В СССР у него было всё, о чем только может мечтать человек. И не обязательно советский. Связи, огромное влияние, признание, достаток. Он был вхож туда, куда даже знаменитые и обласканные властью не всегда получали доступ. Его знал весь московский бомонд 50-х, вокруг всегда вились стайки молодых и красивых женщин, а он, казалось, вовсе не кичился своим положением. Был доступен и прост в общении, никогда не отказывая в помощи.
В самых разных компаниях я часто встречал киносценариста и драматурга Юрия Кроткова. Хотя он был старше меня лет на десять, никогда не настаивал, чтобы его звали Юрий Васильевич, был весьма демократичен, безукоризненно воспитан, широк и умен, - так описывал своего знакомого советский писатель и журналист Эдуард Хруцкий. - Выше среднего роста, темные волосы, чуть тронутые сединой, внешне весьма импозантный мужик. Он всегда появлялся с первоклассными дамами, в основном актрисами. Вполне естественно, сценаристов всегда любили актрисы... Юрий Кротков, «находился в центре половой жизни Москвы». Изумительный рассказчик, Кротков знал необычайное количество веселых и занятных историй. Во многих он принимал непосредственное участие, хотя его роль в них частенько была не самая героическая. Но он совершенно не стеснялся, что слушатели могут воспринять его человеком, попавшим впросак...
Живое воплощение успешного успеха и пример выдающихся достижений коммунистической партии. Ведь уже в то время Юрий Кротков, известный драматург и сценарист, жил при коммунизме, который Никита Сергеевич Хрущев только пообещает построить к 1980-му году.
Коммунизм уже был построен. Но лишь для избранных. И Кротков был из их числа. Он всегда находился в гуще событий, общественной и культурной жизни Москвы, принимал участие в международных мероприятиях и легко открывал любые двери, оставаясь загадкой для непосвященных.
В 1959 году в Москве открылся Первый международный кинофестиваль. Штаб его находился в гостинице «Москва», там же жили и именитые гости. В ресторане на седьмом этаже гостиницы расположился Пресс-бар, работавший практически круглые сутки. Впервые в Москве в открытой продаже появились фирменные сигареты и всевозможные напитки. Все любители развлечений стремились попасть в это увлекательное место, - рассказывал в своей книге "Тени в переулке" Эдуард Хруцкий. - Но пройти в гостиницу было непросто. Туда пускали только людей, аккредитованных на фестивале...
Ах, этот Пресс-бар, кусочек сладкой жизни, которую мы видели только в кино!
Внизу, на улице, шла привычная жизнь с призывами партии, путевками комсомола, а на седьмом этаже играл лучший московский джаз, танцевали с нашими кинодеятелями жгучие мексиканские красавицы...
Конечно, почти каждый вечер там появлялся обаятельный Юра Кротков в окружении целого цветника очаровательных девиц. Каждый человек, аккредитованный на фестивале, носил на груди значок. У меня на нем было написано «Пресса», у многих – «Гость», а у Кроткова висел самый престижный знак – «Участник». Эти знаки давали только тем, чьи фильмы были выставлены в конкурсной и внеконкурсной программах.
Какой фильм сценариста Кроткова участвовал в показе, не знал никто.
Да и вообще мало кто знал в то время, благодаря чему драматург взлетел на советский Олимп. Он написал сценарии для нескольких кинолент, которые не стали шедеврами, в театре поставили его пьесу, не снискавшую положительных отзывов зрителей.
Истина открылась позже.
В открытом доступе не сохранилось фотографий, которые можно было бы со 100% вероятностью идентифицировать, что на них изображен именно Юрий Васильевич Кротков. Советский драматург, сценарист, тайный агент КГБ, выполнявший деликатную работу для родной страны.
И это вовсе не удивительно. В СССР его вымарали ото всюду после позорного бегства на Запад. А там ему не удалось добиться большого успеха...
Он родился 11 ноября 1917 года в одном из старейших грузинских городов - Кутаиси в интеллигентной семье. Отец был художником, мать - драматической актрисой. Поговаривали, что отцу покровительствовал сам Берия - когда-то художник написал его портрет, и Лаврентий Павлович остался очень доволен. А ярым поклонником творчества матери являлся небезызвестный Богдан Кобулов. Что, возможно, в итоге и определило судьбу Кроткова.
В 1940 году будущий драматург после смерти родителей перебрался в Москву, поступил в Литературный институт, но проучился там только год. Начавшаяся 22 июня 1941 года Великая Отечественная война спутала все карты.
Почему его не призвали на фронт, а отправили в эвакуацию - сегодня едва ли кто скажет. Возможно, помогли высокопоставленные знакомые, а может, была иная причина. Но в столицу он вернулся только спустя полтора года и обнаружил в своей квартире посторонних людей.
Все было чрезвычайно просто. Домоуправ банально продал жилплощадь эвакуированного студента, - рассказывал Эдуард Хруцкий. - В те годы в Москве такие истории случались весьма часто. Квартиры эвакуированных продавали за ценности и деньги...
Кротков не растерялся и обратился в органы. И в кратчайшие сроки вопрос решился с пролетарской прямотой. Его жилплощадь освободили, а прежние жильцы - семья известного и чрезвычайно полезного для государственных нужд инженера, эвакуированного с Украины - въехали в квартиру домоуправа, который отправился валить лес.
Позже Юрий Кротков при помощи всё тех же людей из НКВД смог устроиться на работу в ТАСС и на московское радио, а в 1946 году согласился сотрудничать с контрразведкой. То ли из благодарности, то ли из чувства долга, то ли желая жить на широкую ногу.
Высокий, стройный, с красивой копной темно-каштановых волос и
напряженно-выразительным лицом, он мог учтиво говорить по-английски или по-русски об искусстве, истории и выдающихся советских личностях. Вскоре он научился использовать жажду западных гостей к общению с русским народом, - описывал Юрия Кроткова американский журналист-расследователь Джон Бэррон в своей книге «КГБ: тайная работа советских секретных агентов», ставшей бестселлером в 1974 году. - В операциях по привлечению иностранцев к сотрудничеству с госбезопасностью Юрий Кротков был звездой КГБ. Со времен Второй мировой войны он пытался заманить множество чиновников и журналистов в различные ловушки, включая дипломатов из Америки, Австралии, Англии, Канады, Франции, Индии, Мексики, Пакистана и Югославии...
Необычайно коммуникабельный, с искрометным чувством юмора и широким кругозором он легко входил в контакт с нужными людьми. Да и статус успешного драматурга и киносценариста этому только способствовали. Он быстро установил контакты в среде творческой интеллигенции, писателей и сценаристов, дружил с семьей Бориса Пастернака и был душой любой компании, умея нравится женщинам. Которых безжалостно вербовал для работы на МГБ.
В основном это были актрисы и модели, с которыми он знакомился на Мосфильме или на репетициях в театре. Которым обещал "золотые горы": доступ в круги советской элиты и хорошо оплачиваемую работу с иностранцами. В качестве оплаты девушки получали лучшие роли, деньги и украшения, модную заграничную одежду, практически недоступную или жутко дорогую в СССР.
Своих подопечных Кротков никогда не обманывал, и они платили ему взаимностью.
КГБ требовались девушки, девушки, девушки, красивые, с некоторым знанием английского или других языков. Мы называли их ласточками, говорил Юрий Кротков членам Подкомитета Сената США в 1969 году. - КГБ были нужны ласточки. Это сленг...
Его благожелательно приняли в среде работавших в Москве иностранных дипломатов, а он с удовольствием организовывал для них светские тусовки, в которых принимали участие советские звезды первой величины, среди которых встречались и знаменитый режиссер Сергей Бондарчук, маститый литератор, автор советского гимна Сергей Михалков, и многие другие.
Но разве можно было заподозрить этих людей в сотрудничестве с органами госбезопасности?
Ни в коем случае нельзя подобное утверждать, - говорил историк спецслужб, полковник в отставке Олег Хлобустов. - Хотя среди представителей мира искусства, театрального, кинематографического, литературного, были самые разные люди, там все могло происходить...
Поворотным моментом в карьере Юрия Кроткова стала начатая в 1956 году советскими контрразведчиками операция "Галант", санкционированная на самом верху и проводившаяся под руководством и при непосредственном участии генерала КГБ Олега Грибанова. В разработку попали высокопоставленные французские дипломаты: посол Пятой республики в Москве Морис Дежан и военный атташе посольства Луи Жибо. А также их жёны.
Отличавшийся изрядной долей авантюризма Олег Грибанов устроил грандиозный спектакль, растянувшийся на несколько лет, одну из главных ролей в котором играл Юрий Кротков со своими девушками. А на ролях статистов оказались задействованы многие известные в СССР писатели, актеры, режиссеры и чиновники. Всего около 200 человек. Сам Олег Михайлович примерил на себя образ могущественного члена Совета Министров СССР Олега Горбунова.
Все мы были марионетками генерала Грибанова, — позже отмечал Кротков.
В итоге Морис Дежан попал в удачно расставленные генералом Грибановым сети, согласившись сотрудничать с КГБ. А вот полковник Луи Жибо, увидев компрометирующие материалы, предпочел свести счеты с жизнью.
Позже Юрий Кротков уверял, что именно смерть французского атташе стала причиной его бегства на Запад.
Для Кроткова смерть Жибо была не самоубийством, а убийством, - рассказывал Джон Бэррон в своей книге. - Внутренние переживания вынудили его принять решение, с которым он боролся в течение нескольких месяцев: порвать со своей жизнью халтурного сочинительства, лицемерия, ежедневного обмана и духовного убожества. Тайно он начал записывать и переносить на микрофильм историю своей жизни как сотрудника госбезопасности...
Шанс покинуть страну представился только в 1963 году. Под предлогом того, что он работает над киноэпопеей, посвященной жизни и революционной борьбе Владимира Ильича Ленина, Кротков написал письмо в ЦК с просьбой разрешить ему выезд в Лондон. Т.к. драматург был на хорошем счету в госбезопасности, тема сценария - весьма актуальна, на поездку дали "добро", но только в составе делегации.
Кроткова это нисколько не напугало. К отъезду он подготовился со всей тщательностью: не только зафиксировал на микропленку детали проводимых с его участием операций КГБ, чтобы было о чем торговаться заграницей. Но и распрощался со своим имуществом: продав богатую библиотеку и мебель, обменяв свою отдельную квартиру на комнату в коммуналке с огромной доплатой, продав машину.
Через много лет на Брайтон-Бич, в Нью-Йорке, мой знакомый король металлоремонта в Столешниковом переулке поведал, что Кротков скупил на все деньги валюту и камушки, - рассказывал Эдуард Хруцкий. - Так что на Запад он ушел не пустой...
В контрразведке своему агенту полностью доверяли, потому не заметили очевидных приготовлений к бегству.
В первых числах сентября 1963 года Юрий Кротков прибыл с группой в Лондон, а уже на следующий день покинул гостиницу и обратился за помощью к британским властям. На многочисленных допросах он сообщил сотрудникам Ми-6 всё, что знал. В т. ч. о вербовке с его помощью посла Франции в Москве Мориса Дежана.
В Лондоне он поведал о вербовке Дежана, назвав известные ему имена людей, принимавших участие в операции, не пожалев никого, предал всех, кого мог, - писал Эдуард Хруцкий.
Несколько лет после бегства из СССР бывший советский драматург искал себе пристанище в Европе, некоторое время жил в Мюнхене, работал на радио "Свобода" и пытался писать, желая рассказать свою историю миру. Но не заинтересовал ни одно издательство, которое было бы готово выпустить его книгу воспоминаний.
В 1967 году ему все же удалось опубликовать книгу «Я из Москвы», в которой автор скрыл своё многолетнее сотрудничество с КГБ. А в 1969 году он получил приглашение выступить в Вашингтоне перед подкомитетом сената США по вопросам безопасности и рассказать о методах работы советской контрразведки, но что с удовольствием согласился.
В 70-е Юрий Кротков проживал в США под именем Джорджа Карлина и печатался в местной прессе.
Он умер 26 декабря 1981 года, не ища себе оправдание и не сомневаясь, что придется ответить за совершенное предательство. По свидетельству писателя Джона Бэррона, в последние годы жизни беглый советский драматург предавался размышлениям о смерти и стал глубоко верующим человеком.
Я знаю, что настанет день расплаты, и что пощады мне не будет, - сказал Юрий Кротков Бэррону на прощание.
Уважаемые читатели, сегодня ваша помощь - единственный шанс канала на выживание. Оставить благодарность и поддержать канал можно, нажав на кнопку "Поддержать" под статьей. Или перейдя по ССЫЛКЕ
Мы в Мах ЗДЕСЬ. Подписывайтесь
Еще по теме:
Спасибо, что дочитали до конца.
__________________________________
Подписывайтесь на наш канал, чтобы не пропустить интересные материалы. Для этого достаточно нажать на кнопку.
Понравилась статья - с вас лайк)