Есть легенда, что где-то в параллельной вселенной проектировщики спокойно работают, их проекты принимают с первого раза, а начальники — люди, у которых в душе живёт доброта, а не Excel-таблица. Но мы живём в другой вселенной — той, где на совещаниях вместо кофе подают сарказм, а в корпоративной культуре прописан пункт «психологическое айкидо».
Литературный очерк о жизни проектировщика. Наш главный герой — проектировщик Игнат. Официально — специалист по архитектурным решениям, в недалёком прошлом - мечтатель. Неофициально — бойцовский монах, выживший после сотен реплик в стиле:
— Игоша, ты у нас тут гений или просто хочешь попробовать себя в роли безработного?
Шутки начальника, по уставу отдела, должны были звучать легко и “по-доброму”. Правда, доброты в них было столько же, сколько вдохновения в отчёте по ТЗ. Каждый «юморной» выпад сопровождался коллективным молчанием и попыткой не рассмеяться — ведь смеяться над чужим выживанием неудобно.
Но Игнат — человек, прошедший сквозь чертежи и дедлайны. У него философия простая: не обращать внимания и делать своё дело. Он знает, что если не работать — ошибок не будет. А если ошибёшься — ну что ж, придётся не обедать. Так и родился офисный афоризм, врезанный в коллективную память:
«Тот, кто не работает, тот не ошибается. А тот, кто ошибается — тот не ест».
Где-то в уголке офиса начальник продолжает свой стендап без публики. А Игнат рисует дальше из упрямства, которое сильнее любой корпоративной морали. Потому что настоящий проектировщик не сдаётся. Он просто перерисовывает мир — без токсичных комментариев и с идеальной геометрией самообладания.
Выживание в чертежах
Итак, в нашем мирке, где проектировщики рисуют идеальные миры, а начальники — идеальные сценарии увольнений, рождаются настоящие саги. Благодаря шуткам босса наш герой, Игнат из отдела проектирования, стал легендой офиса, стойкости, достойной железобетонной плиты М450В35П4F300W12. Кто немножко гидротехник, тот поймёт.
Шутки босса: стендап без аплодисментов
Начальник Степаныч — мастер "юмора". Каждое утро: "Игоша, твои чертежи — шедевр! Если их утвердят, то только после моего увольнения тебя!" Коллеги хихикают в кулачки, а Игнат молча корректирует линии. Степаныч эскалирует: "Хочешь в безработные? Продолжай в том же духе!" — с подмигиванием, якобы по-дружески. Классический моббинг под соусом корпоративной шутки, где "дружба" маскирует давление.
Стойкость чертежника: игнор как суперсила
Игнат не сдается. Выполняет ТЗ, перерисовывает узлы, игнорирует подколы. "Работа есть работа", — бормочет он, попивая чай без сахара. Степаныч злится: ошибки в проектах множатся, но Игнат их фиксит быстрее, чем босс придумывает новую "остроумную" реплику. Коллектив шепчется: "Он робот или святой?"
Однажды после очередной ошибки Степаныч вызвал Игната в кабинет на разнос — и, как полагается, торжественно произнёс: "Тот, кто не работает, тот не ошибается. А тот, кто ошибается — тот не ест!, ты же так говоришь? Ты опять напортачил! - рявкнул Степаныч, - сиди голодный!" Игнат усмехнулся: "Значит, поем, когда идеально сделаю". Теперь афоризм на доске объявлений — сарказм в квадрате, где выживает сильнейший.
И тут Степаныч, заметив по шороху за дверью, что окружающие уже подтянулись подслушать драму, с пафосом открыл дверь со словами "Пошёл работать!"
— "Я уверен только в одном — в том, что могу ошибиться!" — слова Игната выскользнули с ковра начальства. Стоят все, напряжение как в детективе, а Игнат улыбается и добавляет: «Так что если завтра меня не будет на месте — брошу тонну ошибок, чтобы вас развеселить!».
Что случилось потом, чтобы коллектив зауважал Игната, а начальник вместо моббинга выдал премию
Игнат на следующий день пришёл с листком, где каждую свою «ошибку» превратил в мини‑решение: короткие заметки «что случилось», «чему научился», «как избежать снова» — и подписал: «100% гарантий нет, но план есть».
Коллеги смеялись, а потом начали тихо подбирать идеи из его списка и тестировать. Одна хитрая «ошибка» привела к упрощению отчёта, другая — к экономии времени на согласования.
Руководство сначала нервничало, но цифры говорят сами: поток исправлений сократился, процессы поубирались, а один найденный вариант сэкономил отделу деньги.
Степаныч вместо привычного крика, подошёл к Игнату и сказал: «Ты ошибаешься много, но делаешь выводы — и это работает». Наградил премией и попросил подготовить короткий чек‑лист «как ошибаться с пользой».
В коллективе Игната стали уважать ещё больше — за то, что умеет превращать промахи в полезный результат и делиться этим честно и с юмором. Ошибаться не стыдно — стыдно не выносить уроки. А если умеешь шутить и превращать промахи в рабочие улучшения, то даже на ковре у начальства можно получить премию.
Финал эпопеи: чертежи побеждают
Степаныч сдался первым — проект Игната утвердили, а босса перевели на повышение. Игнат рисует дальше, напоминая: в проектировании, как в жизни, стойкость — лучший инструмент. Офисный юмор жив, но теперь с моралью: гнобь сколько влезет, проектировщик все равно свой план выполнит.