Во все времена среди людей, живущих по принципу «делай, как другие делают, как до меня делали» были личности, которых не устраивал такой подход к жизни. Была у них тяга к новому, было стремление что-то улучшить, изменить, устроить жизнь по-новому.
Был и среди моих предков такой человек. Вот только в детстве не уточнил у бабушки степень родства: был это прадед или прапрадед по бабушке, а теперь спросить уже не у кого. Жил в Зиргане крестьянин — хлебороб, как все работал, держал скотину, растил детей. Лишнего не пил, жену не бил, ел щи да кашу, пил чай с матрешкой, заваренный в чугуне. С солнцем ложился, с солнцем вставал, а если для какой- нибудь работы дня не хватало, зажигал лучину и делал ее ночью. По воскресеньям регулярно ходил на базар, но денег с собой не брал – чтоб не израсходовать ненароком. В одно из воскресений прибегает он с базара, запыхавшись: «Бабы, дайте денег, на базаре самовар продают». Жена с понятием была, без лишних слов ассигновала мужа.
Вернулся с самоваром. Собралась вся семья и соседи сбежались. Молодые женщины сбегали к колодцу, принесли свежей воды. Не доверяя никому, дед лично заливает воду в трубу самовара – она, естественно, вытекает через нижние отверстия (поддувало). Бабка в панике и, не выбирая выражений: «Старый дурак! Худой купил! Неси обратно пока купец не уехал!»
Дед в панику не впадает, продолжает разбираться с этой сложной конструкцией, приговаривая: «Подождите, бабы. Не должно так быть, не должно!» Нашел крышку в самоваре, открыл, разобрался! Вот куда воду-то надо заливать!!!
Залили – не течет! Засыпали в трубу углей, лучинок, для розжига. Зажгли, Вскипятили. Заварили. Разлили по чашкам — аромат, вкуснотища, совсем не то, что чай из чугуна! Жить стало лучше и, кажется, даже сытнее.
Прогресс в Зирган шел семимильными шагами. Не прошло и года, опять прибегает мой предок с базара: «Бабы, дайте бутылку и деньги, карафил привезли». Деду доверие полное – без лишних разговоров нашли пустую бутылку, бабка достали из сундука деньги.
Принес бутылку керосина. Наученный горьким опытом, в этот раз он получил полный инструктаж у продавца, как им пользоваться.
Под руководством деда женщины из ниток скрутили тесьму, пропустили ее через пуговицу, опустили длинный конец тесьмы в бутылку, короткий подожгли — избу всю осияло! Не то, что с лучиной!
А главное, производительность труда при ткачестве холста в ночное время увеличилась в 2 раза!
С лучиной ткать приходилось вдвоем. Одна женщина ткала, вторая меняла быстро сгорающие лучины и тушила их в лохани с водой. При наличии в семье третьей женщины, девушки или девочки, нередко организовывалась круглосуточная работа. В этом случае, поочередно, одна из трех ткачих могла спать.
Мужчинам жить тоже стало легче — отпала необходимость заготавливать, щипать и сушить лучину. Жить стало совсем хорошо!
А еще потом, мой предок принес с базара лампу, затем стекло к этой лампе и, когда появлялись деньги для покупки карафила, этот верх цивилизации освещал избу почти как днем.
Иногда, задумываюсь, почему мне часто хочется сделать не так, как все люди делают, не так как было до меня? Хочется упростить, улучшить. Может до меня дошли гены того предка? А может мое творчество вперед толкает главный двигатель прогресса, которого мне не занимать – моя ЛЕНЬ?