— Это ты его сгубила! — надрывалась Мария Тимофеевна, тыча пальцем в сторону невестки. — Ты отняла у меня сына! Чего уставилась? Завтра же выметайся отсюда вместе со своим щенком! Ничего тебе не достанется. Я здесь одна хозяйка и наследница!
---
Павел был ребенком лишним. Осознание этого пришло к нему в пятилетнем возрасте — во время очередной семейной перепалки отец сорвался и заорал прямо в лицо:
— Одни беды от тебя! Зачем ты вообще родился? Я же говорил твоей матери — одного Коли нам вполне достаточно! Какая от тебя польза? Позорище одно! Перед соседями стыдно показаться. Зачем ты в чужой огород полез? Отвечай!
Мать тоже не отличалась теплотой. Для Марии Тимофеевны существовали только муж и старший сын. Николай был центром ее мира. Забота, ласка, внимание — всё доставалось ему. Пользуясь этим, Коля регулярно пакостил младшему исподтишка, а наказания неизменно обрушивались на Павла. Вероятно, именно поэтому он и вырос с постоянным ощущением злости на весь окружающий мир.
Разница между братьями составляла пять лет. Старшего баловали откровенно. На праздники Коля получал именно то, о чём мечтал. Паше же вручали что-нибудь случайное и недорогое. Однажды он не выдержал:
— Почему Коле купили новый конструктор, а мне — альбом и фломастеры? Это несправедливо!
— Тебе что, фломастеры — не подарок? — вспылил отец. — Маша, ты посмотри на него! Барин растёт! Неблагодарный!
— Павел, — тут же подключилась мать, — имей совесть! Мы купили то, что смогли. Сейчас тяжёлые времена, мы из последних сил стараемся вас одеть и накормить. Немедленно извинись перед отцом!
— Не буду! — сквозь слёзы кричал Паша. — Вы просто Колю больше любите! Я просил новые ботинки, а ты сказала — донашивай за братом! Они мне велики, мне в них ходить больно! Вот вырасту — всё сам себе куплю!
Карманных денег в семье не существовало. Точнее, иногда мелочь перепадала Коле, как старшему. Паше — никогда. В четырнадцать он пошёл работать: всё лето помогал соседям на стройке — мешал раствор, таскал цемент. Деньги честно заработал, но отец тут же их отобрал:
— Сюда давай. Я лучше знаю, куда потратить.
— Не дам! — взбунтовался Паша. — Я их заработал!
— Мал ещё что-то своё иметь, — сказал отец и, влепив затрещину, выдернул купюры из рук. — И не ной.
---
Из дома Павел ушёл сразу после совершеннолетия. Первые годы в городе были тяжёлыми: работа без выходных, съёмная комната в общежитии. В двадцать лет он встретил Арину. Они быстро сблизились и вскоре стали жить вместе. Для Павла она стала всем — поддержкой, смыслом, спасением.
Из бедности выбирались вдвоём. Арина работала наравне с ним. Через год они переехали в двухкомнатную квартиру. Павел начал хорошо зарабатывать, и эта новость моментально дошла до Николая.
— Ну здравствуй, исчезнувший, — раздалось в трубке. — Слышал, неплохо устроился?
— Говори сразу, зачем звонишь, — холодно ответил Павел.
— Вот как? Просто узнать хотел. Кстати, матери бы позвонил — переживает.
Разговор быстро оборвался, но внутри у Паши зашевелилось чувство вины. Он всё же позвонил.
Мария Тимофеевна была на удивление приветлива, долго расспрашивала и пригласила в гости. Услышав об Арине, добавила:
— Приводи и её. Пора забыть обиды. Мы семья.
Арина не возражала, и поездку запланировали на выходные. Павел был уверен — всё пройдёт спокойно.
Он ошибся.
С первого взгляда Марии Тимофеевне Арина не понравилась.
— По ковру в грязной обуви ходить необязательно, — процедила она. — Проходите.
На кухне начался допрос. Арина держалась спокойно, чем ещё больше раздражала хозяйку. Павел не выдержал:
— Хватит! Что вы творите? Мам, откуда в тебе столько злобы? Пойдём, Арина.
После этого примирения не случилось. Мария Тимофеевна регулярно звонила, поливая Арину грязью:
— Не пара она тебе. Ни семьи, ни корней. Гены неизвестно какие. Найди себе женщину с приданым!
— Не лезь в мою жизнь, — обрывал Павел.
Со временем мать сменила тактику. Причина была проста: дом в деревне она собиралась продавать. Деньги планировала вложить в две квартиры — себе и старшему сыну. Павлу отводилась роль лишнего.
Когда покупатели начали торопить, Мария Тимофеевна позвала младшего сына.
— Откажись от доли, — попросила она. — Мы всё продадим, а тебе отдам четверть деньгами.
Павел согласился. Деньги были нужны.
---
Прошло три месяца. Дом продали. Телефон молчал. Павел дозвонился с номера Арины.
— Денег нет, — отрезала мать. — Всё ушло на ремонт. Ты молодой, заработаешь. А Коле нужнее — у него семья.
Павел больше не звонил.
Семь лет он не общался с родными. За это время у них с Ариной родился сын, появилась квартира и дача. Жениться она не спешила. Павел не настаивал.
Квартира была оформлена на Арину — по настоянию Павла.
---
До тридцати пяти Павел не дожил.
После похорон Мария Тимофеевна устроила показную истерику, обвиняя Арину во всём. Коллеги Павла были в шоке.
На следующий день раздался звонок:
— Освобождай квартиру! — потребовала свекровь. — Вы не расписаны, всё моё!
— Ошибаетесь, — спокойно ответила Арина. — Эта квартира моя.
Она заблокировала номер и выключила телефон. Квартиру она сохранит. Даже если придётся пройти ад.