«Витебский душитель» Геннадий Михасевич: «Я не считаю женщин людьми»
На счету душегуба за 14 лет 36 жертв
Геннадий Модестович Михасевич родился в 1947 году в деревне Ист Витебской области Белорусской ССР
В детско-юношеском формировании Гены необходимо отметить 2 обстоятельства: Во-первых, мальчиком был скромным и малообщительным, за свою робость часто подвергался цинизму девушек и страдал комплексом сексуальной неполноценности, во-вторых, его отец в пьяном угаре гонял свою жену, по двору, о чём знали друзья Гены и усмехались над ним, сыном агрессивного алкоголика
В 1970 году Геннадий по направлению Дисненского совхоза поступил на учёбу в Городокский техникум механизации сельского хозяйства, за время обучения в техникуме он неоднократно навещал родителей в родной деревне и совершил свои первые 5 убийств и 1 покушение
Первое убийство произошло 14 мая 1971 года, жертвой стала Людмила Андаралова, как вспоминал об этом сам маньяк: «Это было давно, я задушил девушку… Встретил ее в темное время, было это в мае, девушка была загорелая, как будто она приехала с юга, а у нас к тому времени еще не загорали, при себе у нее были две сумки, её я задушил прямо на дороге, потом оттащил тело в сторону, там было поле и посажены яблони, вещи забрал с собой, в сумке у нее была одежда, ее я бросил в Двину»
На одном из последующих допросов он рассказал об этом более подробно: «В ночь на 14 мая 1971 года я как раз приехал из Витебска в Полоцк поздно, автобусов в сторону Ист, где жили мои родители, не было, тогда у меня было тяжелое состояние из-за того, что я порвал отношения со своей любимой девушкой Леной, я очень переживал это и даже хотел покончить жизнь самоубийством, для чего срезал в Полоцке бельевую веревку, с таким намерением я и пошел из Полоцка в ту ночь пешком в направлении деревни Экимань, но увидел одиноко идущую женщину и подумал: «Зачем же я буду давиться из-за бабы, лучше сам какую-нибудь удавлю»
Жертву Михасевич изнасиловал и задушил, труп оттащил от дороги и забросал землёй и дёрном
Лишь спустя полтора десятка лет следствие установило, что с девушкой Леной Геннадий расстался почти годом раньше — летом 1970 года: девушка не дождалась Геннадия из армии и сообщила ему, что вышла замуж за другого, Михасевич впоследствии отрицал, что насиловал жертву, а её раздевание объяснял так: «Может быть, одежда сбилась, когда я ее тащил?», но в действительности изнасилование имело место и ещё характерная деталь — у первой жертвы, как и у последующих, он снял с ног обувь, зачем — была ли для Михасевича, как и для Сливко, обувь фетишем (но, в отличие от Сливко, он с обувью жертв ничего не делал, а только снимал с ног) или чтобы жертва не могла убежать, или просто для удобства при изнасиловании — это осталось неизвестным
Следующая попавшая в руки Михасевичу женщина была единственной, кому удалось уцелеть, вот что она рассказала милиции: «29 октября 1971 года, в пятницу, на окраине Витебска за керамзитовым заводом на меня совершил нападение неизвестный мужчина, внешность преступника я не рассмотрела, он молодой, рост выше среднего, одет в серое пальто, сначала он обогнал меня и прошел вперед, потом пошел навстречу, поравнявшись со мной, остановился, спросил, который час, я наклонилась, чтобы посмотреть на часы, и почувствовала, что у меня на шее оказалась веревка, которую преступник стал затягивать, я успела рукой перехватить ее изнутри и не давала затянуть петлю, преступник одной рукой удерживал шнур, но затянуть не мог, второй рукой закрывал мне нос, мне попали в рот его пальцы, и я их кусала, в ходе борьбы я упала лицом внизм он продолжал меня давить, я кричала… Преступник неожиданно оставил меня и убежала, оказалось, что мои крики услышали школьники и бежали с фонариком ко мне»
Школьники, услышав женский крик, в приступе страха стали петь, Михасевича появление свидетелей вспугнуло, впоследствии школьники рассказали, что видели высокого парня в пальто, бежавшего им навстречу, а в руки следователям попала верёвка с кровью 1 группы, принадлежавшей укушенному женщиной Михасевичу, однако очередную женщину он изнасиловал и убил в тот же день! Автобусом вернулся в Витебск, затем ехал другим автобусом, вышел на остановке и последовал за приглянувшейся девушкой. Результат: «Утром 30 октября 1971 года в ельнике, в 12 метрах от грунтовой дороги, которая вела из поселка Руба к поселку Новый, был обнаружен труп гражданки К., который находился в положении сидя под елкой, опираясь спиной на ее ветку, в рот трупа был вставлен кляп из части шарфа потерпевшей, по заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть наступила от механической асфиксии, вследствие закрытия дыхательных путей кляпом»
Михасевич впоследствии скажет, что он «почувствовал от этого облегчение»
Следующие 2 убийства он совершил в следующем 1972 году — 15 апреля и 30 июля (эту жертву он задушил жгутом из стеблей ржи)
Следующее — 11 апреля 1973 года, убийства были совершены на окраине Витебска, район станции Лучеса
Одно из ранних убийств Михасевича произошло так: послетанцевального вечера он уединился с девушкой в укромном месте, но она стала насмехаться над его робкими ласками, самолюбие спровоцировало физическую реакцию — Геннадий вцепился руками в горло обидчицы и задушил её, дома он с волнением ждал ареста, но вскоре узнал, что за это убийство задержан другой человек, и успокоился, в июне 1973 года Михасевич окончил техникум, вернулся в Ист и начал работать в Дисненском совхозе
Вот признания Михасевича: «В то время у меня возникало желание напасть на какую-либо женщину, чтобы ее задушить, поэтому, когда я бывал в Витебске, то ездил по его окраинам, где и нападал на первых попавшихся мне женщин, после чего я испытывал большое облегчение, моё состояние и настроение от этого сразу улучшалось»
В 1974 году он не убивал
В 1975-м он стал посещать Полоцк и серия продолжилась — в этом году Михасевич совершил ещё 2 убийства: одно — 17 мая близ деревни Зуи (про эту жертву он скажет: «Она была, наверное, моложе всех моих жертв»), другое — днём 28 сентября около дороги, ведущей от шоссе Полоцк-Глубокое к деревне Нача: «На этой дорожке я встретил женщину лет двадцати пяти, она шла от автобусной остановки, в руках у нее была сумка, я стал душить ее руками за шею, женщина сопротивлялась, я ее задушил и оставил лежащей на земле, отойдя от нее, повернулся, увидел, что она поднимается, когда она сопротивлялась, упала ее сумка и выпало все, что в ней было, я схватил… ножницы и стал наносить женщине удары, бил куда придется, и не один раз»
Бить он стал потому, что: «Давить руками я мог только однократно»
28 апреля 1976 года Михасевич перешёл на работу мастера-наладчика ремонтных мастерских в племсовхозе «Двина» Полоцкого района, в мае, уже женившись, Михасевич переехал в деревню Солоники
Сменились места жительства и работы — сменилась и локация убийств, вот как Михасевич говорил про территорию между городами Полоцк и Новополоцк и деревнями Коптево, Ропно и Перханщина: «Там я удушил четырех женщин, в тот район я специально приезжал и сходил на автобусной остановке, чтобы потом подкараулить какую-нибудь женщину, туда без затруднений можно проехать и уехать на автобусе, когда у меня удачно произошло первое удушение, я посчитал это место вполне подходящим и меня влекло туда»
2 июля 1976 года в той местности Михасевич убил одну женщину (задушил руками и петлей из ремня сумки, а рот жертвы заткнул кляпом из плавок потерпевшей), в ночь с 24 на 25 июля — ещё одну (изнасиловал и задушил пучком стеблей клевера), 22 октября — ещё (изнасиловал и задушил руками, петлей-удавкой и кляпом из перчатки жертвы)
1 ноября он изнасиловал и задушил женщину в деревне Ветрино
У убитых женщин Михасевич забирал деньги, причём иногда — немало
Различные вещи, украденные у жертв, Михасевич приносил домой, у одной из женщин в сумке он нашёл даже пассатижи и импортные кусачки (сказал жене, что ему их выдали на работе)
Попадались и ценности — 2 золотых обручальных кольца, например, одно из которых Михасевич пустил на изготовление зубного протеза и коронок для жены