Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Анти-советы.ру

Работа над внутренней характеристикой

Порой можно встретить мысль, что ждать одобрения от своей внутренней инстанции — того самого строгого «хорошего сотрудника» — бессмысленно. Мол, он создан лишь для критики, его похвала эфемерна, и лучше игнорировать эту потребность вовсе. Совет звучит как освобождение: перестань искать у него поглаживаний, и станет легче. Но что, если само ожидание этой похвалы — уже симптом, а не глупость. Идея кажется практичной. Зачем тратить силы на диалог с внутренним надзирателем, чьи стандарты вечно завышены и чьё признание, если и придёт, то не принесёт радости. Проще закрыть эту опцию, объявить её неработающей. Дескать, настоящая мотивация должна идти из другого места — из интереса, из страсти, из чувства долга перед чем-то большим. А этот внутренний чиновник пусть себе бубнит в сторонке. Однако в этом жесте игнорирования кроется ловушка. Потребность в его одобрении — не каприз, а индикатор. Она сигнализирует, что когда-то вы заключили с этой инстанцией сделку: вы будете следовать её правила

Работа над внутренней характеристикой

Порой можно встретить мысль, что ждать одобрения от своей внутренней инстанции — того самого строгого «хорошего сотрудника» — бессмысленно. Мол, он создан лишь для критики, его похвала эфемерна, и лучше игнорировать эту потребность вовсе. Совет звучит как освобождение: перестань искать у него поглаживаний, и станет легче. Но что, если само ожидание этой похвалы — уже симптом, а не глупость.

Идея кажется практичной. Зачем тратить силы на диалог с внутренним надзирателем, чьи стандарты вечно завышены и чьё признание, если и придёт, то не принесёт радости. Проще закрыть эту опцию, объявить её неработающей. Дескать, настоящая мотивация должна идти из другого места — из интереса, из страсти, из чувства долга перед чем-то большим. А этот внутренний чиновник пусть себе бубнит в сторонке.

Однако в этом жесте игнорирования кроется ловушка. Потребность в его одобрении — не каприз, а индикатор. Она сигнализирует, что когда-то вы заключили с этой инстанцией сделку: вы будете следовать её правилам (быть безупречным, предсказуемым, удобным), а она взамен даст чувство безопасности и принадлежности. Проблема в том, что её правила часто не имеют отношения к вашим подлинным желаниям. Они заимствованы, собраны из ожиданий окружающих, корпоративных кодексов, семейных установок. И когда вы, следуя им, наконец слышите её одобрительный шёпот — «молодец, ты справился», — это редко бывает радостью. Чаще это чувство пустоты, потому что вы получили плату за работу, которая была не вашей.

Одобрение внутреннего «хорошего сотрудника» становится признаком успешной адаптации к чужим критериям. Чем громче его похвала, тем тише может звучать ваш собственный голос. Вы теряете связь не с ним, а с той частью себя, которая могла бы оценивать происходящее по иным, менее формальным меркам — интересно ли это, живо ли, имеет ли смысл лично для вас.

Что же можно сделать, не вступая в прямую конфронтацию. Не стоит пытаться его заткнуть или ждать от него честной оценки. Возможно, стоит просто начать различать два разных чувства. Первое — холодное, отчётливое удовлетворение от «сделанного как надо». Второе — тёплое, иногда невнятное чувство resonance (отзвука), когда действие, даже неуклюжее, отзывается внутри чем-то настоящим. Это не одобрение надсмотрщика, а тихая радость узнавания самого себя в том, что ты делаешь.

Достаточно в следующий раз, поймав себя на ожидании внутренней похвалы, задать простой вопрос: а чьи именно критерии я только что выполнил. И чьё признание я на самом деле жду. Сам факт этого вопроса слегка смещает фокус — с получения оценки на понимание её источника.

Тогда внутренний «сотрудник» остаётся на своей должности — вести учёт выполненных правил. Но вы перестаёте быть его начальником, который тревожно ждёт от него годового отчёта. Вы становитесь скорее наблюдателем, который изредка заглядывает в его бумаги, чтобы понять, по каким чужим чертежам идёт строительство вашего дня.