Одним из самых серьезных преступлений царь Петр Великий считал коррупцию со стороны чиновников, приравнивая ее к государственной измене. Наиболее видным борцом с ней был гвардии капитан Егор Пашков. По случаю 15-летия со дня образования Следственного комитета РФ, которое будет отмечаться в 2026 году, ТАСС рассказывает о самых знаменитых следователях, начиная с эпохи Петра I
Доверенное лицо Петра I
В эпоху правления Петра Великого особым расположением царя пользовались военные. Они были широко задействованы в управлении государством, многие из них занимали довольно высокие посты в аппарате правителя. Некоторых военных, в первую очередь состоящих на службе в лейб-гвардии Преображенского и Семеновского полков, царь-реформатор наделял специальными полномочиями для выполнения его особых поручений.
Одним из таких доверенных лиц был Егор Пашков, принадлежащий к старинному дворянскому роду. Он был зачислен рядовым в элитный Преображенский полк в 1704 году.
Первые годы он провел в денщиках Петра I. На тот момент они были своего рода свитой при царе. Причем отбирали в денщики, как правило, людей, обладающих незаурядными административными способностями.
Дослужившись до капрала, в 1708 году Пашков был произведен в младшие офицеры и стал адъютантом, выполняя при царе функции офицера связи. В дальнейшем он получил чины поручика и капитан-поручика.
Работа в "майорских" канцеляриях
Царь-реформатор был убежден, что мздоимство чиновников наносит государству не меньший ущерб, чем госизмена. В 1711 году он учредил должность фискала для тайного надсмотра и пресечения финансовых злоупотреблений лиц, в том числе наделенных административной властью "в сборе казны и прочего".
Правитель счел необходимым образование в России независимого следственного органа, способного бескомпромиссно пресекать казнокрадство, взяточничество и другие злоупотребления чиновников во вред интересам страны. Для него был важен жесткий контроль за целевым использованием денежных ресурсов государства.
Так появились "майорские" канцелярии — специализированные следственные органы, которые в соответствии с Наказом от 9 декабря 1717 года были подчинены непосредственно Петру I.
Канцелярии стали важным этапом в карьере гвардии капитан-поручика Пашкова. Царь включил его в руководящий состав одной из них, возглавляемой гвардии майором Иваном Дмитриевым-Мамоновым.
Восстановить историю деятельности Пашкова в канцелярии непросто — почти весь архив "майорских" канцелярий сгорел в пожаре в Московском Кремле 29 мая 1737 года.
Согласно частично сохранившимся документам, он служил в составе следственной коллегии по делам о должностных злоупотреблениях.
В 1717 году Пашков участвовал в следствии по делу о расхищении казны, которое было возбуждено в отношении сибирского губернатора князя Матвея Гагарина по обвинению известного фискала Алексея Нестерова. Канцелярия Дмитриева-Мамонова собирала доказательства преступной деятельности чиновника совместно с фискальной службой. 14 марта 1721 года Сенат приговорил Гагарина к смертной казни за получение взяток, злоупотребление должностными полномочиями и казнокрадство.
За участие в этом деле Пашков получил довольно большое вознаграждение — из имущества, конфискованного у Гагарина, ему было передано "село Благовещенское с деревнями" в Шацком уезде.
"Дело фискалов"
7 февраля 1722 года гвардии капитан Пашков был назначен первым прокурором Военной коллегии — ведомства, управлявшего сухопутными войсками империи.
На этом посту он занялся следственной работой по так называемому делу фискалов. Оно было возбуждено после обращения жителя Ярославля Сутягина, направленного самому Петру I. Сутягин сообщал о многочисленных должностных злоупотреблениях ярославского провинциал-фискала Попцова.
В июне 1722 года прокурор Правительствующего сената Павел Ягужинский поручил это расследование Пашкову как должностному лицу, уже имеющему опыт участия в подобных делах. В связи с этим делом в генерал-прокуратуре было образовано новое структурное подразделение — особая следственная канцелярия под руководством генерал-прокурора.
В ходе следствия Попцов раскаялся в содеянных должностных злоупотреблениях, в том числе в получении взяток в виде денег, продуктов питания, фуража и домашней утвари.
Более того, он дал показания о должностных злоупотреблениях не только региональных чиновников, в том числе ярославского фискала Алексея Никитина, но и о взяточничестве главы фискальской службы России обер-фискала Алексея Нестерова, который, согласно показаниям свидетеля, получил взятку в размере 500 рублей за содействие в назначении Иллариона Воронцова воеводой в один из городов Сибири.
После ареста Нестерова Ягужинский проинформировал Петра I о давлении, которое влиятельные лица оказывали на Пашкова в защиту арестанта. Ягужинский попросил императора о дополнительных полномочиях для гвардии капитана, за чем последовало высочайшее указание Пашкову замещать при необходимости генерал-прокурора в делах следственной канцелярии.
В итоге Нестеров признал вину в должностных злоупотреблениях и рассказал также о преступной деятельности иных должностных лиц.
Никитин тоже сознался в совершенных им должностных преступлениях — четырех эпизодах получения взяток на общую сумму 111 рублей. Впрочем, эта сумма, вероятно, была лишь частью криминальных доходов Никитина, так как в Ярославле он владел каменным домом с дорогой мебелью, голландской коляской и возком, обитыми дорогим сукном.
Работа в Розыскной конторе
В 1723 году место суда высшего звена занял Вышний суд, а следственная канцелярия была преобразована в Розыскную контору — особое следственное подразделение суда.
Пашков был назначен главой этой конторы. Он расследовал еще ряд уголовных дел, в том числе многоэпизодное дело по обвинению руководителей канцелярии Преображенского приказа Былинского и Нестерова в преступлениях против интересов службы и правосудия.
В октябре 1723 года Пашков направил в Вышний суд подборку итоговых процессуальных документов по ключевым фигурантам "дела фискалов". Составление документов по Нестерову было отложено — Петр I лично допрашивал его в январе 1724 года.
Пашков вменил Нестерову 39 эпизодов преступной деятельности (главным образом получение взяток), Алексею Никитину — пять эпизодов получения взяток, а судье Московского надворного суда Михаилу Желябужскому — подлог завещания и лжесвидетельство по этому поводу. Попцов был обвинен в 11 эпизодах злоупотребления должностными полномочиями, казнокрадства и получения взяток на общую сумму 6 420 рублей.
Приговоры обвиняемым были вынесены в январе 1724 года. Попцова приговорили к смертной казни, Нестерова — к колесованию. Топор, кнут и клещи для вырывания ноздрей тогда были применены к 12 осужденным. После этого Петр I распорядился подготовить особый информационный листок с изложением преступлений бывшего обер-фискала Нестерова и прочих и опубликовать его "для всенародного известия".
Пост советника Военной коллегии и кончина
После смерти Петра Великого в январе 1725 года деятельность Вышнего суда и его Розыскной конторы были свернуты.
Пашков в марте 1727 года был определен на должность советника Военной коллегии. 15 мая того же года император Петр II произвел его в "полугенеральский" чин бригадира, но из-за придворных интриг в мае 1728 года Пашков был отстранен от должности.
Уже в июне он был определен вице-губернатором Воронежской губернии, где служил до 1735 года. В том же году получил новое назначение — губернатором в Астрахань, но по пути он задержался в своем имении и скоропостижно скончался 6 апреля 1736 года.
Пашков погребен в Успенской церкви Веневского монастыря Тульского уезда. Могила сохранилась до настоящего времени.
Лидия Мисник