Началось всё идиллически: шикарный отель, ласковое море, пальмы, вечерний тайский массаж… Но курортные боги, видимо, считают, что три дня блаженства — это роскошь. Ровно на третий день у всей семьи в унисон заныли животы. Стало ясно: нужен герой, фармацевтический квест и ближайшая аптека.
Героем, по совместительству переводчиком с дилетантским знанием английского и испанского, выпало быть мне. Моя миссия: активированный уголь, жаропонижающее и то, что деликатно называют «средством от расстройства».
Первая же аптека встретила меня улыбкой. За стойкой сидела хрупкая тайка и излучала такое добродушие, что поначалу вселила надежду. Я начала заклинать:
—Do you speak English?
Она радостно кивнула.
—¿Hablas español?
Кивок стал ещё жизнерадостнее.
—Вы говорите по-русски?
Энтузиазм в её кивке достиг космических высот.Стало ясно: лингвистический мост сгорел. Пришлось вызывать в бой тяжёлую артиллерию — искусство пантомимы международного образца.
Акт первый: «Кишечная трагедия».
Я театрально схватилась за живот,согнулась пополам, изобразив на лице муки Лаокоона, которого душат не змеи, а тайский суп том-ям. Затем, указав на рот, скорчила гримасу человека, нечаянно проглотившего жабу, и сопроводила это звуком, не требующим перевода. Публика в аптеке замерла.
Тайка радостно всплеснула руками, словно наконец-то поняла! Она достала… тест на беременность. Я замахала руками, как мельница в шторм, сунула коробочку обратно и перешла к более наглядной части.
Акт второй: «Танго к туалету».
Прижав руки к заду,я изобразила крайнюю степень срочности, сделав несколько мелких, семенящих кругов по залу с глазами, полными паники. Лёд тронулся. Посетители — пара европейцев и местный дедушка — фыркнули, а потом хором начали объяснять бедной девушке, в чём дело. Их жесты были даже красноречивее моих! Аптекарь, наконец, прониклась драмой и выдала мне заветные таблетки и суспензию от кишечных инфекций.
Акт третий: «Лихорадочные галлюцинации».
Полдела сделано.Теперь жаропонижающее. Я приложила ладонь ко лбу, закатила глаза и слабо пошатнулась, изобразив тень чахлой героини Викторианской эпохи. Затем, чтобы прояснить диагноз, высунула язык и обмахивалась, как веером, а через секунду съежилась в мнимом ознобе, будто оказалась на Северном полюсе в бикини.
Зал взорвался аплодисментами. Дедушка показывал на виски, европеец изображал, что пьёт что-то горячее, а его спутница просто кричала «Fever! Fever!». Аптекарь, окончательно сбитая с толку этим медицинским карнавалом, выложила на прилавок целый арсенал: таблетки от давления, горчичники, болеутолящее, согревающую мазь и, что стало кульминацией абсурда, мини-клизму. Но, о чудо! Среди этого фармацевтического салата затесалось и нужное мне жаропонижающее.
Я, с поклоном благодарной примадонны, оплатила трофеи и вышла под одобрительные улыбки и смех своей импровизированной аудитории.
Через два дня семья снова нежилась на пляже. А я, наблюдая за безмятежными волнами, всерьёз задумалась: не пора ли вкладывать силы не в курсы иностранных языков, а в актёрские мастер-классы? Потому что в критической ситуации меня спас не словарный запас, а блестящая игра в «Крокодила» на тайско-русской границе фармацевтического непонимания.