Когда я продолжил своё исследование Уильяма Блейка, стало ясно, что вопрос «кто вдохновлял Блейка» нельзя ограничить только религией или Библией.
Есть ещё один, не менее важный пласт — его отношение к науке своего времени, и прежде всего к имени, которое стало символом эпохи.
Это имя — Исаак Ньютон.
И здесь важно сразу сказать честно и прямо:
Блейк не ненавидел Ньютона как человека.
Он восставал против того образа мира, который закрепился под его именем.
Блейк — художник, а не философ-систематик
Прежде чем говорить о Ньютоне, нужно зафиксировать одну принципиальную вещь.
Уильям Блейк мыслил образами.
Даже когда он писал афоризмы, он мыслил как художник.
Он не создавал философских трактатов.
Он видел, а затем фиксировал увиденное в слове и линии.
Сам Блейк подчёркивал, что:
«Воображение — не состояние, а само человеческое существование»
(из записей Блейка)
Поэтому его конфликт с Ньютоном — это не спор формул с формулами.
Это столкновение двух способов видеть реальность.
Ньютон как символ эпохи
Исторически Исаак Ньютон (1643–1727) был для Англии XVIII века фигурой почти сакральной:
- автор Principia Mathematica,
- создатель классической механики,
- символ победы разума, измерения и закона.
К моменту зрелости Блейка ньютоновская картина мира стала культурной нормой:
- мир — механизм,
- природа — объект измерения,
- бесконечность — то, что можно описать формулой.
И именно это вызывало у Блейка внутренний протест.
Что именно отвергал Блейк — по фактам
Важно быть точным.
Блейк не отрицал:
- математику,
- физику,
- наблюдение природы.
Он отрицал редукцию реальности —
сведение бесконечного к измеримому.
В его записных книжках и маргиналиях постоянно повторяется мысль:
«Разум есть граница, а не источник»
И ещё жёстче:
«Наука есть дерево смерти,
а искусство — дерево жизни»
(из Annotations to Reynolds)
Это не антинаучный пафос.
Это утверждение приоритета воображения над измерением.
Гравюра «Ньютон» (1795) — визуальный манифест
Одна из самых известных работ Блейка — гравюра «Ньютон» (1795).
На ней изображён:
- обнажённый Ньютон,
- сидящий на скале,
- с циркулем в руках,
- полностью погружённый в чертёж.
Вокруг — живая, органическая, сложная среда,
которую он буквально не замечает.
Историки искусства сходятся в одном:
это не карикатура и не насмешка.
Это трагический образ.
Ньютон здесь — человек, который:
- смотрит только в линию,
- измеряет бесконечное,
- теряет целое ради точности.
Уризен, Ньютон и Закон
В мифологии Блейка есть фигура Уризена —
олицетворение закона, меры, ограничения.
В его текстах Уризен:
- создаёт мир правил,
- измеряет,
- разделяет,
- закрепляет.
И хотя Блейк нигде прямо не пишет «Ньютон = Уризен»,
визуальная и смысловая параллель очевидна и признаётся исследователями.
Важно:
это не обвинение, а предостережение.
Когда разум отрывается от воображения,
он становится тюрьмой.
Почему это напрямую связано с Библией
Здесь сходятся все линии расследования.
Блейк видел одну и ту же проблему в двух формах:
- В религии —
буквальное чтение Библии, превращающее живое Откровение в закон. - В науке —
механистическое видение мира, превращающее бесконечность в объект.
И там, и там исчезает живое восприятие.
«Бог действует и существует только в существующих существах, то есть в человеке»
(William Blake)
Для Блейка:
- Библия без воображения = мёртвый текст,
- Мир без воображения = механизм,
- Человек без воображения = раб закона.
Кто вдохновлял Блейка в живописи — и почему это важно
Чтобы понять, почему Блейк не мог принять ньютоновский мир, важно знать, на кого он ориентировался как художник.
Микеланджело
- тело как носитель духовного напряжения,
- форма как энергия,
- человек как космическая фигура.
Альбрехт Дюрер
- сила линии,
- символ, а не натурализм,
- знак вместо копии природы.
Блейк писал:
«Подражание природе есть отрицание воображения»
Это прямо противоположно академическому искусству его времени.
Против кого он восставал открыто
Джошуа Рейнольдс, президент Королевской академии, был для Блейка художественным эквивалентом ньютоновской науки:
- обобщение,
- идеализированная природа,
- красота без внутреннего огня.
Ответ Блейка:
«Обобщать — значит быть идиотом.
Чётко различать — значит быть поэтом»
Это ключевая фраза для понимания его живописи.
Итог этого этапа расследования
Если убрать эмоции и оставить факты, картина выглядит так:
- Блейк не был врагом науки.
- Он был врагом мира без воображения.
- Ньютон для него — не человек, а символ эпохи измерения.
- Его живопись и его чтение Библии — это одна и та же борьба, выраженная разными языками.
Блейк защищал не мистику,
а полноту человеческого восприятия.
Вместо вывода
Эта статья — не обвинение и не манифест.
Это фиксация конфликта, который, по-видимому, до сих пор не завершён.
Мы всё ещё живём между:
- измерением и воображением,
- законом и живым опытом,
- формулой и видением.
И, возможно, именно поэтому Блейк сегодня снова звучит актуально.
Продолжение следует.