10 июля 1888 года в Самаре, на даче Аннаево, состоялось выступление пианиста Николая Александровича Дубасова.
Как отмечалось в «Самарской газете», на этом концерте любители музыки испытали большое эстетическое наслаждение. Музыкант исполнил несколько пьес, очень разнообразных по композиции. Публика вызывала молодого артиста по несколько раз после каждой пьесы и встречала его громом рукоплесканий.
Главная особенность игры Дубасова — редкая выработанность, отчетливость при выполнении каждого музыкального пассажа, каждой отдельной музыкальной фразы. В некоторых пьесах он до такой степени увлекался стремлением к отчетливому и верному исполнению детали отдельных мест, что, при всей безукоризненности механического выполнения пьесы, не получалось цельности впечатления от всей пьесы, и исполнение ее казалось сухим, недостаточно прочувствованным. Но это было только в некоторых пьесах. Зато некоторые пьесы были исполнены Дубасовым вполне цельно и увлекали слушателей, заставляли их наслаждаться красотой композиции и любоваться игрой Дубасова.
По просьбе публики музыкант сыграл несколько пьес сверх программы. В числе этих пьес, особенно хорошо был исполнен ноктюрн Шопена. В исполнении этого ноктюрна Дубасов проявил тот святой огонь, который может быть только у истинно талантливых натур. Тут вопросы механические стояли в стороне, и в каждой музыкальной фразе проявлялась та общая идея, которой проникнут весь ноктюрн, так художественно выполненный Дубасовым.
Вообще, в игре Дубасова преобладающей элемент – художественная сдержанность, присущая артистам, относящимся с уважением к прекрасному в искусстве, не опошляющим его слишком [выспренними] крайностями, при которых артист как бы становится на ходули и этим иногда отнимает у произведения величие простоты. Такое направление достойно подражания и может привести Дубасова в будущем к осуществлению высоких артистических задач.
По материалам статьи в «Самарской газете» от 17 июля 1888 года.