– Просто дайте мне закончить главу. Я переписывала ее всю ночь раз за разом, но сейчас я чувствую, все точно получится, - дрожащим голосом пообещала сестра, обведя нас с Олей блестящим лихорадочным взглядом.
Из-за отсутствия сна под глазами Анны залегли глубокие тени, она была похожа на живой труп. Приняв наше молчание за одобрение, сестра сразу же уткнулась в свой ноутбук и стала что-то быстро печатать на клавиатуре.
На мгновение мне кажется, что все происходящее - это просто какой-то ужасный сон. Впиваюсь ногтями в ладони в глупой надежде, что боль заставит меня проснуться, но ничего не происходит.
– Анна, тебе нужно отдохнуть, - я разлепила пересохшие губы и обратилась к сестре, собственный голос показался мне чужим.
Сестра не шелохнулась.
– Анна, милая, - мягко позвала я ее еще раз.
Тишина. Я сделала один робкий шаг в ее сторону. На что Анна, подобно дикой кошке, резко отодвинулась с ноутбуком в самый конец кухни и вся сжалась. Нетерпеливым голосом, словно мое присутствие причиняет ей одни страдания, Анна взмолилась:
– Оля, ну скажи ей!
– Выйдем на балкон, хорошо? - теплая ладонь Оли легла на мое плечо, удерживая на месте.
Я посмотрела на свою отстраненную сестру, быстро барабанившею по клавиатуре ноутбука. Сейчас Анна не замечала никого, пребывая где-то совсем в другом мире.
– Пожалуйста, - одними губами проговорила Оля. Ее взгляд и крепкая хватка буквально кричали, чтобы мы наконец оставили сестру одну.
Раньше сестра всегда всем делилась со мной. До этого момента я была уверена, что смогу помочь ей в любой ситуации. Но что делать, если лучшее, что я сейчас могу сделать - это уйти?
В итоге я сдалась. На ватных ногах пошла на балкон вслед за Олей. Уходя, я услышала как Анна с облегчением выдохнула. Этот выдох ранил мое сердце.
Серые облака, вторя атмосфере в квартире, стали сгущаться над высотками. С улицы подул ветер, в котором уже чувствовалось приближение бури.
– Знаю, ты волнуешься, но это, грубо говоря, рабочие моменты. Для писателей их книги как дети. Если ребенок болеет, мама переживает, понимаешь?
– И часто Анна так “переживает”? - сквозь стиснутые зубы интересуюсь я, меня безумно бесит спокойный тон Оли.
– Когда я впервые увидела ее в таком состоянии, с этим бледным лицом, ты не представляешь, что со мной было. Мы прошли с ней всех врачей, Анна посещает психолога три раза в неделю. Ответ один - излишняя эмоциональность.
– Излишняя эмоциональность.. Ага, ясно, - я машинально кивнула, на меня вдруг навалилась безумная усталость, поэтому совсем не хотелось спорить.
Почему же сестра мне ничего не рассказала? Это был единственный вопрос, крутящейся в моей голове заевшей пластинкой.
– Она просто не хотела тебя волновать, - словно читая мои мысли, мягко проговорила Оля.
Пошел косой дождь. Люди разбежались кто куда, спасаясь от непогоды. На балконе наступила тишина. Оля машинально вытащила сигареты из кармана, а затем будто опомнившись, вопросительно покосилась на меня. Я только вяло кивнула.
Верить Оле или нет - сейчас это все было абсолютно неважно. Я просто хотела, чтобы моя Анна наконец пришла в себя. И если для этого нужно будет простоять на этом чертовом балконе часами, я была согласна.
Я резко передернула плечами, сбрасывая с себя прежнее отчаяние.
– Жаль, что спустя столько лет мы увиделись именно так, - Оля улыбнулась мне, выпуская изо рта сигаретный дым.
– Я все хотела тебе набрать, но времени никак не было.