Когда магия окончательно вернулась, мир не взорвался фейерверком и не осыпал Илью дарами. Он просто выдохнул. Лес перестал быть настороженным, снег чужим, воздух колючим. Всё встало на свои места, будто кто-то аккуратно поправил перекошенную картину.
И тогда мир решил отблагодарить его. Но не чем- то материальным.
Сначала это был звук. Очень тихий, почти неуловимый, как если бы память осторожно постучала изнутри. Илья замер, боясь спугнуть его, и закрыл глаза.
Сквозь потрескивание оттаявших веток и далёкий перезвон пробуждённых духов прорезался голос. Хрипловатый, тёплый, чуть насмешливый.
— Илюш, ты чего там застрял? Зима-то не ждёт.
Голос деда.
Не тот, что звучал в телефонной трубке совсем недавно. А живой, с привычной паузой перед именем, с этим особым «ш», которое появлялось, когда дед улыбался. Голос пах дымком от печи, свежим хлебом и морозом, от которого щиплет нос. В нём был скрип половиц в деревенском доме, звон ведра о колодец, вечерние сказки, рассказанные будто между делом. Посиделки на рыбалке или в лесу.
У Ильи дрогнули колени. Он сел прямо в снег, не чувствуя холода. Ком подступил к горлу, но это была не боль- это было возвращение. Будто кто-то осторожно взял его за плечи и сказал: «Ты не один».
И тут же рядом тихо шелохнулся воздух. Появилась тень. Полудница возникла не сразу- сначала как мерцание, как тень от летнего зноя, невозможная среди зимы. Потом обрела форму: тонкая, светлая, с глазами цвета выжженного поля под солнцем. Теперь в них отражался снег.
— Этот мир отдаёт тебе то, что ты хотел найти больше всего, - сказала она мягко. Её слова не падали в воздух, а оседали узорами на инеe, словно сами становились частью пейзажа. - Он не может вернуть людей. Но может вернуть голос. И память, в которой есть сила.
Илья кивнул, не открывая глаз. Голос деда ещё звучал, но уже тише, будто уходя вдаль, но оставляя после себя тёплую тишину, наполненную смыслом.
Он вдруг понял: всё это путешествие, страхи, сомнения, выбор- не ради подвига и не ради магии. Ради того, чтобы научиться слышать. Мир. Себя. Тех, кто был и остаётся частью тебя, даже если их нет рядом.
Полудница улыбнулась, улыбка у нее редкая, почти неземная.
— Теперь ты знаешь, зачем магия возвращается, - сказала она. - Не чтобы творить чудеса. А чтобы напоминать.
И лес, будто соглашаясь, тихо зазвенел, не колокольчиками и не курантами, а тем самым звуком, который бывает только в одном месте на свете: когда ты наконец дома, даже если стоишь посреди волшебного, заново рождённого мира.