доверено сокровенное – принять новую земную душу, которая ЗНАЕТ. Готов ли ты к тому, чтобы сопровождать ее в Пирамиду? – серо-голубые глаза говорившего казались бездонными и глухими, в них не отражалось ни печали, ни радости, ни тревоги.
– Готов. Тревожит другое – не знаю, вернусь ли обратно? Соприкосновение с земным миром несет определенный риск. В этот день я прощаюсь со всем живым. Время Перехода ни с чем несравнимо – наступает тишина, молчание, похожее на покорность. Но это не покорность, это – ПОСЛУШАНИЕ ВЕЛИКОМУ, которое пропитывает всё твоё существо.
– Ты прав – это великий час! Ещё мгновенье, и Мир проявленный и Мир скрытый обретут единство. Час Затмения настал! Но…пора! Душа девочки уже стоит у Врат!
Казалось, что это был сон или бред, но это не так. Еще в древние времена хранители сакральных знаний отмечали, что в определенные дни, когда Луна закрывает Солнце, случается небесный ПЕРЕХОД. Исчезают границы земли и неба, и всё вокруг становится небом. К тебе отовсюду устремляются сотни маленьких световых лучей, которые пронизывают, прожигают земное тело, которое из плотного, материального превращается в прозрачную дымку, в воздух и переходит в другой, неведомый мир. Тело само летит в неведомые дали, словно зная куда лететь, мчится по какому-то внутреннему зову и компасу, плывёт как рыба против течения по зову извне, пробиваясь в родные места, рискуя даже погибнуть. Что значит этот зов, силе которого противостоять невозможно? Какая воля руководит этой устремлённостью, не имеющей сомнений? Египетская ПИРАМИДА. Великая, Величавая, Торжественная, Магическая, Непознанная, Таинственная, которая знает ответы на все вопросы. «Знаю» — говорит Пирамида. «Знаю» — говорит внутреннее я измененного физического тела человек. Звеня струной, оно настраивается на единую ноту с Пирамидой и определяющее слово «Знаю». Когда слово «Знаю» звучит в согласии со Вселенной, в послушании Великому, тогда ничто внутри тебя не требует доказательств.
Площадь прощания
Когда-то в Пирамиде находились дети, спасенные со дня океана из Белого города, который поглотила Черная дыра. Попавшие сюда девочки обладали огненной энергией и не были предназначены ни в жрицы, ни в жёны для тех, кто жил в Пирамиде. Их ждали другие задачи, подготовка к которым сопровождалась таинственными ритуалами. Взрослея, девочки должны были превратиться в женщину, как гусеница в бабочку. Поток их энергии, похожий на родник, замурованный в земле, неспособен был сам пробиться кверху, и потому во время полового созревания с девочкой совершали особый обряд, лишая ее девственности.
Это давало выход энергии, сконцентрированной внутри тела, после чего тело заполняла новая энергия. Происходил своеобразный обмен энергиями – выход скрытой энергии и приток новой. Включались новые рецепторы, давая возможность ощущать мир более многообразно, помогая раскрыть сознание более полно, одухотворяя его. Возникшая боль была неизбежна и даже оправдана. Обряд был обязательным для тех, кто жил в Пирамидах. Существовало одно странное исключение – иногда, по особому распоряжению, обряд проходил вне стен Пирамиды, скрытно от всех.
Я оказалась среди тех детей, кто попал в Пирамиды, но считала, что это происходит не в реальной жизни, что я вижу дивный сон, где в силу обстоятельств принимаю активное участие. Я не знала тогда, что сон был явью, что участь моя уже решена и избежать жестокой процедуры невозможно, даже если я буду сопротивляться. Не знала, что для живущих в Пирамидах это необходимость – если не изменить возможности физического тела, то высокие энергии Пирамид могут стать смертельными. Каждая девочка проходила этот ритуал, но когда пришло мое время – случилось нечто исключительное…
Отделив меня от остальных детей, хранители Пирамид в белых хитонах поместили меня в огненную капсулу вместе с несколькими жрецами, совершающими полеты за пределы Пирамиды. Цель полета не объяснили. Каким-то внутренним чувством я поняла, что нас готовят к полету на Землю. Так и произошло. Когда бесшумно открылся огненный тоннель, то время вдруг сжалось в точку, и нас выбросило в вечность вместе с капсулой, охваченную огнем.
Посвящение в Египте
Яркая вспышка, полыхнувшая над вершиной Пирамиды, не испугала жителей Египта, сгрудившихся в толпу – подобное уже случалось когда-то, память об этом событии передавали из поколение в поколение, как легенду. Жители знали, что огонь над Пирамидой делают ВЫСОКИЕ Боги из Пирамид, когда совершается особый ритуал над юной девочкой из Пирамид, и происходит это в день Солнечного затмения.
Охваченные всеобщим возбуждением, египтяне, по натуре эмоциональные и простодушные, любили зрелища, во время которых они словно проживали свою жизнь. Там, на площади из плоского брусчатого камня, находилось специальное место, куда укладывали избранных для посвящения Богам. Прямо на камни стелили грубую циновку, накидывая поверх нее белое покрытие. Юную девочку укладывали на виду у всех, на всеобщее обозрение. Здесь она должна была пройти обряд земной покорности – страшный, кровавый, через боль и унижение, ранящий в сердце. Но одно дело слышать кем-то рассказанное, другое дело – увидеть редкое зрелище самому…
Процессия хранителей из Пирамид, покинув капсулу, неспешно тронулась по солнечной дороге, расположенной между Пирамид. Ни о чём не подозревая, я заворожённо шагала рядом с сопровождающими, радуясь торжественности события. Трепыхаясь, как маленькая птица в клетке, я полагалась на них, наивно доверяя и не зная, что уготовано мне впереди… Солнце ярко и больно било в глаза…
Огромная толпа, разноцветная, глазастая, пестрая от ярких тканей, сбилась в плотную стену около Пирамиды Хефрена. По рядам бежало известие, что Боги ведут Избранницу из Пирамид. Мужчины жадно выхватывали глазами юное тело, ступившее на камни.
«Что они собираются делать со мной?» – окинула я взглядом толпу, едва успев испугаться, как меня вдруг подхватили сильные руки и, вырвав из окружения хранителей, поставили в центр площади, на камни. Кто-то резко сдернул белый хитон, оголив грудь. Белая ткань медленно поползла вниз, но чьи-то руки быстро подхватили ее, подвязав атласной лентой, оставив грудь обнажённой. На голову одели диадему, усыпанную радужными камнями. «Не хочу! Не надо!» – закричала я от испуга, но вдруг осознала, что голоса нет, и никто, кроме меня, не слышит истошный крик. Где-то играл незнакомый инструмент – издалека доносились звуки диковинной музыки. Солнечный свет сочился между Пирамид, заливая площадь кремовым светом.
Возбуждённая толпа ревела. Казалось, она вот-вот сорвется с места и разорвет меня, но нет, никто не сдвинулся. Никто не посмел вступить в круг, отделяющий меня от толпы, переступить черту, приблизиться. Всех держал страх. Ещё сызмальства местные жители знали о наказании – на посмевшего подойти близко к девочке нападала чёрная хворь, поглощая его тело и выедая все внутренности за несколько дней. Суеверный страх о немедленном наказании за ослушание сдерживал их сильнее охраны, стоявшей вокруг.
Я осталась совсем одна. Я видела себя как бы сверху, словно это была я и не я одновременно, а девочка похожая на меня. Было чувство, что я умерла.
Избранный воин
Воины, стоявшие по кругу, вдруг замерли, как каменное изваяние. Толпа смолкла. Из тревожной глухой тишины неожиданно возник высокий молодой мужчина, закрыв собою свет. На голом торсе под золотистого цвета кожей играли сильные мускулы. Мужчина произнёс какое-то заклинание. Толпа ответила эхом, взревев, как сотни львов, и мгновенно стихла, подчиняясь его сигналу. Он повторил слова ещё раз, подняв кверху тяжёлый жезл:
– Ойе! – приказал он, и протянул девочке широкую ладонь, на которой лежал, сверкая и искрясь в лучах солнца, огромный кристалл. Прикрыв глаза ресницами, она робко наблюдала за ним, как вдруг услышала голос наставников из Пирамид:
– ОН — Избранный воин. Ты должна подчиниться и сделать то, что он просит. Ради этого мы проделали долгий путь.
Сгорая от стыда, девочка выполнила приказ, сделав неприглядное движение. Толпа взревела так, что небо чуть не треснуло. Гортанная команда воина прозвучала вновь: «Ойе!»
– Он просит принять его дар – кристалл, – подсказал сзади наставник, – Воин прощается с тобой и приступает к свершению ритуала…
«Прощается? Свершение ритуала? Что это значит?» – переспросила я, все еще не веря, что случится что-то плохое, но сильные руки снова подхватили меня и бросили на циновку, на камни. Нет, я не испытала физической боли, меня опустили нежно и бережно, но больно было от того, что произошло дальше, от того, что позволили сделать со мной хранители из Пирамид…
Руки и ноги раздвинули в сторону, привязав их к столбикам, крепко вбитым в каменистую площадь. Распятая, беззащитная, как оторванный лист, я смотрела сверху на своё расхристанное тело, не в силах вмешаться в происходящее, и плакала. Девочка билась в истерике, кричала, стараясь сорвать веревки с запястий, но лишь сильнее приводила толпу в неистовство, отчего люди кричали все громче и громче…
Надо мной встал Избранный воин. Он знал, что только Он один мог переступить черту, отделявшую девочку из Пирамид от земного мира. Знал, что он принадлежит к особой касте. Воина назначал специальный совет, который готовил его для этой миссии на земле – лишить посланницу девственности.
За это он платил высокую цену – собственную жизнь. Воспитывался Избранный воин обособленно, никто не смел общаться с ним, кроме «Богов» из Пирамид. Отряд, охраняющий девочку, подчинялся только этому человеку.
Избранный был отмечен особым знаком – на его спине стоял треугольник, прожжённый невидимым лучом, остриё которого указывало на правое плечо: «Я ушел навсегда».
После выполнения своей миссии воин должен был умереть. Он знал это, но не так-то просто было это сделать. Многие воины хотели бы быть «избранными», но никто не знал, когда придёт его час. В глубине души каждый воин, надеясь на судьбу и готовый умереть, ждал этот час.
Это было целью их жизни.
Устав плакать и кричать, девочка притихла. Склонившись над ней, воин медленно приподнял край одежды, открыл на всеобщее обозрение юное тело, раскинутое в стороны. Жгучий стыд захлестнул волной, обдав лицо жаром. Испуганно вжавшись в землю, девочка чувствовала, как пахнет потом и чужой кожей его лицо, видело его тело, громадное, страшное и чёрное как туча. Перехватив его пронзительный властный взгляд, она кожей ощутила надвигающуюся беду.
Воин видел страдание девочки, её страх, но ничто не могло остановить его. Избранница предназначалась для дел, определённых самой судьбой Свыше, и изменить решение было не в его силах. Он был всего лишь орудием, исполнителем в руках Высоких сил, стоящих над ним, которым он беспрекословно подчинялся.
Воину потребовалась большая внутренняя жёсткость и собранность, чтобы выполнить то, к чему его призвали. Вероятно, он хотел бы остановить этот миг, чтобы не слышать оглушающий крик, он хотел бы остаться к нему равнодушным, но не мог. Сейчас ей будет больно, и до конца своих дней она будет ненавидеть его, но именно так, овладев ею, он даст ей то, что не сможет дать никто другой. Он откроет в ней новые энергии, новые возможности выхода тела и сознания в иные миры, их осознание, видение и полное ощущение новых чувств. Для неё навсегда исчезнет страх, распахнутся новые звуки, эмоции, страсти, ранее ей неведомые, жизнь обретёт иной вкус. Когда-нибудь она поймет его и простит. Жаль, что тогда его не будет рядом…
Лицо воина склонилось ещё ниже, коснувшись её. Дикая боль, немыслимый страх, ненависть, непонимание – всё смешалось в жуткий колючий ком, в крик, разом поглотивший и хрупкое тело, и тесную площадь, и орущих людей, и гневный протест. Воин овладел ею в присутствие толпы, которая громко крича, неистово улюлюкала, так, что закладывало уши. Дикий крик толпы заглушил стыд. На нее обрушился шквал эмоций, взорвав где-то внутри горячий фонтан и оглушив новыми, неведомыми чувствами. В глаза, прорвав плотную пелену, брызнул яркий свет. И всё, что внутри неё ненавидело, сопротивлялось, горело, неожиданно исчезло, сгинуло, провалилось в незримую глухую тишину…
Пробуждение
Очнулась я в незнакомом зале, просторном, наполненном свежей прохладой, лежа на широкой кровати. Все здесь было в черном цвете: сверху нависал потолок с чёрными каменными арками, как кружевами, черная кровать, украшенная резной вязью черных кружевов из металла, занимала полкомнаты и сливалась с чёрными стенами. Чёрный цвет присутствовал повсюду, с изыском перемежаясь в камне и металле. Переизбыток этого цвета должен бы был сделать комнату мрачной, но кружева из камня пропускали солнечный свет из дворика с такой лёгкостью, что вовсе не казались тяжелыми, а даже изящными и воздушными.
Молодой воин вошёл в комнату и молча поставил на миниатюрный столик около кровати небольшой поднос. На нем – серебряный кувшин с напитком, серебряный кубок, спелые фрукты, немного еды. Воин не смотрел в глаза, да и я, испытывая неловкость, поглядывала в его сторону лишь исподтишка. Откланявшись, он направился к выходу, но я успела заметить, что он хорошо сложен, черноволосый, с аккуратной курчавой бородой, а на блестящей смуглой коже его спины – знак треугольника из трёх точек вершиной вверх… На мой вопрос вслед: «Воин! Где я нахожусь? – спросила я вдогонку, – Что ждёт меня впереди?», но он быстро вышел, не проронив ни слова.
В голове вдруг зазвучал голос, словно где-то внутри меня поставили громкоговоритель: «За тобой скоро придут. Ты прошла огненные врата, соединилась со Вселенной. Сейчас ты с ней в одном ритме. Так происходит, когда ребёнок соприкасается с миром, которого он не знал, но для которого был предназначен».
– Тогда объясните, почему я лежу в кровати? Я что – болею? И что произошло на площади? Или это был дурной сон? – спросила я пустоту, не зная, с кем веду диалог.
– Ты попала в Храм Дракона. Здесь меняют жизни. Это не просто – поменять жизни. Став женщиной, ты преодолела мостик – перешла в другой мир. Твое сознание твоё готово воспринимать мир по-особому, объёмно. Но надо восстановить силы. Предстоит сложный путь, где тебе откроются сакральные знания.
Уже тогда, в те минуты, мир для меня перевернулся, и я стала очень взрослой в свои девять лет. Так бывает, когда чьей-то неведомой волей в мозг ребенка вкладывается сознание зрелого человека, а тело остается по-прежнему юным и ранимым. Но ты, погрузившись один раз в глубины Вселенной, уже все знаешь наперед, все понимаешь, на несколько лет опережая по росту свое тело.
– А воин? Что с ним станет? – осторожно спросила я. Наступила долгая пауза. Я думала, что со мной уже никогда не заговорят, но ошиблась:
– Странно, что тебя это интересует. Никто никогда об этом не спрашивает. Ты обрела новые возможности – доступ к тайне. Зачем тебе знать про воина? Он познал того, кто познал ТАЙНУ. Тот, кто коснулся «неприкасаемой» – становится изгоем. Навсегда. Чтобы сохранить тайну, воин должен умереть. Это его предназначение – умереть. Это его предназначение, его сознательный выбор – служить ради одного мгновенья.
– Воин знал, что он умрёт?
– Все воины знают это… Для Избранного выполнить волю Богов – это долг и великая честь. Завершив ритуал, воин перестает быть земным и превращается в изгоя. Он уже не может находиться среди людей и должен покинуть этот мир – умереть. Чтобы встать на свой новый путь – он должен умереть и заново родиться в другой жизни. Воин порой сам ищет смерти, но убить его просто так нельзя, так как он выбран Богами.
Поэтому воина отпускают в бой, на поле боя, где он, как простой солдат, ищет возможности умереть, что для него непросто. Весть о том, что на поле боя «избранный воин» летит впереди него. Когда он попадает на войну, о нём уже знают и избегают его. Почему? Воин Шахтри – почти как брахман, а убить брахмана – большой грех. Никто не хочет взять на себя грех, и поэтому стрелы, копья, пули на поле боя чаще всего, летят мимо него. Воина нельзя убить со спины – его выдаёт знак, треугольник, который невозможно скрыть даже под одеждой, так как он светится особым светом.
Прежде чем шальная смерть настигнет его и душа покинет этот мир, проходит порой несколько жизней. Может пройти сто, двести или тысяча лет. И в каждой жизни его убивают на поле боя, а он умирает и рождается вновь… Воин может воплощаться бесконечное число раз, прежде чем его действительно убьют. Память об этом терзает его годами. Это состояние мучительно.
– А что же я тут делаю? – нетерпеливо спросила я голос, – Как это связано со мной?
– В день Затмения ты перешла в другой мир. Это похоже на сон или бред, но это далеко не так. Как только Луна закрыла Солнце – начался ПЕРЕХОД. Исчезли границы земли и неба, плотное физическое тело перешло в другой, неведомый мир.
Совет Пирамид доверил сопровождать тебя в этот великий день – День Солнечного затмения. Ты пришла из Пирамид и уйдёшь в Пирамиды, так как твоя душа обрела способность – ЗНАТЬ. В будущем ты встретишь своего воина, узнаешь его. Он найдет тебя по имени. Nadia – твое египетское имя. Но не забудь – он всего лишь воин. Ты помнишь об этом? – успел прошептать голос и вдруг смолк, запели птицы, и на голову мне опустилось белое воздушное полотно.
Чьи-то тонкие руки, просвечивающие сквозь ткань, приподняли меня с кровати и торопливо понесли по воздуху. «Солнце уже прорвало тьму! Появилась золотая корона! Пора!» — зашептали над головой голоса, и меня вмиг опустили вниз, туда, где исчезали границы земли и неба, где все стало небом. Меня снова вернули в Пирамиды…
Видение, такое яркое, живое, реалистичное – вмиг исчезло.
Треугольник на спине
Прошло несколько лет после того случая. Я уже не однажды побывала в Египте, и всегда слышала, как египтяне реагировали на имя Nadia. «Это египетское имя!» — кричали они вслед, словно знали меня всю свою жизнь.
В 1998 году, выступая в Новосибирске с лекциями, я демонстрировала свои рисунки о Египте.
Неожиданно к ним проявил интерес молодой человек из зала. Тёмные курчавые волосы незнакомца, его белозубая улыбка показались мне до боли знакомыми. Мы вели непринуждённую беседу, когда он вдруг пожаловался: «Что-то болит спина, схватило вдруг. Пошевелиться не могу». Желая помочь, я поднесла руку к его спине, и пальцы вдруг обожгло, словно огнем – на правом плече, расположившись остриём вверх, выступал особый знак – треугольник из трех точек. Знак светился так, что прожигал одежды.
«Неужели это Избранный Воин из Египта? – метнулась мысль, всколыхнув память о прошлом. – Но как это возможно? Ведь я так и не поверила до конца в то, что это был не сон. Может, это совпадение?»
– А знаешь, меня всё время преследует одно и то же видение – я постоянно воюю, – сказал вдруг молодой человек. – Вот уже несколько лет я перехожу с одной войны на другую. Меня убивают, но я все никак не могу умереть, словно заговорённый – то меня ранят пикой, то кинжалом, то палят по мне из ружья. Я слышу, как мимо свистят пули, но не причиняют мне вреда. Я вижу кровь, убитых солдат, огромное поле трупов – а я всегда живой. В меня стреляют, но не убивают. Помню запах гари, когда обгорели мои крылья, – я был когда-то воином белого братства, – было больно. Я всё время воюю в своих снах. И я так устал воевать…
От неожиданности у меня подкосились ноги – это был он, Избранный Воин, который был в Египте, который получив своё право на новую жизнь пришёл на землю из Пирамид. Отзвуки прошлого пересеклись. Значит, это был не сон? Невероятно!
Но неожиданности не закончились. Прошлое шло по пятам, и меня поджидал ещё один невероятный сюрприз.
В 2001 году, в одной из поездок в Египет, я посетила национальный музей Каира. Щёлкая фотоаппаратом, я обходила экспонаты древних фигур фараонов, замирая в восхищении. Каково же было мое удивление, когда в одном из залов я неожиданно наткнулась на каменную плиту с нанесёнными на неё рисунком изящной фигурки девушки!
Стройная как лоза, юная, робкая, она стояла перед грозным мужчиной в покорности и послушании. Ее белый хитон был подвязан под грудью атласной ленточкой, грудь обнажена. Все было изображено так, как в моем видении в Пирамидах в мои девять лет! Поразительно! Не в силах оторваться от картинки, я не могла сдвинуться с места, пока не догадалась достать старенький фотоаппарат «Зенит». «Мадам! Вспышка – нельзя!» – окликнул меня полицейский.
Изображение без вспышки не получилось, в зале было слишком темно, но это было уже не важно – весть-подтверждение из прошлого легла ко мне на стол, как осенний лист на раскрытую ладонь. Теперь-то я точно знала, что не придумала свой Египет, как и величие Пирамид, опалённых солнцем, где я провела одну из прошлых жизней. Не придумала и разъяренную толпу, которая не изменилась за века – она все так же реагирует на приезжих туристов, особенно на женщин, как ни в одной другой стране – жарко, эмоционально, взрываясь диким криком, словно идущем из далекой древности на генном уровне.
И также я теперь совершенно точно знаю, что Nadia – это имя египетское.
Человек всегда в вечном поиске, кто он и откуда. Не каждому дано помнить о своих прежних жизнях. Но стоит знать, что все вехи судьбы человека прописаны, и если все-таки что-то необычное случилось в вашем прошлом, и вы готовы это узнать – оно обязательно даст о себе знать, даже не сомневайтесь!
Вот пятьдесят уже минуло дней,
после солнцеворота.
И наступает конец многотрудному
знойному лету.
Самое здесь-то и время для плаванья,
но – тихо.
Ни корабля ты не разобьёшь,
ни людей не потопит пучина морская.
Надежда Маслова,
Екатеринбург,
Рисунки автора.