Найти в Дзене
Просто блог

«Частота 17.4»: антиутопический рассказ о сигнале надежды

Он настроил частоту — и в этот миг понял: они не смогут заглушить его сигнал. В Метрополии‑9 радиочастоты давно стали ресурсом. Их контролировали: Марк Т‑417 работал техником в Департаменте спектрального надзора. Его задача — выявлять и глушить «несанкционированные эфиры»: подпольные радиостанции, самодельные передатчики, «заражённые» частоты. — Ты делаешь мир стабильнее, — повторял куратор. — Меньше волн — меньше хаоса. Но каждую ночь Марк спускался в заброшенный подвал и собирал собственный передатчик. Всё изменилось в день планового сканирования. Имплант‑анализатор вдруг выдал: «Спектральная нестабильность: 91 %. Риск распространения „заразных сигналов“. Протокол 17.4». Его Меди‑код сменился на жёлтый. На запястье появился браслет с мигающим кодом. — Это ошибка! — крикнул он. Инспектор даже не поднял глаз:
— Вы превысили квоту на «аномальные гармоники» в личных сообщениях. Теперь вы — носитель риска. Ему выдали инструкцию 17.4: Но Марк нарушил всё. Он придумал частотный шифр: В журн
Оглавление

Он настроил частоту — и в этот миг понял: они не смогут заглушить его сигнал.

Глава 1. Город, где молчат волны

В Метрополии‑9 радиочастоты давно стали ресурсом. Их контролировали:

  • Спектральные квоты — лимит на «несанкционированные передачи» в сутки;
  • Глушилки — стационарные установки, блокирующие «опасные» частоты;
  • Архивы тишины — базы данных с «нейтрализованными» сигналами.

Марк Т‑417 работал техником в Департаменте спектрального надзора. Его задача — выявлять и глушить «несанкционированные эфиры»: подпольные радиостанции, самодельные передатчики, «заражённые» частоты.

— Ты делаешь мир стабильнее, — повторял куратор. — Меньше волн — меньше хаоса.

Но каждую ночь Марк спускался в заброшенный подвал и собирал собственный передатчик.

Глава 2. Диагноз как клеймо

Всё изменилось в день планового сканирования. Имплант‑анализатор вдруг выдал:

«Спектральная нестабильность: 91 %. Риск распространения „заразных сигналов“. Протокол 17.4».

Его Меди‑код сменился на жёлтый. На запястье появился браслет с мигающим кодом.

— Это ошибка! — крикнул он.

Инспектор даже не поднял глаз:
— Вы превысили квоту на «аномальные гармоники» в личных сообщениях. Теперь вы —
носитель риска.

Глава 3. Правила подавления

Ему выдали инструкцию 17.4:

  1. Не использовать частоты ниже 17 кГц.
  2. Избегать «нелинейных модуляций».
  3. Говорить только по шаблонам из Приложения Б.
  4. Сдавать журнал записей для «спектральной проверки» каждые 24 часа.
  5. Не контактировать с другими носителями риска.

Но Марк нарушил всё.

Глава 4. Тайный код

Он придумал частотный шифр:

  • 17.4 Гц = свобода;
  • 440 Гц = сопротивление;
  • 1 кГц = память;
  • 10 кГц = надежда.

В журнале появлялись записи:

«Сегодня поймал 17.4. Настроил 44 Newton. 1 кГц помнит. 10 кГц не погас».

Сосед по блоку, молчаливый радиолюбитель, однажды оставил у его двери старый конденсатор и записку:

«Сигнал — это пульс. Пусть он бьётся».

Глава 5. Первые импульсы

Марк начал транслировать послания на «слепых частотах» — диапазонах, которые глушилки пропускали:

  • в промышленных зонах;
  • под мостами;
  • на крышах заброшенных зданий.

Его сигналы становились вирусными:

  • «Волны — это корни. Не дайте их оборвать»;
  • «Тишина — не мир. Это глушилка»;
  • «Мы — эхо тех, кого пытались стереть».

Однажды он увидел, как подросток настраивает приёмник на 17.4 Гц. Тот встретился с ним взглядом и прошептал:
— Я слышу.

Глава 6. Охота на частоту

Через месяц его вызвали в Отдел спектрального контроля.
— Вы распространяете «заразные гармоники», — сказал инспектор, тыкая в экран. — Вот: 17.4, 440, 1 кГц. Это код?

— Это просто частоты, — ответил Марк.
— Частоты — это оружие, — отрезал он. — Вы переведены в
красный статус. Завтра — изоляция.

Ночью он разобрал передатчик. Но перед этим записал все частоты на кожу — чернилами, которые не смывались.

Глава 7. Последний сигнал

Утром, когда за ним пришли, он встал перед камерами и начал транслировать. Громко, чётко, без фильтров:

«Я — Марк Т‑417. Я помню частоты. Я помню имена. Я помню, как звучит 17.4. Как бьётся 440. Как живёт 1 кГц. Вы можете забрать моё тело, но не мой сигнал. Потому что мой сигнал — это тысячи других сигналов. Это эхо тех, кто молчал до меня. Это крик тех, кто заговорит после».

Охранники схватили его, но его волна уже расползалась по эфиру — кто‑то записал трансляцию и пустил в обход глушилок.

Эпилог. Волна звука

Спустя неделю:

  • В промышленных зонах люди настраивали приёмники на 17.4 Гц;
  • На крышах появлялись самодельные антенны;
  • Дети рисовали волны и частоты на асфальте.

А где‑то в изоляторе Марк сидел в камере с глухими стенами. Но он улыбался. Потому что слышал эхо:

«17.4 звучит. 440 бьётся. 1 кГц помнит. 10 кГц не погаснет».

Ключевые мысли рассказа:

  1. Сигнал — это территория свободы. Его нельзя полностью заглушить.
  2. Даже один импульс может запустить цепную реакцию.
  3. Сопротивление начинается с малого — с одной частоты, одного кода.
  4. Память сильнее страха: то, что записано в волнах, не стереть.
  5. Тишина — не согласие. Это пауза перед бурей.

Символика:

  • Жёлтый браслет — метка «неблагонадёжности»;
  • Передатчик — инструмент сопротивления;
  • 17.4 Гц — символ свободы;
  • Журнал записей — хранилище памяти;
  • Волна — неуничтожимая надежда.

Финал: открытый. Система усиливает глушение, но сигналы уже живут своей жизнью. Они — как семена, которые рано или поздно прорастут.