В центре Петербурга протянулась Итальянская улица — подлинная сокровищница архитектурного наследия. С 1739 года она хранит память о величественных постройках: от Итальянского дворца, давшего название улице, до шедевров классицизма и модерна. Здесь каждый дом — страница городской летописи. Это улица, где переплелись судьбы артистов, дипломатов и предпринимателей. XVIII–XIX веках Итальянская улица превратилась в сцену светской жизни. Здесь, в особняках с колоннами и лепниной, текла жизнь петербургской знати. Дома Жако, Шувалова, Гамбса — не просто здания, а молчаливые свидетели балов, музыкальных вечеров, тихих разговоров за чашкой кофе.
- А потом пришёл XX век — время перемен, когда улицы меняли имена, как люди меняют одежды. Итальянская стала улицей Ракова, словно пытаясь стереть память о прошлом. Но история не терпит насилий: в 1991 году старое имя вернулось, как возвращается весна после долгой зимы. Это было не просто переименование — это был вздох облегчения, признание того, что корни важнее временных вихрей. Так, на протяжении веков, Итальянская улица оставалась зеркалом времени. В её изгибах читались отголоски балов XVIII века, в камнях мостовой — шаги революционеров, в окнах домов — свет творческих вечеров. Она видела, как сменялись эпохи, как менялись имена и моды, но она осталась, осталась и ее история.
На тихой Итальянской улице, под номером 13, стоит невысокий двухэтажный особняк — здание, хорошо знакомое каждому петербуржцу. Сегодня оно неизменно ассоциируется с Театром музыкальной комедии, и эта связь укрепилась почти на век. Но за нарядным фасадом скрывается долгая, насыщенная история, уходящая корнями в конец XVIII столетия. В 1799 году этот дом возвели для человека незаурядного — Ивана Лазаревича Лазарева, потомка армянских князей и доверенного лица императрицы Екатерины II. Впрочем, при рождении его нарекли иначе — Ованес Агазарович Лазарян. Родом из армянской семьи Лазарян, перебравшейся в Россию из Персии, Иван Лазаревич с юных лет впитывал дух торговли и искусства. В нём органично сочетались предпринимательская хватка и тонкий художественный вкус: он не просто продавал драгоценности — он чувствовал их душу, умел разглядеть в необработанном камне будущий шедевр.
Неутомимая энергия и незаурядный ум быстро вывели Лазарева в высшие круги петербургского общества. Он снискал доверие первых лиц государства — от братьев Орловых до светлейшего князя Потёмкина. Его предпринимательская деятельность не знала границ: то он организует поставку медных денег из Екатеринбурга, то берётся за возведение роскошных строений. Переехав в столицу, он приобрел несколько особняков в самых престижных кварталах: на Невском, Миллионной и, наконец, на Итальянской. Последний стал его любимым жилищем: в 1799 году Лазарев торжественно въехал в новые покои, а спустя два года тихо ушёл из жизни в стенах этого дома.
Архитектурный облик здания отсылает к раннему классицизму — стилю, ценившему сдержанную гармонию и ясность форм. Долгое время имя зодчего оставалось загадкой, пока в 1964 году архивные находки не пролили свет на истину: автором проекта оказался Егор Тимофеевич Соколов — русский архитектор, инженер-строитель и академик Императорской Академии художеств. Время не стояло на месте, и дом №13 на Итальянской улице не раз менял облик и хозяев. В ходе реконструкций 1840–1846 и 1892–1899 годов фасад украсился элементами неоренессанса и эклектики, придав строению новое звучание. Но самая значительная перемена случилась в 1910 году, когда особняк перешёл в руки новых владельцев - Санкт‑Петербургского Первого общественного клуба (позже — Дом искусств).
Под руководством архитектора Г. М. Готгельфа здание было перестроено: на первом этаже разместился зал ресторана‑кабаре, а над ним — театральный зал, оборудованный в ходе реконструкции. 18 декабря 1910 года здесь распахнул двери «Палас‑театр», специализировавшийся на оперетте и лёгких жанрах, ознаменовав начало новой эпохи. События революции и Гражданской войны затронули это место. В 1918 году на сцене «Палас‑театра» начал работать Героический театр А. Мгеброва, а в том же году шли спектакли оперетты с участием артистки Е. Тим. Позднее, в 1920‑е годы, на этой сцене начал свою карьеру Л. Утёсов. В 1930 году здание стало площадкой для Ленинградского мюзик‑холла, но наибольшую известность оно получило как дом Театра музыкальной комедии: с 1938 года здесь располагается этот театр, продолжающий работу и сегодня. Несмотря на все изменения, здание сохранило архитектурную ценность, оставаясь свидетелем ключевых событий в истории Петербурга — истории, где переплетаются судьбы людей, стилей и эпох.
Рядом с Театром музыкальной комедии расположен дом с историческим названием — Дом Бодиско (или Доходный дом Э. И. Гольдберга). Сегодня это здание под № 15 на Итальянской улице, и в его строгом и благородном облике по‑прежнему читается дух минувших эпох. Каменные стены хранят память о многих поколениях, а их летопись насчитывает почти два столетия — летопись, где переплелись судьбы артистов, дипломатов, банкиров и целой империи. Начало этой истории уходит в 1820‑е годы. Тогда на участке стоял двухэтажный дом, принадлежавший купеческой семье. Это скромное строение положило начало будущему архитектурному ансамблю. Вероятно, именно тогда был заложен фундамент каменного дома — предвестника тех стен, что и сегодня встречают прохожих строгой красотой фасадов.
В 1853 году дом перешёл к тайному советнику Коллегии иностранных дел Александру Андреевичу Бодиско. Дипломат, человек круга высшей аристократии, он привнёс в дом атмосферу государственной важности. За тяжёлыми портьерами нередко обсуждались международные дела, а в гостиных звучали речи о судьбах империи. Семья Бодиско — с её связями, влиянием и традициями — на долгие годы определила статус здания как резиденции людей незаурядных. Именно с этим семейством дом обрёл своё историческое имя — Дом Бодиско, под которым и вошёл в летописи города.
Новый виток судьбы здания пришёлся на 1878–1879 годы, когда архитектор Э. И. Гольдберг перестроил его в доходный дом в стиле эклектики. Здание обрело черты, знакомые нам сегодня: строгие линии, продуманные детали, дух времени, в котором классическое наследие сочеталось с новыми веяниями. Дом стал частью городского ландшафта, где Итальянская улица представала парадной аллеей Петербурга — с витринами, экипажами, спешащими фигурами и вечерними огнями. В начале XX века дом сменил владельца: в 1916 году он перешёл в собственность Сибирского торгового банка. Стены, некогда хранившие тайны дипломатических переговоров и артистических вечеров, теперь стали свидетелями финансовых операций. Финансовые операции фиксировались в балансах, а здание, сохраняя благородство облика, служило делу государственного хозяйства.
Советский период принёс новые перемены. Дом продолжил банковскую историю, оставаясь местом, где пересекались потоки капитала и решались экономические судьбы. Но время не щадит даже каменные свидетели: к 1980‑м годам здание опустело. Оно стояло словно заброшенный корабль с пустыми окнами и тихими дворами‑колодцами. Годы запустения оставили следы: трещины на фасаде, забытые уголки, эхо шагов в пустых коридорах. Казалось, история готова была перевернуть эту страницу. Однако в начале 2000‑х дом № 15 обрёл второе дыхание. В 2003 году здесь распахнул двери «Гранд Палас» — галерея элитных магазинов, соединившая прошлое и настоящее.
Напротив дома № 15, там, где площадь Искусств встречается с Итальянской улицей, стоит здание, воплотившее гармонию классицизма. Его строгие линии и строгая симметрия напоминают о временах, когда архитектура говорила на языке классицизма. Сегодня под его сводами звучит детский смех — здесь располагается Российская гимназия при Государственном Русском музее. Но стены этого здания помнят звуки минувших эпох: от вальсов XIX века до деловых разговоров XX столетия.
История дома на площади Искусств, 4/Итальянская, 6 началась с полковника Ланкри — первого владельца участка. Строительство началось в 1830–1831 годах, когда участком владел князь Долгоруков. Наблюдение за работами и адаптацию внутренней планировки осуществлял архитектор А. М. Болотов, а первоначальный проект фасадов разработал К. И. Росси. Здание выполнено в стиле классицизма и гармонично вписалось в ансамбль площади. Изначально проект Росси предусматривал проезд во двор по центру фасада, обращённого к площади, и два парадных входа по бокам. Позднее проезд перенесли на Итальянскую улицу, что изменило архитектурную композицию.
В 1844 году дом обрёл новых хозяев — братьев Виельгорских, Михаила и Матвея. Оба были музыкантами, но именно Михаил Юрьевич стал душой петербургской культурной жизни. Несмотря на высокий статус и придворные звания, которые не позволял ему выступать профессионально, он взял на себя роль покровителя искусств. Михаил Виельгорский не просто любил музыку — он творил её историю: стоял у истоков Концертного и Филармонического обществ; способствовал созданию духовых оркестров; открывал публике красоту симфонической музыки; устраивал приёмы для звёзд музыкального мира, щедро финансируя их визиты. Его дети от брака с Луизой Карловной, урождённой княгиней Бирон‑Курляндской, воспитывались вместе с великими князьями, что подчёркивало близость семьи к императорскому дому.
С 1844 года два верхних этажа дома на Михайловской площади (ныне — площадь Искусств, 4) занимал Михаил Юрьевич Виельгорский. В бельэтаже располагались гостиные и концертный зал с окнами на площадь, где регулярно проходили музыкальные вечера. В этих концертах участвовал Михаил Глинка, выступали такие музыканты, как Гектор Берлиоз, Ференц Лист и Роберт Шуман. В доме также бывали Николай Гоголь, Василий Жуковский, Пётр Вяземский и Карл Брюллов. Атмосфера салона, где сочетались музыка, беседы и творческие дискуссии, стала своеобразным центром культурной жизни Петербурга.
Время шло, и дом продолжал жить, принимая новых хозяев и новые роли. В 1850-е годы здесь жил поэт Алексей Толстой. В 1896 году в здании размещалась редакция журнала «Вестник моды». В 1910 году здесь находилось правление Общества Путиловских заводов. С 1965 года в доме работал детский сад. В 1940-е годы архитектор А. Кедринский провёл масштабную перестройку, объединив дом Виельгорского с домом Жербина общим фасадом. Это изменило облик здания, но не его культурное значение. В 1993 году часть помещений дома передали Российской гимназии при Государственном Русском музее. В залах воссоздали музыкальный салон братьев Виельгорских, где теперь проводятся культурные мероприятия. Так, сквозь века, дом Виельгорского продолжает свою историю — от музыкальных вечеров XIX века до школьных будней XXI столетия. Его стены помнят шаги великих, а будущее обещает новые истории и имена.
В сердце Петербурга, на Итальянской улице, стоит дом № 17 — не просто здание, а живая страница истории, овеянная славой мебельного мастера Генриха Даниэля Гамбса. Родом из прусского Нойвида, Гамбс прибыл в Россию, словно герой романтической повести, — в поисках удачи и признания. Судьба улыбнулась ему: в 1790 году он сопровождал своего учителя, знаменитого Давида Рёнтгена, в поездке к российскому императорскому двору. И молодой мастер сделал выбор, определивший его жизнь: остаться в чужой стране, где его талант найдёт подлинное признание. К 1795 году Гамбс уже открыл мастерскую на Фонтанке, а вскоре — магазин на Невском проспекте. Его мебель, исполненная с виртуозным мастерством, быстро завоевала сердца петербургской знати. Секретеры с потайными ящичками, бюро с музыкальными шкатулками, изысканные столы и кресла — всё это рождалось в его мастерской, где каждая деталь была плодом кропотливого ручного труда.
В 1799 году судьба преподнесла ему ещё один щедрый дар: Шарлотта Антоновна Венкер фон Данкеншвейль, дочь австрийского дворянина Антона Венкера фон Данкеншвейля — владельца дома № 17 на Итальянской улице, — стала его супругой. С этого момента особняк на Итальянской вошёл в историю как «особняк Гамбса». Почти три десятилетия семья Гамбсов жила в этих стенах. Здесь, среди ароматов полированного дерева и шёпота стружек, рождались шедевры мебельного искусства. Здесь звучали разговоры о новых заказах для императорских дворцов, обсуждались модные тенденции и изобретались хитроумные механизмы для секретных ящиков. Гамбс не просто создавал мебель — он творил атмосферу. Его изделия украшали дома аристократов, дворцы и особняки. В гамбсовых креслах дремали герои Пушкина; само кресло мастера до сих пор можно увидеть в музее‑квартире поэта на Мойке, 12. А в романе Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» имя Гамбса стало нарицательным — знаком безупречного качества и изысканного вкуса.
Эпидемия холеры 1831 года оборвала жизнь мастера, но дело его продолжилось. Сыновья Пётр и Эрнест, а затем и внук, бережно хранили традиции мастерской. Они следили за веяниями моды, осваивали новые стили — от неоготики до «русского жакоба», сохраняя при этом фирменный почерк Гамбса: безупречную столярную работу, сложные механизмы и изысканный декор. Шли годы, менялись эпохи, но дом на Итальянской, 17 по‑прежнему хранит память о мастере, чьё имя стало синонимом совершенства. Его мебель — не просто предметы интерьера, а свидетельства эпохи, в которых отразились вкус, талант и страсть человека, сумевшего превратить ремесло в искусство. И если прислушаться, то в тишине старинных комнат всё ещё можно уловить отголоски молотков и рубанков, шёпот стружек и тихий звон латунных деталей — мелодию, которую когда‑то сочинил Генрих Гамбс, мастер из Нойвида, ставший легендой Петербурга.
На Итальянской улице в сердце Петербурга стоит дом № 8 — здание с богатой и непростой биографией. Его история началась в 1871 году, когда было заложено первое строение для Общества взаимного кредита уездного земства. К 1875 году здание возвели, хотя имя изначального архитектора до нас не дошло. Спустя почти два десятилетия судьба дома резко изменилась. В 1893–1894 годах архитектор Александр Сергеевич Хренов полностью перестроил здание, наделив его чертами поздней классицизирующей эклектики. Фасад обрёл строгую красоту: коринфские колонны и пилястры, арочные проёмы с замковыми камнями, богатая лепнина — картуши, маскароны в виде львиных голов, акантовые мотивы и орнаментальные фризы. Так дом обрёл тот благородный облик, который и сегодня напоминает о лучших образцах петербургской архитектуры конца XIX века.
После революции 1917 года здание словно потеряло прежнюю определённость. Сначала оно стало жилым домом, затем в его стенах разместился госпиталь, позже — аптека и восстановительно‑оздоровительный центр. В советское время здесь находились ясли и детский сад Дзержинского района. Есть также упоминания, что в здании могла располагаться закрытая больница для работников МВД или КГБ, однако эти сведения носят предположительный характер и не подтверждены документально. Время не щадило дом. В 1980‑е и 1990‑е годы проводились реконструкции, которые, к сожалению, не всегда шли на пользу историческому облику. В результате фасад, вестибюль и парадная лестница частично утратили первоначальную отделку и детали.
Новый этап начался в 2001 году: здание приобрела компания МТС. Уже в том же году дом был включён КГИОПом в «Список вновь выявленных объектов, представляющих историческую, научную, художественную или иную культурную ценность». Это наложило на владельцев особые обязательства: сохранять ключевые элементы — фасад, лестницы, арки, не допускать перепланировок, способных исказить исторический облик. В 2003 году МТС провела масштабную реконструкцию. Здание оснастили современными коммуникациями, но при этом бережно воссоздали парадную лестницу и интерьеры второго этажа. Чердаки переоборудовали, а из двора‑колодца сделали крытый атриум. На месте утраченной переходной галереи возвели дворовый флигель. Так, сочетая старое и новое, дом получил шанс на вторую жизнь.
И вот, в марте 2024 года, здание вновь сменило амплуа. Здесь открылся бутик‑отель Cosmos Selection Saint‑Petersburg Italyanskaya. Реставрация последних лет позволила вернуть к жизни монументальную планировку XIX века: высокие потолки, парадную лестницу, вестибюль. Атриум, перекрытый стеклянной крышей, стал светлым и воздушным пространством, контрастирующим с историческим фасадом, но не спорящим с ним, а дополняющим. В атриуме расположился ресторан LAGANACI, где кухня становится мостом между прошлым и настоящим. Сегодня дом № 8 на Итальянской улице живёт новой жизнью, но не забывает о своей истории. Его стены помнят шаги жильцов, врачей, аптекарей, служащих. Теперь они встречают гостей, сохраняя достоинство старого петербургского дома, который умеет меняться, не теряя себя.
На Итальянской улице в Санкт‑Петербурге стоит дом № 19 — здание, чья судьба тесно связана с культурной жизнью города. В 1846 году граф Яков Эссен‑Стенбок‑Фермор получил разрешение на строительство крытой торговой галереи — пассажа. Архитектор Рудольф Желязевич возвёл трёхъярусную галерею, соединившую Невский проспект с Итальянской улицей. Петербуржцы быстро полюбили новое пространство: здесь можно было совершать покупки и отдыхать независимо от погоды. Уже в 1860‑х годах театральный зал пассажа стал центром интеллектуальной жизни: здесь выступали Александр Островский, Николай Некрасов, Иван Тургенев и другие литераторы. В одной из постановок комедии «Свои люди — сочтёмся» участвовал сам Островский.
В 1879 году часть помещений занял банк «Лионский кредит» — один из немногих зарубежных банков, работавших в Российской империи. В 1901 году пассаж перестроили по проекту архитектора Сергея Козлова. Владельцы — князья Барятинские — вернули зданию статус культурного центра. Вскоре на обновлённой сцене появились актёры театра «Фарс». В 1904 году Вера Комиссаржевская открыла в пассаже собственный Драматический театр. 15 сентября состоялась премьера трагедии Карла Гуцкова «Уриэль Акоста» (в главной роли — Павел Самойлов), а через два дня зрители увидели «Кукольный дом» Ибсена с Комиссаржевской в главной роли. Театр актрисы снискал славу петербургского МХТ, но уже в 1906 году из‑за цензуры труппа переехала на Офицерскую улицу.
Пассаж продолжал жить театральной жизнью. В 1908–1912 годах здесь гастролировала труппа Симона Сабурова, а в 1916–1917 годах в подвале работало кабаре К. Марджанова «Би‑ба‑бо». 1936 году в пассаж переехала Театр‑студия Сергея Радлова (позднее — Театр им. Ленинградского Совета). Сезон открылся спектаклем «Отелло» Шекспира. С началом войны актёрские бригады выезжали на фронт, а последняя премьера — «Дама с камелиями» — прошла 3 декабря 1941 года. В январе 1942 года театр эвакуировали. 18 октября 1942 года, в самое тяжёлое время блокады, открылся «Городской театр» (прозванный «Блокадным»). Первым спектаклем стала постановка по пьесе Константина Симонова «Русские люди».
В 1944 году театр вернулся в родные стены и получил название Ленинградский драматический. В 1959 году учреждению присвоили имя Веры Комиссаржевской. В 1966 году художественное руководство принял Рубен Агамирзян, остававшийся на посту до 1991 года. Сегодня в доме № 19 располагается Санкт‑Петербургский государственный академический драматический театр имени В. Ф. Комиссаржевской — живой символ театральной традиции Петербурга.
Спасибо, что уделили время и, надеюсь, вам было интересно и познавательно. Продолжение следует! Меня зовут Михаил, и я приглашаю вас продолжать исследовать город вместе: подписывайтесь на канал, следите за новыми публикациями. Если понравилось — поставьте лайк, это будет лучшей наградой. До новых встреч!