Когда за окном темнеет рано, а мороз рисует на стёклах серебристые леса, самое время зажечь свечу, завернуться в плед и открыть томик сказок Степана Писахова. Не просто книгу — а дверь в мир, где чудеса живут не только в праздничную ночь, а каждый день, стоит лишь правильно на мир посмотреть.
Эти истории пришли к нам из деревянного дома на поморской улице, где жил седой сказочник с глазами, полными доброй хитрости. Он не выдумывал свои сказки — он подслушал, как шумит сама северная жизнь, как перешёптываются между собой ветер и сосны, как смеётся над человеческой серьёзностью бескрайняя снежная пустыня.
Сеня Малина — не просто рассказчик, а старый друг
Знакомьтесь: Сеня Малина. Мужичок из деревни Уйма, что под самым Архангельском. Если бы у русского Севера было сердце, оно бы билось именно его голосом — немного грубоватым, бесконечно тёплым, с морозной искоркой в каждом слове. От его имени и льются эти истории — не сказки даже, а бывальщины-небывальщины. Те, в которые хочется верить, потому что от них становится светло и радостно на душе.
Это разговор не с писателем, а с тем самым мудрым дедом, что сидит у печки, попивает травяной чай и рассказывает такое, от чего взрослые, солидные люди вдруг начинают улыбаться, как дети. И в этой улыбке — самое главное волшебство.
Сундук с новогодними диковинками: что хранят писаховские сказки?
Давайте заглянем в этот волшебный сундук и достанем оттуда несколько историй — не для детей, а для тех, кто помнит, каково это — верить в чудо.
«Северное сияние» — когда небо становится частью дома
Представьте: не нужно гнаться за авророй с фотоаппаратом. У жителей Уймы она — домашняя, почти ручная. Девчонки после бани, смеясь, дергают с неба зелёные и сиреневые пряди, словно шёлковые ленты. Связывают в пушистые пучки и вешают под потолком — сушиться, будто душистые травы. А потом, в долгий зимний вечер, кусочек сияния можно слегка смочить тёплой водицей и зажечь. И комната наполнится не просто светом — а живым, дышащим сиянием, которое очищает воздух и пахнет... пахнет далёкими звёздами и свежестью первого снега. А бабушки вплетают светящиеся ниточки в косы внучкам — и те идут по деревне, словно ходячие звёзды.
Почему это — новогоднее чудо? Потому что это искусство превращать великое в близкое, небесное — в уютное. Как мы зажигаем гирлянды и свечи, создавая в доме свой, маленький, тёплый мирок света. Писахов напоминает: чудо не где-то далеко. Оно тут, стоит лишь протянуть руку.
«Морожены песни» — когда слова можно потрогать
В старину, сказывают, морозы были такие, что прямо в воздухе слова застывали. Ласковое словечко — падало звонкой ледышкой, похожей на хрустальную слезинку. Песня и вовсе замерзала длинным-длинным кружевом, которое переливалось всеми цветами радуги. Деревенские красавицы собирали эти диковинные украшения и развешивали на окнах, на воротах. А потом приезжие гости увидели эту красоту и... стали заказывать песни на экспорт. Целые корабли увозили в далёкие страны ящики, набитые замороженными русскими напевами.
Почему это трогает сердце? Ведь все мы под Новый год дарим друг другу слова — пожелания, тосты, простые «люблю» и «спасибо». Сказка дарит нам волшебную картинку: а что, если бы все эти тёплые слова не исчезали, а оставались висеть в воздухе, тихо позванивая, как ледяные колокольчики? Наши новогодние разговоры — это и есть те самые «мороженые песни», которые годами хранят тепло.
«Ледяной потолок над деревней» — как построить свой мир
Обиделись как-то уймовцы на несправедливость — да так, что от общего возмущения всей деревне стало жарко. А на улице — лютый мороз. Столкнулись жар и стужа — и над всей Уймой вырос прозрачный ледяной купол, как хрустальная колпак. Под ним стало уютно и светло, словно в огромной зимней комнате. Снег перестал холодить, и даже овощи на огородах продолжили расти. А деревню со стороны и не видно стало — спряталась она, как жемчужина в раковине, только для своих.
Почему в этом кроется главный новогодний секрет? Разве не этого мы все хотим в канун праздника? Создать вокруг себя и близких особое, защищённое пространство, наполненное теплом и светом. Чтобы всё плохое осталось за волшебной границей. Сказка говорит: это возможно. Нужно лишь всем вместе захотеть этого по-настоящему.
Почему эти истории — лучший подарок взрослой душе под Новый год?
- Они согревают, как глинтвейн. От них веет не книжной пылью, а ароматом свежей хвои, печёных яблок и воска от свечей. Они возвращают нас в то состояние, когда мир кажется большим, добрым и полным тайн.
- Они лечат серьёзность. Мы, взрослые, слишком часто забываем, что можно смотреть на мир весёлыми, немного озорными глазами. Что можно «разгорячиться» от возмущения так, чтобы пар пошел, или приручить северное сияние, как котёнка. Писахов даёт разрешение на эту лёгкость.
- Они говорят на языке домашнего чуда. Волшебство у него — не в замках и драконах, а в простых, но удивительных вещах: в песне, которую можно сплести, в слове, которое можно увидеть, в тепле, которого хватит на всю деревню. Это очень родное, уютное волшебство.
- Они дарят ощущение корней. Его язык — это напевный, певучий, образный говор севера. Читая его, будто слышишь скрип снега под полозьями, чувствуешь вкус парного молока и видишь, как за рекой вспыхивают первые огоньки. Это путешествие без билета в ту самую, настоящую, сказочную Русь.
Новогодняя ночь — тонкое время. В нём стирается грань между «было» и «может быть». И в эту трещинку между мирами так легко проскользнуть, взяв за руку Сеню Малину.
Так что когда отзвенят бокалы, догорит бенгальский огонь и наступит та самая, тихая, задумчивая часть праздника — откройте окно в этот удивительный мир. Пусть северное сияние, заправленное в книгу вместо закладки, осветит ваши сны. Пусть «мороженые песни» прошлых лет тихонько оттают в памяти, напоминая о самом добром.
И помните главное, о чём шепчут все сказки Писахова: чудо — не где-то. Оно здесь. В способности удивляться, в смехе сквозь мороз, в тепле протянутой руки.
С Новым годом, с новым чудом. И пусть в вашем доме всегда будет своё, маленькое, тёплое северное сияние.