У Лукоморья В Карае белая берёза,
Что в пять охватов толщиной,
Роняет тихо серьги-слёзы,
Забыв о женщине одной.
Которая ушла навечно,
Хотя не вся и не совсем,
Ушла — судьбе своей навстречу,
Зло отомстив "вот этим всем".
И там же ходит кот учёный,
Верней не кот — большой козёл.
Он, от сарая отлучённый,
Шашлык свободе предпочёл.
Мелькает ручка над бумагой,
Рождая в пОтугах стихи.
И, преисполнившись отвагой,
Не видя за окном не зги,
В раздумьях женщина ваяет
Рассказы о родной степи,
О чёрных сумерках Карая
И злобных пикселях в сети.
О, сколько их, треклятых, вероломных,
В её светлицу пробралось,
И, взяв писателя измором,
По всей её судьбе прошлось.
Но нет, врагам она не сдастся,
Создаст каналы им на зло.
И будет петь... И восторгаться
Своим недюжинным нет умом.