— Мама, я на работу ходила! — важно мне заявляет дочь по дороге домой после садика.
Заодно рассказывая, какой там был вкусный обед, но дома у мамы, конечно, еще лучше.
Это был первый день, когда Катя провела в садике как положено, свои 10 часов. Мне кажется, что так долго после разлуки меня она давно уже не обнимала. А видели бы вы в этот момент ее глаза! Мне казалось, будто я и предала ее, и подвела к желаемому — сразу одномоментно.
И вроде бы в садике весело. Иначе бы кто подскакивал с кровати с утра под первые уговоры: «Вставай». Даже несмотря на крепкий сон. И стоит лишь открыть глаза, как сразу же все начинает шуметь и торопиться. А с другой стороны, видно, что, если бы я была с ней в садике, было бы веселее.
И дома наступила долгожданная тишина. А мне в ней деть себя особо некуда. Потому решение выйти на работу не заставило себя долго ждать.
— Мама, а ты тоже работаешь? — продолжает дочь.
— Ох, работ и забот много, но скоро еще прибавится, — улыбаюсь я.
И в ее вопросе чувствуется, что это уже не совсем малыш. Прав ли был дедушка-сосед, что «в садик пойдет — детство закончится». Не совсем, конечно, закончилось. Но точно стало другим. И мы теперь не стоим на месте.
— А больше всех мне нравится подруга Маша. Она хорошая, — отмечает Катя.
Да, по вечерам тем для разговоров теперь не сосчитать. И сил на игры будто стало больше.
Снова все чаще хочется жалеть. Ну хоть и умеет она сама одеваться, стараешься теперь помочь. И лишний раз погладить. Или улыбнуться. Вдруг за день она не получит свою дозу заботы.
— Мама, кусай! — будто зеркалит меня дочь, подавая свою булочку.
— З — заботушка, — говорю я под милую улыбку дочери.
И мы смеемся. И все вокруг нам улыбается.
