Когда сын Андрей приехал в выходные, я сразу поняла что разговор будет непростой. Привез с собой дочку Марину, они сели за стол с серьезными лицами. Я налила чай, поставила варенье из смородины, ждала что скажут.
— Мам, нам надо поговорить о даче, — начал Андрей. — Ты здесь одна возишься, тяжело тебе. Давай продадим участок, деньги поделим. Тебе на квартиру в городе хватит поменьше, поближе к нам будешь жить.
Я отпила чай, посмотрела на детей. Марина кивала, поддерживая брата.
— Мама, правда же, зачем тебе такое хозяйство? — добавила она. — Шесть соток огорода, плюс поле за забором которое ты арендуешь. Это же огромный труд! В твоем возрасте надо отдыхать, а не в грядках копаться.
Мне шестьдесят три года, здоровье неплохое, работать могу. Дача эта у нас больше тридцати лет, еще муж покупал. Поле соседское начала арендовать десять лет назад, когда хозяева уехали в город. Плачу им символическую сумму, они рады что земля не пустует.
— А я люблю работать на земле, — возразила я. — Мне это в радость, не в тягость.
Андрей вздохнул.
— Мам, ну давай реально посмотрим. Ты тут все лето горбатишься, сажаешь, поливаешь, полешь. А толку? Несколько мешков картошки, огурцы-помидоры. Проще в магазине купить.
— В магазине не такие, — упрямо сказала я.
Марина достала телефон, показала объявления о продаже участков.
— Смотри, похожие дачи за два с половиной миллиона продают. Хорошие деньги. На них квартиру однокомнатную купишь в городе. Будешь рядом с нами, внуков чаще видеть.
Внуки у меня трое, все маленькие. Видела их действительно редко, раз в месяц если приедут. Но дача для меня не просто участок земли. Это мой дом, мой труд, моя жизнь последние годы.
— Я подумаю, — сказала я уклончиво.
Дети переглянулись, видно было что ждали другого ответа. Но настаивать не стали, уехали вечером в город. А я осталась на даче, ходила между грядками и думала. Неужели правда пора продавать? Может они правы, слишком много работы для моего возраста?
Через неделю позвонила Марина, спросила приняла ли решение. Я попросила время до конца сезона. Дочь согласилась, но добавила что покупателя лучше искать сейчас, пока лето, участки хорошо смотрятся.
Начался июль, самая страдная пора. Созревала клубника на грядках, черешня на деревьях, ранние огурцы в теплице. Я собирала урожай, раскладывала по ящикам. Часть ела сама, часть отвозила детям, остальное продавала соседям и на рынке.
Как-то вечером сидела, считала деньги с продажи ягод. Набралось прилично, несколько тысяч рублей. Подумала что надо бы детям показать сколько дача приносит. Завела тетрадку, начала записывать весь урожай и его стоимость по рыночным ценам.
Клубника дала тридцать килограммов. По рыночной цене триста рублей за килограмм получалось девять тысяч. Черешня еще двадцать килограммов, это еще шесть тысяч. Огурцы ранние продала на четыре тысячи. Уже почти двадцать тысяч набежало, а сезон только начинался.
Позвонила детям, предложила приехать помочь собрать урожай. Сказала что хочу им показать что к чему. Они согласились, приехали в субботу утром оба с семьями. Внуки радовались, бегали по участку, собирали клубнику прямо с грядок.
— Так, — сказала я, когда все собрались. — Раз хотите продавать дачу, давайте сначала посчитаем что она дает. Вот тетрадь, будем записывать весь урожай и считать его стоимость.
Андрей хмыкнул, но согласился. Пошли осматривать участок. В теплице росли помидоры, огурцы, перцы. Я показала сколько уже собрала, сколько еще висит на кустах. Дети начали записывать, калькулятор доставали.
— Огурцы уже дали пятьдесят килограммов, еще столько же минимум будет, — пояснила я. — В магазине сейчас по сто двадцать рублей продают. Считайте.
Марина считала, глаза расширялись.
— Двенадцать тысяч только огурцов? Серьезно?
— Серьезно. А помидоры еще не начали краснеть толком. Их будет килограммов семьдесят минимум. По сто пятьдесят рублей в магазинах. Сколько выходит?
Андрей свистнул.
— Десять с половиной тысяч.
Мы прошли дальше, к грядкам с картошкой. Я показала какие кусты мощные, объяснила что урожай будет хороший. Прикинули на глаз триста килограммов минимум.
— Мама, ты что, всю зиму картошкой питаться будешь? — удивилась Марина.
— Себе оставлю немного, остальное продам или вам отдам. В магазине нормальная картошка рублей сорок стоит. Умножайте триста на сорок.
— Двенадцать тысяч, — подсчитал Андрей. — Слушай, а я думал копейки какие-то.
Показала грядки с морковью, свеклой, капустой, луком. Все росло отменно, обещало богатый урожай. Дети записывали, считали, удивлялись цифрам. Потом пошли в сад.
Яблони у меня три сорта, груша, слива, вишня. Все деревья плодоносящие, урожайные. Яблок в прошлом году собрала двести килограммов, в этом обещало быть не меньше. Груш килограммов пятьдесят, слив тридцать.
— Это все в компоты, варенья, — объяснила я. — Но можно и по цене свежих фруктов посчитать. Яблоки по восемьдесят рублей, груши по сто двадцать.
Марина лихорадочно считала.
— Мама, у тебя же на двадцать пять тысяч одних фруктов!
— Плюс варенье, которое тоже можно продавать. Литр домашнего варенья триста рублей стоит. Я банок сорок делаю за лето. Считайте.
— Двенадцать тысяч, — прошептал Андрей.
Потом повела их на поле за забором. Там у меня настоящие угодья были. Тыквы, кабачки, подсолнухи, кукуруза. Земля плодородная, все росло как на дрожжах.
Тыквы вымахали огромные, штук двадцать наросло. Каждая килограммов по десять минимум. Кабачков вообще море, собирала каждый день. Кукуруза стояла стеной, початков будет сотни полторы.
Мы ходили по полю, дети молча записывали цифры. Потом сели на лавочке под яблоней, Андрей начал суммировать все в калькуляторе. Марина смотрела через плечо, лицо у нее было задумчивое.
— Итого по самым скромным подсчетам, — произнес сын медленно, — урожай за сезон стоит сто двадцать три тысячи рублей.
Я кивнула.
— Примерно так. Плюс зелень, ягоды всякие мелкие, пряные травы. Это еще тысяч десять наберется. А еще мед с пасеки соседской беру по дешевке, потом продаю дороже. Яйца у другой соседки покупаю, тоже с наценкой продаю. В итоге за лето тысяч сто пятьдесят набирается чистыми.
Марина посмотрела на меня другими глазами.
— Мама, так ты тут бизнес ведешь получается?
— Не бизнес, а хозяйство, — поправила я. — Работаю с мая по октябрь. Зимой отдыхаю. Денег хватает на все, еще откладываю.
Андрей чесал затылок.
— Погоди, а расходы какие? На семена, удобрения, воду?
— Семена свои собираю в основном, покупаю только новые сорта иногда. Тысячи три за сезон. Удобрения органические, навоз у фермера беру, две тысячи. Вода из колодца, бесплатно. Аренда поля три тысячи в год. Инструмент есть, ремонт редко нужен. Максимум десять тысяч расходов наберется.
— Выходит чистыми остается тысяч сто сорок, — подсчитала Марина. — За пять месяцев работы. Это ж нормальная зарплата получается!
— Плюс все овощи-фрукты свои, экологически чистые, — добавила я. — Знаю что в них нет химии. А вы в магазинах покупаете, кто знает чем обработанные.
Дети молчали, переваривали информацию. Я налила компот из термоса, разлила по кружкам. Мы пили молча, каждый думал о своем.
— А если продать дачу, — начала Марина осторожно, — потеряешь этот доход. Пенсия у тебя небольшая, восемнадцать тысяч. Без дачи будет трудно.
— Справлюсь, — пожала плечами я. — Но мне здесь нравится. Не из-за денег даже, хотя и они важны. Просто люблю работать на земле. Это смысл дает жизни.
Андрей встал, прошелся по участку. Остановился у грядки с клубникой, где внуки собирали ягоды в ведерки.
— Дети наши здесь отдыхают, воздух чистый, природа, — сказал он задумчиво. — В городе им кроме планшетов ничего нет. А тут бегают, ягоды едят, в речке купаются.
— И овощи свои едят, витамины, — подхватила Марина. — Я тут подумала, мы на еду в месяц тысяч двадцать тратим. А могли бы у тебя брать, сэкономить прилично.
Я улыбнулась. Видела что дети переосмысливают ситуацию. Для них дача была обузой, старческой причудой. А оказалось что это доходное хозяйство плюс место для семейного отдыха.
— Слушай, мам, — сказал Андрей, возвращаясь к столу. — Может не будем продавать? Оставим дачу. Мы тебе поможем, приезжать будем чаще. Я могу грядки вскапывать, тяжелую работу делать.
— А я буду помогать собирать урожай, продавать, — добавила Марина. — Можно даже интернет-магазин создать, объявления давать. Спрос на домашние овощи большой.
Я посмотрела на детей и поняла что они наконец увидели ценность того что имеют. Не просто участок земли за городом, а настоящее семейное дело. Которое кормит, объединяет, дает возможность трудиться и отдыхать вместе.
— Хорошо, — согласилась я. — Оставляем дачу. Но при условии что действительно будете помогать. Мне одной тяжеловато становится.
Дети обняли меня, внуки прибежали с полными ведрами клубники. Мы сидели на даче до вечера, обсуждали планы на будущий сезон. Андрей предложил поставить еще одну теплицу, Марина хотела расширить ягодник.
Сейчас прошло полгода с того разговора. Дети приезжают каждые выходные, помогают по хозяйству. Внуки подросли, уже сами грядки полют. Андрей провел водопровод нормальный, поставил капельный полив. Марина создала группу в социальных сетях, продает наши овощи соседям по району.
Урожай в этом году был еще лучше. Заработали за сезон двести тысяч рублей. Поделили на троих поровну, каждому хватило на разные нужды. А главное, появилось общее дело, которое нас объединяет. Дача больше не кажется детям обузой. Теперь они понимают ее ценность и сами не хотят продавать.
Подпишитесь чтобы не пропустить новые рассказы!
Комментарий и лайк приветствуется. Вам не трудно, а мне приятно...
Рекомендую к прочтению: