Ещё совсем недавно интерьер читался как отчёт. По нему можно было понять уровень дохода, насмотренность, принадлежность к определённому кругу. Дом говорил за хозяина, иногда громче, чем он сам. Ценник был универсальным языком — понятным, быстрым и социально одобряемым. Сегодня этот язык постепенно теряет силу. Не потому, что деньги перестали иметь значение, а потому что они перестали быть аргументом. Всё чаще в пространствах, которые кажутся по-настоящему живыми, невозможно угадать стоимость вещей. И это не случайность, а сдвиг в восприятии ценности. Интерьеры, собранные вокруг цены, долгое время воспринимались как эталон. Дорогие материалы, известные бренды, правильные сочетания — всё это давало ощущение завершённости. Но вместе с этим появлялось и другое чувство: стерильность. Такие дома выглядели аккуратно, но не запоминались. Они не оставляли следа, потому что в них не было времени. Всё было слишком новым, слишком свежим, слишком безупречным. Со временем стало ясно: новизна не рав