К концу 1999 года Андрей Тихонов был душой и безусловным лидером «Спартака». В том чемпионском сезоне он стал лучшим бомбардиром команды, забив 19 голов и отдав 11 результативных передач в 29 матчах. Казалось, ничто не предвещало скорого конца его эпохи в стане красно-белых. Однако с самого начала 2000 года в жизни футболиста началась череда неприятностей. Сначала у его жены угнали джип, причём преступники едва не похитили их годовалого сына Мишу, выбросив ребёнка из машины в последний момент. Эта трагедия серьёзно повлияла на психологическое состояние Тихонова. Вскоре семья продала дом в Тарасовке и переехала в Королёв.
На фоне личных потрясений начался спад в игре. В третьем туре чемпионата в принципиальном матче с «Локомотивом» при счёте 0:0 в компенсированное время «Спартаку» назначили пенальти. Тихонов, капитан и главный пенальтист, не сумел переиграть Руслана Нигматуллина. Этот промах стал первым громким сигналом. Кураж, фирменные пушечные удары в «девятку» исчезли. К середине первого круга чемпионата у лидера команды было лишь два результативных действия (гол и пас), совершённых в одном матче с «Ротором», где «Спартак» победил 6:1. Несмотря на невыразительную игру Тихонова, команда в его составе продолжала побеждать и уверенно лидировала в чемпионате.
Роковой матч в Мадриде и конфликт в раздевалке
Кульминация наступила в сентябре 2000 года в матче Лиги чемпионов против мадридского «Реала» на «Сантьяго Бернабеу». Тихонов вышел на поле с капитанской повязкой. В первом тайме он неудачно реализовал хороший момент, а в начале второго – вместе с Юрием Ковтуном не сумел заблокировать удар Ивана Эльгеры, который и принёс «Реалу» победу. После игры в раздевалке вспыхнул конфликт. Тихонов высказал претензии Виктору Булатову за нерациональный удар с дальней дистанции в концовке. За Булатова вступился главный тренер Олег Романцев. Раздражённый поражением и реакцией наставника Тихонов в сердцах швырнул об пол бутсу. Этот эмоциональный срыв стал для Романцева последней каплей.
Сам Тихонов позже объяснял, что разговор с Булатовым был рабочим моментом, но Романцев воспринял его как непозволительное «пихание» от игрока, который сам провёл матч небезупречно. Романцев в своих мемуарах подтверждал эту логику: предъявлять другим может только тот, кто сам сыграл безупречно.
Решение об уходе и его обстоятельства
Решение было принято мгновенно. Уже в аэропорту по возвращении в Москву Романцев попросил генерального директора клуба Юрия Заварзина сообщить Тихонову, что тот больше не игрок «Спартака». Заварзин, выполняя поручение, отметил, что, хотя решение далось Романцеву непросто, Тихонов на тот момент стал «лишним» для команды.
Существует несколько версий причин, подтолкнувших Романцева к такому жёсткому шагу.
- Спортивная причина: затянувшийся спад формы. Романцев видел, что Тихонов «эмоционально выхолощен», ему и Егору Титову, по мнению тренера, требовались новые вызовы, чтобы избежать застоя. Тренер также готовил замену в лице молодого левши Артёма Безродного, чью игру ценил помощник Романцева Вячеслав Грозный.
- Финансовый вопрос: по словам Тихонова, одной из скрытых причин мог стать его разговор с Романцевым о задержках зарплаты, которые тогда случались в клубе. Как капитан, он пошёл выяснять этот вопрос, но Романцев, по воспоминаниям футболиста, очень не любил такие темы и отреагировал крайне жёстко.
- Внутриклубные интриги: Тихонов считал, что тренер Грозный, стремившийся продвинуть в основу своих протеже (Безродного и Калиниченко), «копал» под него и Титова, настраивая против них Романцева.
- Психологический аспект: сам Тихонов допускал, что корни холодности Романцева могли уходить в 1996 год, когда «Спартак» стал чемпионом под руководством Георгия Ярцева. Излишнее внимание СМИ к Тихонову после того успеха могло вызывать у Романцева ревность или раздражение.
Интересный эпизод произошёл уже после решения об уходе. По словам Тихонова, ему предлагали объявить, что уход связан с проблемами со здоровьем, чтобы сохранить лицо клубу.
«Когда «Спартак» со мной расставался, один товарищ, с которым мы сидели за столом, предложил: «Давай скажем, что у тебя болезнь?». Ответил: «Вы что, охренели? Я тогда вообще ни в одну команду не попаду».
Футболист наотрез отказался, понимая, что с такой репутацией ему не найти новую команду. Также ему сообщили, что трансферная стоимость для других клубов составит 700 тысяч долларов, но для главного конкурента – «Локомотива» – цена будет заведомо завышена.
Последствия и точки зрения
Расставание было резким и болезненным. Чтобы смягчить переход, Тихонова на несколько месяцев отправили в аренду в израильский «Маккаби» (Тель-Авив), а весной 2001 года он перешёл в «Крылья Советов». Позже Романцев в сердцах назовёт ушедших ветеранов (Тихонова, Кечинова, Бушманова) «отыгранными игроками», что в прессе трансформировалось в жёсткое «отработанный материал».
В краткосрочной перспективе решение Романцева казалось оправданным. «Спартак» без Тихонова блестяще доиграл сезон, вновь выиграл чемпионат и эффектно стартовал на втором групповом этапе Лиги чемпионов, разгромив «Арсенал». В команде, по словам Егора Титова, все поняли, что подобное может произойти с каждым, что создало здоровое напряжение.
Сам Романцев впоследствии объяснял, что хотел обоим игрокам – и Тихонову, и Титову – дать новый импульс для карьеры. Он считает, что переход пошёл Тихонову на пользу, позволив ему стать настоящим народным любимцем в «Крыльях Советов» и «Химках» и продлить звёздные годы.
Эпилог и примирение
Для болельщиков «Спартака» уход Тихонова стал травмой.. На трибунах появлялись плакаты «Тихонов навсегда». А сам футболист в Самаре доказал, что он далеко не «отыгран». Красивая точка в этой истории была поставлена в 2011 году, когда 40-летний Андрей Тихонов вернулся, чтобы сыграть прощальный матч уже в качестве легенды клуба.
Отношения между главными действующими лицами со временем нормализовались. Тихонов и Романцев периодически общаются, избегая, однако, копания в старых обидах. На прямой вопрос, признавал ли Романцев когда-либо ошибку, Тихонов отвечает: «Нет. Если бы он посчитал, что был неправ, то сказал бы… Если не говорит, значит, так и должно быть». Эта история так и осталась одним из самых драматичных и неоднозначных решений в истории «Спартака», в котором переплелись спортивная целесообразность, человеческие амбиции и суровая логика большого футбола.