Акт I: Прописка для Лизы. Автовыбор роли - Спасатель.
– Лиза, давай системно! – говорила Маргарита. – Десять постов в день о кино – это же энергия! Сделай проект! Создай профессиональный блог для киношной Москвы!
Но её слова, трезвые и приземлённые, тонули, не достигнув цели, — одни в тёплом, хрустящем запахе пиццы, только что вынутой из печи кафе, другие — в сияющем пузыре Лизыных иллюзий.
– Ох, нет, это моё творчество! В мире денег, похоже, я никогда не получу знания, которые помогли бы мне что-то понять. И уж точно я не смогу заработать.
Лиза жила на те случайные деньги, что выпадали актрисе. Эпизодические роли, скудные гонорары. О рекламе и говорить не приходилось — из-за вечных опозданий она давно попала в чёрные списки кастинг-директоров.
– Лиза, но это нормально – зарабатывать деньги тем, что ты любишь! – продолжала убеждать Маргарита.
Лиза зажгла глаза, как два прожектора в театре.
– Я же говорю – у меня талант! Ты права! Давай ты будешь моим продюсером. Ты же разбираешься.
Марго почувствовала знакомое щемление в груди. То самое. Привет, внутренний Спасатель, он готовился выходить на сцену. Но Маргарита, заметив за приоткрывающейся дверью его тень, мысленно захлопнула её.
Она фыркнула, отодвигая чашку. Её отдел маркетинга когда-то приносил миллионы, но сама она ненавидела продавать.
– Милая, я тебе не продюсер. Я – твой друг с советами. Ищи продюсера там, где их ищут.
– Где? – с подлинным интересом спросила Лиза.
– Ну, не знаю… В продюсерских центрах. На питчингах.
Лиза задумалась на три секунды. Потом её лицо озарила хитрая, бесстрашная улыбка. Она встала, отодвинула стул и сделала пять шагов к центру кафе.
– Друзья! – её голос, поставленный в МШК, прозвучал на всю площадку. Несколько пар повернули головы. – Я – актриса и начинающий блогер. Ищу продюсера для серьёзного проекта о кино! – Она сделала паузу, наслаждаясь тишиной и вниманием. – Если среди вас есть смелые люди – мы сидим вот за тем столиком. Жду!
Она вернулась, плюхнулась на стул и смотрела на Марго победным взглядом. Марго сидела, прижав ладонь ко лбу, пытаясь сдержать смех, ужас и дикое восхищение.
Познакомились они в киношколе А. Митты. Лиза была как Маша из мультика «Маша и Медведь» – невероятно энергичный ураган в образе девушки и была младше Маргариты на 20 лет. Для Лизы весь мир был огромной, интересной игровой площадкой, а люди – либо участниками её игр, либо декорациями. Маргарита же была Кроликом с уютной, хорошо обставленной норкой и хронической болезнью «надо быть хорошей и ответственной».
Когда через месяц начался коронавирус, Лиза, всхлипывая в телефоне, рассказала душераздирающую историю про абьюзерную соседку-лесбиянку, в комнате которой она жила. И снова пришло знакомое щемление в груди. Привет, внутренний Спасатель, вышел таки на сцену, Волосатое Чудовище!
«Бедная Лиза, – подумала Марго, – оказаться в карантине запертой в одном пространстве с домашним тираном!» И сказала:
– Собирай вещи. Едешь ко мне в дом. Будешь жить у нас.
Это был голос не её, а её внутреннего Спасателя – большого, мохнатого и очень несчастного зверя, который всё время выл: «Нельзя же бросать человека в беде!» И ещё тихо пришептывал: «А как же иначе она оценит твою доброту?»
Акт II: «Дачка на прокачку». Проверка границ (Или «Потоп в норке Кролика, устроенный Машей»)
Полгода Лиза жила в доме Марго с комфортом незваной, но милой родственницы, которая решила, что дача – это навсегда.
Инцидент случился в четверг. Лиза нашла ванную Маргариты.
– У тебя тут особенная атмосфера, – сказала она, уже расстегивая халат с видом первооткрывателя. – Можно я тут? Для вдохновения.
– Да в доме же ещё три ванные! – забеспокоилась Марго, чувствуя, как её границы тихо скрипят.
– Но твоя – самая красивая. Я быстро!
Она не была быстрой. Она была увлечённой. Настолько, что, распевая песни во весь голос, забыла про кран. Вода вылилась из ванны, пересекла санузел и просочилась в гардеробную, где нежно обняла свежеуложенную инженерную доску.
Марго, привлечённая внезапно стихнувшей песней Лизы, застала картину: Лиза стояла посреди лужи, разглядывая разбухшую плашку.
– Ой, – сказала она с искренним удивлением, тыкая в пол носком, – а он, оказывается, водопроницаемый? Какой плохой производитель!
В тот вечер, когда Лиза пошла гулять по поселку, Маргарита впервые чётко поняла: их вселенные говорят на разных языках. В её мире «затопил» вело за собой: «извинись и исправь». В мире Лизы это было весёлое приключение, небольшой казус. Как у Маши: разбила вазу – «ой!» – и побежала дальше играть. Никакой обратной связи.
Но Спасатель был силён. Из года в год Лиза снова и снова объявляла чрезвычайное положение в своей жизни, а Маргарита играла заученную до зубов роль гостеприимного Кролика, заглушая тревожный голос Хозяйки.
Вот и этой осенью Маргарита выдала Лизе электронный ключ от своей квартиры, ведь бедная Лиза не могла жить в хрущёвке своего старого друга Серёжи, предоставившего той своё жильё. Но в квартире Сережи бегали тараканы и мыши-монстры, с которыми равнодушный Серёжа не хотел бороться, живя в другой своей квартире.
– Поживи иногда у меня, – опять поддалась жалости Маргарита и дала Лизе запасной электронный ключ от своей квартиры.
«Иногда» растянулось на месяц. Лиза возвращалась под утро, наполненная новостями с кинофестивалей, мастер-классов по криптовалюте, торговле акциями, актёрскому мастерству, кружка кройки и шитья, пения и рисования. Марго, после химиотерапии ценившая сон как воздух, до полудня ходила по своей квартире на цыпочках, охраняя сон дорогого, но совершенно непрошеного гостя. Как Кролик, который не может выгнать Машу, потому что та уснула в его кресле.
Перед Индией Марго поставила ультиматум:
– Лиза, мне нужен покой. Возвращайся до десяти.
– Конечно, родная! Ты же знаешь, я всё понимаю! – Лиза закивала с такой искренностью, что хоть святых выноси.
В тот же вечер Лиза вернулась в одиннадцать. На следующий – в полночь. На третий Марго перекодировала электронный замок. Сообщила об этом сухо: «Твой ключ не работает. Я предупреждала».
Телефон взорвался гневными голосовыми.
– ТЫ ЧТО, СЕРЬЁЗНО?! Я ДУМАЛА, ЭТО ТЫ ТАК… ПОШУТИЛА!
Марго не отвечала. Она устала. Устала быть Кроликом, который пытается объяснить Маше правила игры в крокет.
Акт III: Новые правила. Где лежит инструкция по обращению с «Машей»
В Индии, в ашраме, пришло новое послание. Многосерийное. Лиза написала не просто сообщение. Она запустила многоуровневую операцию по захвату внимания, закодированную в три серии.
Серия 1:
Хроники страдания. Текст дышал тоской одинокого эльфа, заблудившегося в жестоком мире денег и тупых мужчин. Депрессия, безысходность, вселенная, которая с завидным постоянством подкидывала ей равнодушных Серёж и жадных Дим.
Серия 2:
Поле чудес в стране дураков. «Мне срочно надо войти в мир недвижимости! У меня талант! Я же чувствую рынок!» Ни плана, ни знаний — только непоколебимая уверенность, что дверь в этот мир должна вручить ей именно Маргарита. Желательно, вместе с ключами от своей квартиры.
Серия 3:
Арт-обстрел комплиментами. Финальный залп. «Ты моя единственная... ты такая исключительная... только ты можешь...» Слова сыпались как конфетти — ярко, празднично, но это был залп по пустому залу. Марго вышла из зрительного зала этого кино.
Маргарита, только что вернувшаяся с вечерних баджанов, села на теплые каменные ступени ашрама. Воздух, густой от запаха сандала и жасмина, ещё дрожал от недавних мантр. Он был пропитан всеобщей, безлично-доброжелательной любовью — той, что ничего не просит взамен. После действенной простоты Вали, которая просто «сделала», текст Лизы читался как трейлер очередного сезона сериала «Спасение Лизы». Премьера сегодня.
Маргарита вздохнула, и этот вздох стал мостиком обратно в мир, где её личность снова была кому-то нужна, как инструмент или спасательный круг.
ЛИЗА: Ой, знаешь, что я придумала? Я бы к тебе приехала! Пока ты в Индии. Я бы в твоей квартире воздух проветрила! А то я не могу больше жить в этой ужасной квартире Серёжи!
МАРГО: Спасибо. Не надо. Я люблю воздух своего дома. Дом ждёт хозяйку.
ЛИЗА (через три секунды): Ну тогда я хотя бы цветочков куплю! Поставлю в твою симпатичную вазочку на столе! Представляешь, как приятно будет вернуться?
«Атака на поражение, – мысленно констатировала Марго. – Цветы как троянский конь. Сначала ваза, потом – „ой, я тут пару дней перекантуюсь, пока идут показы во ВГИКе“, потом – „помоги с бизнесом (съёмками, ремонтом, банкротством) … ты же единственная, у кого хватит ума это понять / решить».“
– Цветов не надо, – сказала Марго.
Пауза длилась не больше секунды:
– Ну, Марго… Ну ладно… Я же просто хотела сделать приятно. А ключ… новый… ты же можешь дистанционно сделать? Я бы зашла, полы протёрла… – голосок Лизы стал тихим нежным колокольчиком, грустным, трогательным и беззащитным.
И вот тут в груди у Маргариты опять ёкнуло. Старый, верный Спасатель проснулся. Он был с большими и печальными глазами, смотрящими прямо в душу: «Ну что тебе стоит? – зашептал он. – Человек же страдает! Мать у неё рано умерла, мужчины – козлы, карьера не складывается! Дай ей ключ! Пусть хоть полы помоет! Это же благое дело!»
Спасатель был силён. Он годами правил бал в её душе. Именно он всегда давал приют Лизе.
Но теперь рядом стоял кто-то другой. Хозяйка. Та, что знала цену своему пространству, воздуху и тишине.
Хозяйка молча посмотрела на Спасателя. Не зло, не гневно. С лёгкой усталостью. И сказала всего одно слово, обращаясь к Лизе, но глядя на него:
– Нет.
Она не стала объяснять Лизе, что дистанционно – может. Что полы – не проблема. Что жалко – да. Она просто сказала: «Нет. Ключа не будет».
Марго не хотела совсем убирать из своей жизни Лизу. У Лизы было то, чего не было у Маргариты:
1. Абсолютная бесстрашность и спонтанность. Без внутреннего цензора, говорящего «а что подумают люди?». Это качество восхищало Маргариту. Она, вечная «ХОРОШАЯ ДЕВОЧКА», прежде чем шагнуть, десять раз проверяла почву под ногами и осматривалась по сторонам. Лиза не знала, что игра идёт, — она просто носилась по полю, радостно сметая все фигуры и рисуя новые ворота там, где ей было удобно.
2. Невероятная энергия и авантюризм. Она жила как персонаж авантюрного романа: ниндзей просочиться на закрытую премьеру, найти спонсора в кафе, отправиться на другой конец страны автостопом на кинофестиваль. Она вносила в жизнь Маргариты элемент непредсказуемого праздника и драйва, которого той не хватало в её выстроенной, ответственной жизни.
3. Актерское обаяние. Её выходка в кафе – не просто наглость, а перформанс. Она умела превращать жизнь в игру и вовлекать в неё других. С ней не было скучно. Она была той самой Машей, которая прибегает и устраивает суматоху, – утомительно, но и весело.
4. Щедрость на эмоции и комплименты. Лиза мастерски разбрасывалась признаниями в исключительности Маргариты. «Ты моя единственная», «ты гений», «только ты можешь» – это был эмоциональный сахар, на который «подсаживалась» Маргарита-Достигатель, вечно сомневающаяся в своей ценности и жаждущая признания.
5. Преданность в своём понимании. Она искренне считала Маргариту своим главным (а часто и единственным) другом и спасителем. Эта иллюзия избранности льстила Марго, пробуждая в ней материнский и покровительственный инстинкт («я для кого-то – последняя надежда»).
Но быть гостеприимным Кроликом, у которого Маша съедает все запасы, устраивает потоп, долго и яростно спорит, размазывая любые границы, как варенье по блинчику, она больше не могла.
Значит, нужны были новые правила. Не для Лизы-Маши — с ней договориться было нельзя. Правила для самой себя. Для той самой кнопки в душе, на которую Лиза нажимала, мастерски разыгрывая очередную жалобную историю. Кнопки, от звука которой вскакивал, готовый к действию, разбуженный верный Спасатель.
Маргарита взяла листок бумаги. Она вывела пять фраз. Пять щитов от «Маши», которую невозможно остановить, но можно написать 5 ритуальных заклинаний, которые не подлежат обсуждению и которые нужно научиться декламировать Марго как погоду.
1. Я подумаю. (Пауза. Без мгновенного «да» или «нет».)
2. Мне это не подходит. (Моё решение не предмет для торга.)
3. Это не обсуждается. (Стоп-слово для вечного спора.)
4. Это твоя зона ответственности. (Возврат мяча на её сторону поля.)
5. Разговор окончен. (Физическое и ментальное завершение.)
Она спрятала листок в чемодан, рядом со страховкой и паспортом – в отдел «Документы для выживания в собственном доме».
Индийский вечер был сладкий и тёплый. Где-то смеялась Валя, наверное, торгуясь за новые серёжки. Спасатель ворчал в углу, но ему выделили только диван и плед. Права голоса – лишили.
И теперь главное было – не забыть, в каком кармашке лежит тот самый инструкция-листок.
---
Вам знаком этот внутренний Спасатель, который шепчет: «Помоги, нельзя же бросать!»? Как вы с ним договариваетесь? И есть ли у вас свои «заклинания Хозяйки»? Поделитесь в комментариях фразами, которые охраняют ваши границы.
---